День Диссонанса
Шрифт:
Снут кивнула.
– М-да-а, – с омерзением протянул Мадж. – Сам бы ни за что не догадался.
– Мадж! – Джон-Том гневно схватил выдра за плечо.
Однако кенгуриха ничуть не выглядела оскорбленной.
– Первое впечатление, мой маленький пушистый родственник, бывает обманчивым. – Снут повернулась к Джон-Тому и встала на огромные мощные ноги. Ростом она не уступала ему. Хлипкие доски крыльца затрещали под ее тяжестью. – Судя по вашему облику, вы проделали немалый путь. Кроме кранкуларнцев, большинство покупателей прибывает ко мне издалека, причем иные – самыми окольными
«АДМИНИСТРАЦИЯ ОСТАВЛЯЕТ ЗА СОБОЙ ПРАВО ОТКАЗА В ЛЮБОЙ УСЛУГЕ»
– Но ведь мы не ради себя хотим просить вас о помощи, – сказал Джон-Том, – а ради великого волшебника, живущего в Колоколесье за Глиттергейстом. Его зовут Клотагорб.
– Клотагорб? – Глаза за старушечьими очками сощурились, ладонь зависла футах в четырех над крыльцом. – Старая черепаха? Вот такого роста?
Джон-Том азартно кивнул.
– Он самый. Вы знакомы?
– Лично – нет, но наслышана. В своем ремесле он почти на вершине.
Такой отзыв произвел впечатление даже на скептика Маджа, всегда считавшего Клотагорба, самое большее, талантливым факиром-полумаразматиком, которому разок-другой чисто случайно улыбнулась удача.
– А что с ним?
Джон-Том повозился с трубкой и наконец выковырнул бумажку.
– Он говорит, что умирает и мучается ужасными болями. И что вот это способно его исцелить.
Снут взяла записку, поправила очки и прочла, шевеля губами.
– Так, так… Думаю, найдется. – Она оглянулась на Джон-Тома. – Преданность наставнику делает вам честь.
Вместо гордости эта похвала вызвала легкий стыд – ведь от здоровья Клотагорба зависело возвращение Джон-Тома на родину. Еще неизвестно, согласился бы он идти за лекарством для старика, если бы все обстояло иначе.
– Вы переоцениваете мой альтруизм.
– Едва ли. – Кенгуриха одарила юношу очень необычным взглядом. – Из вас может получиться неплохой судья. Ваши добрые инстинкты побеждают здравый смысл.
Уже во второй раз возле этого магазина у Джон-Тома округлились глаза.
– Откуда вы знаете, что я изучаю право?
– Просто догадалась, – рассеянно ответила Снут, явно не желая развивать эту тему. И протянула рецепт. – Можно, я оставлю это у себя?
Джон-Том пожал плечами.
– Почему бы и нет? Нам нужно только лекарство.
Она аккуратно положила записку в сумку, и Джон-Тому снова показалось, будто там кто-то шевелится. Если у Снут есть детеныш, то он либо очень мал, либо стеснителен.
– Входите. – Она повернулась и открыла дверь нараспашку.
Посетители поднялись на крыльцо и переступили порог. Гостиная была обставлена в простеньком калейдоскопическом стиле. Справа от входа стояло еще одно кресло-качалка, только не из дерева, а из прозрачных мыльных пузырей, облепивших тонкий металлический каркас. Пузыри медленно передвигались, всем своим видом демонстрируя готовность лопнуть в любую секунду.
– Неужели вы на этом сидите? – полюбопытствовала Розарык.
– А оно вряд ли еще на что-то
– Боже упаси! – отказалась тигрица. – До него же кончиком хвоста не дотхонешься – схазу лопнет.
– Не думаю, – спокойно и уверенно ответила кенгуриха.
Розарык неохотно приняла приглашение и осторожно уселась в кресло. Мыльные пузыри подались под ее тяжестью, но не полопались, а как ни в чем не бывало стали переползать с места на место, легонько массируя спину сидящей. Почти тотчас раздалось громкое мурлыканье.
– Сколько? – спросила Розарык.
– Извините. Демонстрационная модель. Не продается.
– Вставай, Розарык, – позвал Джон-Том. – Мы не за этим пришли.
Она неохотно покинула ласковое кресло.
Пока они пересекали комнату, Джон-Том увидел катушечный магнитофон, печь СВЧ и множество иных знакомых аппаратов вперемешку с абсолютно чужеродными. Снут подвела гостей к другой двери, завешенной темными керамическими полосками; за ней оказалась кладовая, набитая всевозможным хламом. Слева виднелась ванная комната.
Вторая висячая решетка пропустила их на склад. У Джон-Тома потемнело в глазах. Рядом невнятно зашипела Розарык, и даже говорливый Мадж утратил дар речи. От изумления Дром шумно втянул воздух.
Магазин помещался в горе, по всей видимости, занимая ее целиком.
Глава 15
Перед ними тянулся проход между длинными рядами металлических стеллажей, поднимавшихся вверх футов на двадцать (то есть до середины высоты помещения) и заполненных товарами в коробках, ящиках и без упаковки. Пустые места на полках можно было пересчитать по пальцам. Ряды стеллажей и проход сливались вдалеке в расплывающуюся точку.
Джон-Том повернулся и поглядел налево. Точно такая же картина. Он повернулся направо и увидел зеркальное отражение левой стороны.
– Мне никогда и не снилось… – начал он, но хозяйка магазина тотчас перебила:
– Да что вы, покупатель, конечно же, снилось. Все видят сны. – Она небрежно обвела вокруг себя лапой. – Здесь представлено множество миров во всем их разнообразии. Некоторые экспортируют уйму товаров, другие – совсем чуть-чуть. Я стараюсь иметь дело с солидными поставщиками. Сказать по правде, нелегкая это работенка – содержать такое заведение. Время в нем так и норовит повернуть вспять и чего только не вытворяет с товарами.
Джон-Тому никак не удавалось оторвать взгляд от бесконечных рядов.
– И как же вы здесь управляетесь в одиночку?
– Ну, прежде всего благодаря модернизации. – Она достала из бокового кармана синеватый брусок металла длиной шесть и шириной два с половиной дюйма, с прозрачной пластинкой на лицевой стороне. Джон-Том не заметил ни кнопок, ни рычажков. – Карманный компьютер.
Снут поднесла вещицу к глазам юноши. По пластинке побежали цепочки слов. Менялись языки, менялись шрифты. Дважды Снут поворачивала компьютер вертикально, и слова сыпались сверху вниз. Несколько раз они двигались справа налево. Иногда буквы исчезали, уступая место быстро чередующимся цветам, а потом на какое-то мгновение пропали и цвета. Осталась только музыка.