День гнева
Шрифт:
Вика продемонстрировала кинжал Еве. Та отступила на шаг, уловив угрозу.
– Но почему?
– Ева, не моргая, смотрела на кинжал.
– Он хотел умереть?
– Нет, он хотел жить, не причиняя страдания другим. Игорь не подходил для Войны. Он был слишком добрым, а это непозволительная слабость.
Держа кинжал перед собой, Вика пошла на предводительницу.
– Что ты делаешь?
– спросила Ева.
– Ты, как и мой брат, не годишься для отведенной тебе роли. Посмотри на себя. Какая из тебя предводительница? Ты даже за себя постоять
– Я буду стараться, - заверила Ева. Она пятилась до тех пор, пока не споткнулась о надгробие. Взмахнув руками в попытке удержать равновесие, Ева повалилась на спину, ободрав при падении локти и ударившись копчиком о землю.
Вика воспользовалась беспомощностью жертвы: перескочив через надгробие, она склонилась над Евой и занесла кинжал для удара. Сейчас она покончит с несносной девчонкой!
Ева закрыла голову руками, но даже сквозь щели между пальцев хищный блеск кинжала слепил глаза. Страх спровоцировал жажду жизни. В ответ на немой призыв о помощи к Еве потянулись черные щупальца. Прокладывая себе путь среди надгробий, они стекались к ней, как ручейки. Щупальца приятно щекотали кожу, заряжая тело силой.
Несколько сантиметров отделяло кинжал от груди Евы - еще немного и сердце проткнет отравленное лезвие. Вика улыбалась, предвкушая победу, но неожиданно кинжал наткнулся на преграду. Еву коконом окутала чернота, преодолеть которую Войне было не по силам.
План провалился. Вика закричала от ярости. На ум пришли японские самураи. У них считалось почетным самоубийство в случае провала миссии. Раз уж не удалось избавиться от предводительницы, она покончит с собой. Острие кинжала повернулось в другую сторону, но и тут ее ждала неудача. Сильная рука вывернула запястье, лишив Вику оружия. Кинжал был отброшен прочь, а ее саму оттолкнули на могилу брата.
Над Викой стоял Самаэль и недобро скалился.
– Гореть тебе в вечном огне!
– в сердцах выпалила Вика.
– Твое проклятье запоздало, милая, я недавно оттуда.
Самаэль помог Еве встать на ноги. Вика поднялась самостоятельно.
– Идемте, девочки, вас кое-кто желает видеть.
– Разве ты не убьешь меня на месте?
– с надеждой поинтересовалась Вика.
– Что ты, ягодка, - улыбнулся демон.
– Я не посмею поднять на тебя руку. Ты сегодня была умничкой и заслужила конфетку.
Вот оно что! Все было продумано заранее. Какой идиоткой она была, полагая, что Еву, которую столь тщательно охраняют, можно увести незаметно. История с Асмодеем ввела ее в заблуждение. Подумай она немного, сообразила бы, что Алекс подозрительно быстро нашел Еву за пределами Дома.
Она всего лишь часть плана. Ее роль - стать спусковым крючком для предводительницы. Замысел Самаэля удался: Ева перепугалась до такой степени, что, сама того не подозревая, призвала Тьму.
Глава 15. Книга Судного дня
Самаэль поддерживал Еву под руку, и она, шокированная поведением Вики, не сопротивлялась.
Будто мало Еве было неприятностей, так в ней ко всему прочему точно поселился чужак. Черные щупальца защитили ее от кинжала. За это она была благодарна, но опасность миновала, а чернота осталась. Ева физически ощущала сгусток тьмы внутри себя. Он пульсировал и разрастался, как гнойник, грозясь захватить ее целиком. Это пугало посильнее Вики с кинжалом.
Они подошли к двойной двери, через которую спокойно мог проехать танк. Самаэль дернул латунные ручки вниз, дверь со стоном распахнулась. Пара свечей освещала зал размером со взлетную полосу. Пол, стены и потолок были гранитные или мраморные, черные с белыми прожилками, словно вырубленные в толще скалы. После кладбища на лестничном пролете Ева ничему не удивлялась.
– Где это мы?
– спросила она и вздрогнула - в пустом помещении звукам вторило громогласное эхо.
– Это 'Зал перехода'.
Ева кивком поблагодарила за ответ, хотя так и не поняла кто, а главное куда отсюда переходит.
Из темноты, скрывающей противоположный конец зала, раздалось поскрипывание, точно кто-то катил тележку. Ева была недалека от истины: по направлению к ним шел знакомый парень в сером балахоне, толкая перед собой инвалидное кресло со стариком.
– Что тебе нужно, Самаэль?
– проскрипел старик не хуже своего кресла.
– Война пыталась убить предводительницу, сир, - поклонившись, донес демон, за что получил разъяренный взгляд от Вики.
– Вот как, - старик то ли закашлялся, то ли рассмеялся.
– И каковы результаты?
– Предводительница призвала Тьму, чтобы спастись от кинжала.
Ева слушала с открытым ртом. Так вот, что она сделала! Щупальца были Тьмой. Спроси кто: 'Как тебе это удалось?', она бы не смогла ответить и уж тем более повторить содеянное.
– Пусть подойдет, - потребовал старик.
Ева решила, что зовут ее, и не на шутку перетрусила. Свежо еще было воспоминание о кровавых полумесяцах на щеках. Но Самаэль вытолкнул вперед Вику. Пока та плелась к креслу, Ева разглядывала неровности и наросты на поверхности пола. Казалось, пол неоднократно подвергался воздействию высоких температур и оплавился. Стоило это заметить, как Ева уловила в воздухе запах гари.
Между тем Вика склонилась над инвалидным креслом. Ева не разобрала, что старик шептал Войне, но лицо у нее приобрело лимонный оттенок.
После короткой беседы Вики со стариком, Самаэль вывел девушек в коридор, где бросил Еву в компании Вики, точно не было покушения.
Чувствуя себя неловко в обществе своей несостоявшейся убийцы, Ева попыталась разрядить обстановку разговором:
– Что тебе сказал старик?
Вика вздрогнула и посмотрела на Еву так, будто впервые видела. Постепенно на ее лицо вернулись краски.