День Астарты
Шрифт:
— Сейчас поймаю медузу, — пригрозила Бимини, — и швырну тебе в физиономию.
— Ладно, не дуйтесь, — Хоб добродушно махнул своей внушительной лапой, — Просто я скучаю в одиночестве. Клакс на мотоботе укатил тралить на южную стену барьера, а вертихвостка Фунди уже полчаса торчит на дне и ставит опоры под восьмой сегмент платформы. Только пузырьки: буль-буль-буль. Одиночество. Тоска.
Динго вздохнул и сообщил:
— Девчонки, это Хобарт Освальд, самый вредный
— Хобарт Освальд, — повторила Жанна, — Сержант Освальд, спецотряд по борьбе с терроризмом с субмарины «Норфолк».
— Бывший сержант бывшего спецотряда, мэм. — уточнил янки, — Сейчас я каторжник, прикованный ошейником к плантации вот этих ребят. Ничего личного. Это бизнес.
— Ты правда каторжник? — недоверчиво спросила Зирка.
— Чтоб мне лопнуть, если вру. Нас тут трое каторжников. Очень удобно для покера и преферанса, а для бриджа нужен четвертый. Хорошо, что наша Фунди всегда может склеить толкового парня, который умеет не только трахаться, но и шлепать картами.
Зирка еще более недоверчиво покачала головой.
— Или я чего-то не понимаю, или ты не боишься лопнуть.
— Не веришь — спроси у этой девчонки, — посоветовал Хоб, кивнув на Жанну.
— Он действительно каторжник, — подтвердила канадка, — его по-свински подставили в сентябре прошлого года.
— Не меня одного, — уточнил он, — Всю нашу команду вместе с командиром. Эй, босс, можно мне сделать перерыв и выпить по чашке чая со свежими людьми?
— Aita pe-a, — ответил Динго, — Включи конвертер, он пока как раз сожрет твой улов.
— Я к тому и веду, — сказал Хоб, легко спрыгивая из кабины, находящейся на высоте примерно второго этажа стандартной постройки.
Бимини хлопнула ладонью по своему бедру.
— Хоб! Пожалуйста, пользуйся трапом, ОК? Есть техника безопасности.
— Ты замечательная девчонка, но зануда, — сообщил он и, пройдя до края платформы-многоножки, ткнул клавишу на выносном пульте. На платформе сразу ожила некая машина, похожая на самоходную гусеничную цистерну, и поползла к бурой куче.
— А где тут пьют чай? — поинтересовалась Жанна.
— На островке, под бананами, — сообщил Динго, разворачивая глиссер.
— Под бананами? — переспросила она.
— Ну, да. Видишь, они там растут.
На узкой 300-метровой отмели действительно росли древовидные травяные стволы высотой в два человеческих роста. Огромные листья создавали отличную тень, а на толстой циновке рядом с пол-кубовой бочкой и цилиндрическим бойлером, были
— В перспективе, — объяснял Динго, — мы надстроим платформу над большей частью барьера атолла, загрузим переработанными водорослями, и получится нормальная плантация на пятьсот гектаров. Лагуна станет почти закрытая, и в ней можно будет разводить bull-kril. Ну, это такие трансгенные креветки размером с колбасу.
— Я знаю, — Жанна кивнула.
— …Или… — продолжал он, — …можно попробовать разводить эламидные водоросли. Эламид это типа каучука. Изобретен недавно, но уже становится ходовым товаром.
— Буржуй ты, Динго, — весело буркнул Хоб, разливая чай по кружкам.
— Вот как? — возмутилась Бимини, — У твоей vahine это называется: «хозяйственный талант», а мой faakane, значит, буржуй. Ни фига себе подход!
— Моя Лорин — потомственная колорадская фермерша, — возразил он, — Ей так на роду написано. А твой парень — потомственный австралийский абориген, верно?
— И что, мне теперь можно только охотиться на кенгуру? — ехидно спросил Динго.
— Ну… — Хоб пожал плечами, — …Я просто высказал свое мнение.
Бимини сладко потянулась и сообщила.
— Лорин, vahine Хоба, вообще-то классная. Она с детьми приезжала на христианские новогодние hauoli-roa…
— Рождественские каникулы, — поправил Хоб.
— Ага… Так вот, это она придумала варить пиво из бумбэрри. Мы ей тут присмотрели хорошую ферму на Нуку-Хива, всего 60 миль отсюда. Типа, в Колорадо она бы могла сдать в аренду свою ферму, а здесь взять эту. Какой смысл 10 лет кататься туда-сюда?
— Это если освободят досрочно, — уточнил Хоб, — Мне дали 20 лет, если вы помните.
— По-любому, какой смысл кататься, — сказала Бимини, — Я не врубаюсь.
— Такой смысл, что Лорин — американка. И я американец. И дети у нас американцы. А, допустим, пожили они 10 лет на Нуку-Хива, и дети точно вырастут меганезийцами. Парню 5 лет, а девчонке вообще 2 года. Тут и к гадалке не ходи, все и так понятно.
— А вы, все-таки, подумайте, — мягко произнесла она.
— Поживем-увидим, — проворчал янки, — Я только с ноября тут сижу. Еще толком не осмотрелся. А ты сразу давишь на психику. Сразу видно, что из королевской семьи.
Динго ласково похлопал свою vahine по попе.
— Прикинь, Би, он сегодня наезжает сильнее, чем обычно. Хэй, Хоб, что случилось?
— TV я посмотрел, вот что!
— Ну, посмотрел. И что?
— И то, — буркнул Хоб, — Большая война на носу. Может, даже, третья мировая.