День Бури
Шрифт:
Кендерша засияла так, что морщинки разбежались от уголков глаз, Джаспер что-то проворчал у нее за спиной, потом закашлял, якобы прочищая горло.
– Я хотела повидаться с Огненным Горном, – объяснила Золотая Луна.
Блистер надула губы:
– Да? Но дверь была слегка приоткрыта.
– Дверь была закрыта, – запротестовал гном.
– Пусть так, но она была не заперта. Я случайно толкнула ее, проходя мимо. Ты же понимаешь, корабль все время качается, даже если стоит на приколе. Ну вот, меня качнуло, и я задела дверь. А когда
Золотая Луна в изумлении глядела на гнома, который стоял и хмурился.
– Огненный Горн рассказывал мне об утренней стычке с рыцарями.
– Он рассказал тебе, как я храбро вела себя в пустыне? Как я помогала спасать пленников? Там были слоны и много всякого разного.
Жрица кивнула.
– Ты знаешь, что мы ищем Древнюю магию?
– Я как раз собирался перейти к этому, – заметил гном.
– Палину нужно добыть реликвии из Века Снов.
– Века Мечтаний, – поправил Огненный Горн.
– Я так и хотела сказать. Сагет, один из пленников, которых я помогала спасти из заточения, рассказал, где находятся некоторые из этих могущественных талисманов. Он говорил загадками, но Палин все понял. В общем, мы плывем на Южный Эргот, холодный и заснеженный. Но не прямо сейчас, а когда вернутся Ферил, Палин, Алин и Гилтанас. Они ушли на поиски горожан, которых захватили Рыцари Такхизис. – Кендерша на минуту замолчала, собираясь с мыслями. – Ты, наверное, не знаешь Алина и Гилтанаса. Ферил раньше жила на Южном Эрготе, но покинула его из-за белого дракона и сильных морозов. Хорошо, что она оставила остров, иначе мы бы ее не встретили и…
– Копье Хумы, – просто объяснил гном.
– Я об этом и говорю, – начала раздражаться Блистер. – Его мы и должны забрать на Южном Эрготе. Потом мы отправимся в Лес Квалинести искать что-то еще.
– Если только живы останемся, – со вздохом добавил Джаспер.
– Но это только два талисмана. А Сагет сказал, что должно быть три или четыре. Один из них у тебя на шее, – заключила кендерша.
Гном виновато улыбнулся, извиняясь за бестактность своей соратницы.
– Твой Медальон Судьбы, – попытался продолжать Джаспер, – тоже создан в Век Мечтаний. Палин и Сагет думают, что уничтожение древних реликвий…
– Вернет мощную силу древней магии на Кринн, – опять вмешалась Блистер.
– Тогда нам будет проще справиться с владыками. – Огненный Горн постарался, чтобы последнее слово осталось за ним.
Золотая Луна подняла прозрачную руку и пробежала пальцами по поверхности медальона. Серебряный диск имел гравировку, изображавшую два сросшихся глаза. Правда, рисунок еще напоминал два яйца, примыкавшие друг к другу острыми концами. Цепочка также была серебряной. Ее звенья сверкали точно маленькие звездочки. Это был символ Мишакаль, богини-целительницы. Некоторые называли ее Приносящая Свет. Она была одной из богинь, покинувших Кринн.
– Это очень ценная вещь! – воскликнул
– Да, но ваши задачи важнее. Я верю, что боги не навсегда покинули Кринн и наблюдают за нами оттуда, где Хаос не может настигнуть их. Они дали возможность людям действовать по собственному усмотрению: найти силы и возможности преодолеть расставленные препятствия, погибнуть или победить.
– Но дракон-владыка…
– Одно из таких препятствий. А есть и менее значительные, которым способен противостоять любой.
Кендерша слушала с напряженным вниманием и грустно рассматривала свои руки.
– Не со всем можно справиться.
– Со всем. Сними перчатки.
Взгляд Золотой Луны проникал в самую душу Блистер, голос был настолько твердым и убедительным, что она подчинилась и продемонстрировала скрюченные пальцы, покрытые шрамами и волдырями.
– Ужасное зрелище. Я вынуждена постоянно ходить в перчатках. Всякое движение доставляет мне жуткие страдания.
– Боль у тебя не в руках, а в душе и в сердце. Эту боль ты и победишь. Посмотри на меня и пошевели пальцами. Думай обо мне, а не о ней.
Блистер стиснула зубы и согнула сначала пальцы левой руки, а затем правой. Взглянув в глаза Золотой Луны, она сжала кулаки. Сначала все шло как обычно – возникло ощущение, что в суставы насыпано толченое стекло. Но потом что-то подсказало кендерше сжать кулаки еще сильнее. Блистер зажмурилась, готовясь к новым мукам, и с удивлением обнаружила, что ничего не происходит. Кисти стали такими же гибкими, как в былые времена.
Золотая Луна торжествующе улыбалась. Сейчас она точно сбросила еще несколько лет и была полна жизненной энергии. Морщины исчезли, плечи распрямились, взгляд светился радостью.
– Ничего не понимаю, – пролепетала Блистер. Больше она не могла вымолвить ни слова, что случалось с ней крайне редко.
– Ты сама наказала себя за то, что позарилась на чужое имущество, вот и стала жертвой волшебной ловушки. Руки у тебя изуродованы, но физическая боль уже давно прошла. Главное – поверить в себя, Блистер. Вера отражает наши чувства.
«Вера отражает также и то, что я вижу, – рассуждала про себя Блистер, продолжая разглядывать мерцающий силуэт Золотой Луны. – Во время прошлой встречи это была пожилая женщина, а сегодня – почти девушка. Наверное, это значит, что мои убеждения были недостаточно сильны, а сегодня они возродились».
Вслух кендерша произнесла:
– Мы отыщем Копье Хумы, и то, что спрятано в лесу, и кольцо этого… Даламара. Я точно знаю: у нас все получится.
– А потом вы отправитесь со мной на остров Шэлси и возьмете Медальон Судьбы. До встречи там…
Силуэт жрицы стал бледнеть, волшебный бриз подхватил его, и Золотая Луна исчезла.
– Ну и ну! – воскликнула кендерша. – Пойду, расскажу Аше и Ригу. Джаспер, а ты все передай Ворчуну. Я никогда не понимала этого вашего разговора, на пальцах, хотя теперь, наверное, и это смогу.