День Луны
Шрифт:
В кабинет вошел Маркин.
— Товарищ генерал, сообщение из МИДа, — передал он срочную телеграмму.
— Они проверили через консульское управление, — понял Лодынин и, взглянув на сообщение, нахмурился. — Кажется, ты был в чем-то прав, — сказал он. В сообщении указывалось, что Мигель Переда приезжал в этом году дважды в Россию по приглашению фирмы «МаркЛтд.».
— Мне не нравится подобное совпадение, — задумчиво пробормотал Лодынин, — нужно будет узнать, где сейчас находится этот Переда.
Поднять его документы в нашем посольстве и узнать городской телефон в Барселоне. Действуйте, Маркин. Скажите, чтобы нашли
Маркин поспешил из комнаты.
— Идем, — предложил генерал, — группы захвата уже на месте, окружили здание фирмы.
Сейчас может начаться штурм.
— У них есть противогазы?
— Конечно, нет, — мрачно ответил генерал Лодынин, — наша группа вылетает только через десять минут. У нашего спецназа будут противогазы.
Они вышли из комнаты в зал. Все напряженно ждали сообщения.
— Товарищ генерал, — доложил директору ФСБ руководитель оперативной группы АТЦ, — мы окружили здание. Но нам кажется, что в доме никого нет.
Директор ФСБ посмотрел на премьера. Тот нахмурился. Он уже предвкушал радость окончания столь сложного и неприятного дела, когда пришло это сообщение.
— Пусть все проверят сами, — властно сказал премьер.
— Проверьте все лично, — зло повторил директор ФСБ, — и только потом докладывайте мне о результатах вашей проверки.
— Слушаюсь, — отозвался виноватый голос руководителя группы. Через пять минут он доложил: — Наши люди вошли в здание. Пока никаких признаков жизни не обнаружено. Во дворе стоят два автомобиля.
Все слушали сообщение. Директор ФСБ пожалел, что все телефоны выведены на микрофон и его беседу теперь слышат все руководители, столпившиеся в зале.
— На первом этаже никого нет, — последовал доклад, — идем дальше.
Абуладзе хмуро переглянулся с Лодыниным.
— На втором этаже тоже никого нет. Здесь на столе лежит телефон. Он звонит. Все время звонит. И записка.
— Какая записка?
— Написано: «Поднимите трубку».
На этот раз Лодынин посмотрел на Абуладзе и покачал головой. Оба профессионала уже понимали, что именно там происходит.
— Осторожно возьмите телефон, — разрешил директор, — только очень осторожно. Там может быть установлено взрывное устройство.
Потом была долгая минута молчания. Наконец, не выдержав, директор крикнул:
— Что у вас происходит? Говорите, черт вас всех возьми!
— Товарищ генерал, — послышался виноватый голос руководителя оперативной группы, — сюда звонил Майский. Он предупредил, что едет в аэропорт, и просил не задерживать никого по дороге. Иначе они сломают капсулу.
Директор ФСБ взглянул на мрачного премьера и прошептал проклятие. Министр обороны тяжело вздохнул, хватаясь за сердце. Абуладзе в третий раз посмотрел на начальника ГРУ.
— Нас предали, генерал, — очень тихо сказал он, — и предал кто-то из находившихся в этом здании.
Москва. 15 часов 50 минут
Когда на лестничной клетке послышался в очередной раз шум, он услышал это сквозь пелену тумана, окружавшего его сознание. Больше он не слышал ничего и уже готов был к тому, чтобы никогда не проснуться. Но он пришел в себя снова после толчков, когда его несли вниз на руках.
«Спасен», — радостно подумал он, открывая глаза. Вокруг суетились
— Живой, — радостно говорили все, — живой.
Он снова закрыл глаза, глубоко вдыхая весенний воздух. Живой, подумал он. Это было так здорово, что на мгновение он даже забыл, почему он обязательно должен был остаться в живых. А когда вспомнил, то забеспокоился.
Времени почти не было, и нужно будет предупредить своих товарищей. Террористы явно готовили какую-то пакость с переодеванием в милицейскую форму. Его внесли в машину, оказавшуюся небольшим микроавтобусом, кажется, японской или корейской сборки. Ему казалось, что все худшее уже позади, что сейчас его отвезут в больницу, где он наконец расскажет про сегодняшнее нападение и переодетых в форму террористов, которые так и не собирались менять эту форму.
И в этот момент он услышал знакомый торжествующий голос Лося.
— Ну что, стервец, добегался?
От невыносимого ужаса сжалось сердце. Он вдруг понял, что террористы оказались умнее и хитрее, чем он думал. Они никуда не собирались убегать. Зачем? Ведь все его призывы о помощи сводились в конечном итоге к тому, чтобы сюда вызвали милицию. А зачем вызывать милицию, если она уже в доме? Никому из соседей даже в голову не могло прийти проверить документы у двоих офицеров милиции, оказавшихся перед запертой дверью. Наоборот, все помогали сотрудникам милиции по мере сил. Сначала слесарь из местного ЖЭКа с помощью добровольцев разбил замок, открывая дверь. Затем все те же услужливые руки потащили несчастного раненого вниз. И бережно уложили в подъехавший микроавтобус, за рулем которого сидел пожилой человек, вызвавшийся доставить несчастного в больницу.
Старый опытный Лось перехитрил-таки майора Сизова. Нужно всю свою жизнь обманывать и делать пакости людям, познавая эту науку зла, чтобы достичь совершенства и в этой области. Лось знал подобную науку досконально. Он всю свою жизнь обманывал людей, зарабатывая деньги на их страданиях, боли, крови. Майор Сизов, впервые вступивший на эту стезю, оказался не готов к подобному чудовищному лицемерию своих врагов.
Впрочем, в лицемерии Лося не было ничего странного. Всю свою жизнь этот человек притворялся и ловчил. Он действительно работал раньше в органах и был подполковником милиции, успешно совмещая службу в правоохранительных органах с организацией банды по вымогательству и рэкету. Его люди очень умело обрабатывали клиентов, отказывавшихся платить деньги. Лось получил свою кличку за квадратную голову и большую фигуру. На самом деле подполковника звали Авдотин Николай Анатольевич. Подполковник хорошо изучил приемы и методы преступного мира, умело применяя их в своих интересах.
Несчастный Сизов даже не подозревал, что вся банда Лося действительно состояла из бывших и нынешних работников милиции. Это были самые страшные террористы. Люди-оборотни, предающие своих коллег, своих сослуживцев, своих друзей. Сидящий за рулем микроавтобуса террорист по кличке Моряк получил это прозвище за привычку ходить в тельняшке, оставшуюся после службы в армии. Он на самом деле раньше работал на патрульной машине и имел звание старшего лейтенанта.
Но Моряка рекомендовал сам Седой. Лось никогда бы не сделал такого выбора. А вот другие двое были действующими работниками милиции, причем один из них все еще числился в отряде московского ОМОНа.