День Диссонанса
Шрифт:
– Питается энергией мыслей. Удобная штучка. К сожалению, о месте ее выпуска можно только догадываться, но там определенно очень талантливые ребята. Видите?
На прозрачной пластине застыла химическая формула, а под ней – длинный ряд цифр.
– Сюда. – Снут прыжком развернулась влево и поскакала по проходу. Розарык на бегу разглядывала бескрайние ряды товаров.
– Сколько всего у вас полок?
– Точно сказать не могу, – ответила кенгуриха. – Их число постоянно меняется.
– И вы одна справляетесь с такой горой работы? – осведомился
Снут кивнула.
– К этому привыкаешь. Бизнес мне по душе, да и на прибыль грех жаловаться.
– А далеко ли отсюда лекарство?
– Недалеко. За полдня доберемся. Скоро остановимся перекусить, может, возьмем скутер.
– Это что-нибудь вроде «Хонды Эй-Ти-Си», на которой носится по округе один из ваших покупателей?
– Да, «Хонда» – любимая игрушка нашего Фохарфы. Рано или поздно он с ее помощью сломает себе шею. Нет, скутер – это всего-навсего безынерционный диск. Им можно управлять посредством ощущения своей взаимосвязи с магнитным полем планеты.
Джон-Том судорожно сглотнул.
– Боюсь, у меня нет прав на вождение такой техники.
– Пустяки. Я с удовольствием прогуляюсь.
– А нельзя ли нам обзавестись этой хреновиной на обратную дорогу? – с надеждой спросил Мадж.
– Увы, это единственный экземпляр. К тому же я взяла за правило не выпускать кое-какие товары дальше Кранкуларна. И без того этот мир довольно сложен. Если забыть про осторожность, можно чрезмерно технологизировать волшебство.
– Похоже, у вас не очень быстрый оборот, – заключил Дром.
Снут на скаку пожала плечами.
– Единорог, я не гонюсь за богатством. Мне работа нравится – вот в чем главное. Она позволяет быть в курсе того, что творится в большом космосе. Торговля намного лучше сплетен и куда правдивее, чем официальные средства массовой информации.
– Стало быть, доход невелик, – решил Мадж.
– Все зависит от того, выдр, какой вам нужен доход.
Джон-Том с подозрением посмотрел на кенгуру.
– Чудно такое слышать от хозяйки магазина. А вы сами часом не волшебница?
– Кто, я? – Предположение явно шокировало кенгуриху. – Что вы, сударь. Это очень ответственная профессия, она налагает слишком много ограничений. Нет уж, спасибо. Мне куда больше по нраву мое нынешнее ремесло. Да и прожиточный минимум в Кранкуларне невысок.
Помолчав, она спросила:
– А почему вы спрашивали насчет хорька и девушки?
– Они путешествовали вместе с нами, – объяснил Джон-Том. – К сожалению, потом наши пути случайно разошлись.
– Ни хрена себе случайно! – буркнул Мадж. – Старый педик и сучка умыкнули у нас карту, и только благодаря удаче, да упрямству этого чаропевца, да географическим познаниям однорогого мы…
– Так вы чаропевец? – перебила выдра Снут, улыбнувшись Джон-Тому. – Я сразу заметила дуару, но приняла вас за обыкновенного странствующего музыканта.
– Я еще дилетант, – признался Джон-Том. – Учусь контролировать свои способности.
– Думаю, научитесь, хотя, мне кажется,
– Понимаете, для меня это так ново… Я не о музыке, а о магии. Да мне все тут в диковинку. Я не из этого мира.
– Знаю, у вас запах иномирянина. Вы попали сюда против своей воли и очень этим огорчены. Совершенно напрасно. Новизна – лучшее удовольствие на свете. – Она указала на стеллажи. – Для меня каждый новый товар – источник восхищения.
– Охотно разделил бы ваш энтузиазм, но не могу избавиться от ностальгии. Кстати, – с надеждой спросил юноша, – поскольку вы имеете дело с чужими мирами, вас, наверное, не затруднит отправить меня домой?
– Мне ужасно жаль, – тихо ответила Снут, и у Джон-Тома не возникло даже тени сомнения в ее правдивости. – Я только получаю и распространяю товары, а переправлять людей не имею права.
Джон-Том приуныл.
– Что ж, я не особенно надеялся. Да и Клотагорб предупреждал.
– Вы бы не могли рассказать о ваших путешествиях? Как ни удивительно, многие иные миры я знаю куда лучше, чем свой собственный. Вот что бывает, когда с головой уходишь в работу.
Желая сделать хозяйке приятное, а еще притупить собственное разочарование, Джон-Том вкратце поведал ей о своих приключениях в этом долгом походе. Миновало не меньше половины дня, прежде чем Снут наконец сообщила, что они у цели. Джон-Том поглядел вдаль. По-прежнему рядам стеллажей не было видно конца.
Здесь в пузырьках, баночках и иных контейнерах, изготовленных из незнакомых материалов, хранились медикаменты чужих миров. На двадцатифутовых стеллажах, перед которыми остановились посетители, экспонировалась вселенская фармакопея. Джон-Том увидел таблетки и капсулы, мази и бальзамы, бандажи и бинты вперемешку с не столь легко узнаваемыми вещами.
Несколько секунд Снут осматривала стеллаж, потом сверилась с металлическим бруском и скакнула на несколько ярдов дальше, чтобы взобраться на середину одной из моторизованных стремянок, которые ездили по желобам в каменном полу и доставали до верхних полок.
– Вот оно, – удовлетворенно произнесла кенгуриха, открывая самую заурядную на вид картонную коробку и извлекая пластиковый цилиндрик. – Всего одна упаковка. Придется пополнить запас. Здесь слишком мало места, я не могу держать больше одного предмета каждого наименования. Видите, вот тут сбоку – инструкция, полагаю, ваш колдун сумеет ее перевести.
– Безусловно. – Успокоенный Джон-Том потянулся к контейнеру.
– Попрошу не шевелиться!
Юноша резко обернулся, тигрица зарычала и схватилась за мечи, а выдр попытался натянуть тетиву.
– Не следует этого делать.
Из-за прозрачного ящика с замороженными цветами появилась и направилась к покупателям знакомая фигура. В лапах Яльвар держал нечто похожее на арбалет, но многозарядный. По меньшей мере три дюжины смертоносных наконечников, собранных в концентрические круги, угрожающе смотрели на Джон-Тома и его товарищей.