Демоны Вальхаллы
Шрифт:
Брызнула кровь.
Сам свернул в сторону, уходя от потянувшейся по мокрой земле шипящей полосы. Проверять, что именно произойдет с человеком, рискнувшим с ней пересечься, не хотелось.
Один из "шпилей", самый высокий, окутался лиловым пламенем, вспыхнул, как исполинский костер, а потом взорвался. За мгновение до этого Вильям лежал в грязной луже, и коричневая, как шоколад, вода плескалась около самого подбородка.
Небо, решившее принять посильное участие в сражение, продолжало извергать потоки дождя.
– Заходим
Чадно пылающие обломки на месте взорвавшегося "шпиля" остались за спиной, а сбоку, на месте одного из "кубиков" в нижнем ярусе построек открылась черная проплешина.
За ней виднелось что-то вроде коридора.
– Ох, вырвем мы им потроха! – кровожадно прорычал Гаррисон.
– Быстро, по одному! – тут командовал лейтенант Радукану. – Третий взвод остается снаружи, в резерве!
Из скопления ярко-желтых "сот", на мгновение ярко вспыхнувших, медленно и величаво поднялось нечто черное, веретенообразное. Под широкими раструбами дрожал и переливался воздух.
– Корабль, срань Господня! – рявкнул Фрезер. – Уйдет!
– Не уйдет, – покачал головой Радукану. – Хрен ему…
Мыльный пузырь защитного поля погас, чтобы пропустить корабль, тот поднялся выше, коснулся носом серых клубящихся туч, но тут в бок ему что-то ударило.
Вспышка сверкнула ярче молнии, тяжелый грохот перекрыл все звуки. Исполинский звездолет с надсадным воем повернул в сторону и, разваливаясь на части, рухнул куда-то за ближайший холм.
Земля колыхнулась.
– Чего встали, засранцы? – ожил сержант. – Театр вам тут, что ли?
– Уж никак не театр, клянусь четверкой, – Вильям покрепче перехватил винтовку и вслед за Арагонесом скользнул в темное отверстие. И через пару шагов осознал, что оказался без привычной поддержки БИС. В наушниках остались лишь шорохи и потрескивание.
Коридор, куда они попали, был низковат для человека, на стенах мерцали расположенные группами по два небольшие овалы. В их свете виднелись тянущиеся по потолку кабели, под ногами хлюпала белесая жижа.
– Куда пойдем? – поинтересовался Арагонес, когда впереди открылась развилка.
Вильям прислушался и ничего не уловил, ни выстрелов, ни криков. Ушедшие вперед словно провалились сквозь землю.
– Предлагаю налево, – сказал он, обгоняя приятеля, – как-то это привычно…
Выбранный тоннель привел к уходящей вниз лестнице. По рассчитанным не на человека ступеням приходилось прыгать. В самом низу Вильям споткнулся и кубарем влетел в просторную, заполненную дымом полость.
И только благодаря падению струя пламени прошла у него над головой.
Выпустивший ее тритонианец, наряженный
Вошедшая в живот пуля заставила его согнуться, "пульверизатор" выпал из когтистой лапы, шипение сменилось хрипом.
– Клянусь Святой Девой! – через щиток шлема было видно, как сверкают зубы Арагонеса. – Я завалил его!
Вильям уловил в дыму какое-то движение, вскинул оружие. Пули со свистом ушли в полумрак, там закричали.
– Видят духи, они не привыкли сражаться лицом к лицу, – проговорил Ли.
Через десяток шагов наткнулись на несколько трупов. Вблизи тритонианцы выглядели меньше, чем на видеозаписях и голографиях, а покрытые чешуей физиономии казались печальными.
– Вот ведь твари, – пробормотал Гаррисон, толкая одного ботинком, – а все туда же, воевать…
В тот же момент "труп" ожил и, раззявив пасть, ринулся на него. Зубы, каких не устыдился бы и крокодил, легко сокрушили щиток, клацнули около самого лица.
– Аааа! – Вильям выпустил чуть ли не всю обойму в бросившегося на него тритонианца. Когда тот рухнул обратно на пол, то голова его превратилась в кровавое месиво, а все вокруг покрывали ошметки серой слизи.
Ли обошелся одним выстрелом.
– Вот так, – прохрипел Гаррисон, отбрасывая от себя труп прямоходящей ящерицы. Похоже было, что он свернул противнику шею. – Так вот, жопа крокодилья…
Лицо уроженца Конго было страшным – из порезов текла кровь, глаза бешено сверкали.
– Вот это настоящая война, – проговорил Арагонес, в краткосрочной схватке оставшийся без соперника. – Лицом к лицу…
– Срань Господня, чего вы там застряли? – прозвучавший в наушниках голос сержанта показался неожиданно громким, а легкая щекотка в затылке дала знать, что БИС заработала вновь. – В восточном крыле идет бой, каждый ствол на счету! А ну быстро туда!
– Идем, сэр, – и Ли первым бросился назад, к лестнице.
Информационная система вела их по низким коридорам и похожим на колодцы штольням, мимо странных, напоминающих металлические цветки или пластиковые кораллы устройств. Стены там и сям были изуродованы взрывами, кое-где валялись тела, в основном нечеловеческие.
– Победа! – многоголосый вопль достиг ушей в тот момент, когда до места схватки остались считанные метры.
Вильям забежал в какое-то помещение, еще не очень понимая, что произошло. Кто-то обнял его так, что затрещали кости, заорал в лицо, капельки слюны осели на щитке.
Вокруг прыгали и вопили, мелькали безумные, улыбающиеся лица. Кто-то расстреливал остатки боезапаса в потолок, один легионер сидел, привалившись спиной к стене, и плакал, не стесняясь слез.
– Если я правильно понимаю, – сказал Ли очень тихо, – то это вообще первая победа людей в этой войне…