День Астарты
Шрифт:
Фабризи Тентели оторвалась от ноутбука и посмотрела на него с нескрываемым отвращением.
— Это полная херня. В кланах оффи огромная доля сексуальных маньяков. Это всем известно. Кто и как именно там маньячит, полицию Конфедерации не интересует.
— …Но это не все! — в отчаянии крикнул Хадзидаки, — Еще я знаю человека, который владеет самой полной базой поставщиков! Кто добывает рабов для секса, куда и как перевозит, где передает, как происходят денежные расчеты…
— Понятно, — перебила она, — Значит, так Хадзидаки. Садитесь за стол, берите бумагу, ручку, и
В рубке возник квадратный парень-melano.
— Чего надо?
— Забери Лаврентиса, он больше не нужен. А для этого субъекта… — она показала на Хадзидаки, — …вызови INDEMI. Да-да. У нас тут становится весело, прикинь? Потом проводи Зирку в кают-компанию. А потом зайди ко мне, разберемся, что дальше.
— Я бы хотел гарантий, — тихо произнес старпом.
— Гарантии? — переспросила она, — Забудьте это слово, Хадзидаки. Теперь с вами будут работать ребята, которые засунут вас в мясорубку, начиная с пальцев ног, если вы им дадите хоть малейший повод думать, будто вы что-то пытаетесь скрыть. Такие дела.
32
Дата/Время: 21–22.02.24 года Хартии. Рассвет — полдень.
Место: Атолл Мангарева. Опорный пункт INDEMI
Большой Мангарева находится на пересечении Южного Тропика и 130-го меридиана Западной долготы. Это ромбический атолл 13 миль в поперечнике с неправдоподобно красивой мелководной лагуной, внутри которой расположен целый архипелаг мелких островков с общей площадью суши более полутора тысяч гектаров. До Алюминиевой революции здесь жило менее тысячи человек, а после — население удвоилось за счет быстрого постиндустриального развития этого дальнего угла бывшей Французской Полинезии. Точкой экономического роста тут стало предприятие «Non-Emission Hull Metallurgy» (корпусная металлургия без выбросов) — NEHE-fabric. На утафоа «nehe» означает: «чистый», «симпатичный». Очень удачное имя для фирмы с экологически-чистым производством. NEHE-fabric добывала магний из океана (в литре обычной океанской воды содержится 4 грамма магния), и штамповала авиационные корпуса.
Самолеты из легких магниевых сплавов (в полтора раза легче алюминия) пытались строить с 30-х годов XX века, но коррозионная нестойкость сильно ограничивала применение этих материалов. Но менее, чем через сто лет, аморфная металлургия (технологии стеклообразного металла) отчасти решила проблему. По крайней мере, живучесть корпуса стала достаточной для легких, очень дешевых флаек с коротким сроком эксплуатации. Бизнес завертелся. К 5-му году Хартии, модель «Sky-Manga» приобрела популярность, и за этой ширмой отлично поместилось нечто иное…
Какой-то остряк, впоследствии, переиначил расшифровку названия NEHE вот как: «Nuclear Energy — Hydrogen Explosions» (Ядерная энергия — водородные взрывы). В действительности, основной деятельностью предприятия была разработка цикла термоядерной технологии — от получения дейтрида лития-6 из океанской воды и до систем лазерного зажигания термоядерного синтеза (по краденой документации,
Именно в форт Агакау и угодил старпом яхты «Lone Star» Анастас Хидзидаки, доставленный двоими неласковыми и неразговорчивыми парнями на вироплане непосредственно с борта яхты. Вопросы к конвоирам натыкались на абсолютное равнодушие: «Куда вы меня везете?» — «Туда». Остальные ответы — того же типа.
…Внизу появилась изумительная панорама атолла Мангарева: множество зеленых островков, и больших и миниатюрных, в лагуне, окаймленной рифовым барьером. Вироплан приземлился на площадке внутри ограды (металлическая сетка, эстетично замаскированная под полосу кустарника) на некрупном островке в западном секторе лагуны. Конвоиры вытолкнули Хидзидаки наружу, а затем, через двадцать шагов, втолкнули в дверь невысокого угловатого сооружения, тоже замаскированного кустарником. В глаза ему ударил ослепительный свет лампы, прозвучало несколько коротких фраз на утафоа, а потом дверь с тихим щелчком захлопнулась…
Ослепляющая лампа погасла, и старпому показалось, что в помещении полумрак.
— Слева от вас стул, — раздался спокойный хрипловатый мужской голос, — Садитесь и слушайте. Я — Виго Рэдо, капитан военной разведки INDEMI. Это понятно?
— Да… — выдавил из себя Хидзидаки. Теперь он уже мог разглядеть стул слева и стол прямо перед ним. За столом сидел смуглый креол лет около 35, одетый в пятнистую зелено-бежевую униформу. Он смотрел одновременно на арестованного и на экран ноутбука. Взгляд капитан был, казалось, более безразличным, чем у куклы Барби.
— Если вам понятно, то почему вы не садитесь?
— Э-э… — произнес старпом, и сел на стул.
— Я читаю показания, которые вы дали полиции Питкерна. В них фигурирует некий Мехмед Алимбек, этнический турок, гражданин Франции. Вы утверждаете, что он является ключевым звеном в сети западноевропейской работорговли. Это так?
Хидзидаки сглотнул слюну и кивнул. Капитан вынул из кармана серый пистолет с толстым цилиндрическим стволом, положил перед собой на стол и строго сказал:
— На мои вопросы вам следует отвечать не жестами, а словами.
— Да! — выпалил старпом, — Все так и есть, как я написал в показаниях.
— А откуда вы можете это знать? — спросил Виго Рэдо.
— Хозяин всегда говорил, что имеет дело только с Мехмедом, а не с шантрапой.
— Имя хозяина?
— Я же написал в показаниях. Натуф Рбия. Он хозяин турфирмы «Emerald-Voyage».
Капитан передвинул мышкой текст на экране.
— Я смотрю ваши показания. Вы не сообщаете там, что Натуф Рбия неоднократно обсуждал с вами вопрос о поставщиках секс-рабынь.