День Муравья
Шрифт:
165. ХОЗЯИН ДОМОВЫХ
Уже светало, а Летиция Уэллс и Жак Мелье все еще зачарованно слушали необыкновенную историю Жюльетты Рамирез.
Они уже знали, что Дед Мороз на пенсии — это ее муж, Артур Рамирез. Они узнали, что он с детства увлекался поделками. Он мастерил игрушки: самолеты, машинки, кораблики с дистанционным управлением. И игрушки, и роботы беспрекословно подчинялись командам. Друзья прозвали его «хозяин домовых».
— У каждого есть талант, и его надо развивать. У меня одна подруга вышивает крестиком как настоящий художник. Ее вышивки…
Но
— Артур решил одарить своим талантом человечество.
Естественно, он занялся робототехникой и без труда получил свои инженерные дипломы. Он изобрел автомат по замене спущенных шин, передатчик, вживляемый в человеческий череп, и даже чесалку для спины с дистанционным управлением.
Во время последней войны он сконструировал «стальных волков». Эти роботы-волки на четырех конечностях были более устойчивы, чем андроиды на двух. Кроме того, каждый из них был снабжен двумя инфракрасными камерами, позволяющими целиться в темноте, двумя автоматами в ноздрях и короткой 35-милиметровой пушкой в пасти. «Стальные волки» нападали по ночам. Солдаты управляли ими из укрытия на расстоянии более пятидесяти километров. Эти роботы оказались настолько эффективными, что ни одна из их жертв не выжила, потому и не могла рассказать об их существовании!
Но однажды на секретных фотографиях Артур увидел, какие разрушения наносят его «стальные волки». Управлявших ими солдат охватила игровая лихорадка, они, как в компьютерной игре, убивали все, что двигалось на контрольных экранах.
Для Артура это было потрясением — он сразу же подал в отставку, а потом открыл этот магазин игрушек. Отныне он поставил свой талант на службу детям: взрослые оказались слишком безответственны, чтобы разумно использовать его открытия.
И тогда же он встретил Жюльетту, она работала почтальоном. Приносила ему газеты, почтовые переводы, открытки, заказные письма. Это была любовь с первого взгляда. Они поженились и зажили счастливо в доме на улице Феникс, но однажды произошел «несчастный случай». Это событие она так и назвала — «несчастный случай».
Жюльетта, как обычно, разносила почту, когда на нее напала собака. Собака вцепилась в сумку зубами и разорвала упаковку одной из посылок.
После работы Жюльетта принесла разодранную посылку домой. Артур своими ловкими пальцами мог бы склеить обертку, и получатель ничего бы не заметил; это избавило бы Жюльетту от возможных проблем с абонентами, ведь люди всегда готовы подать жалобу.
Артур Рамирез так и не сменил упаковку посылки.
Содержимое посылки его заинтриговало — толстая папка с несколькими сотнями страниц, чертежи странной машины, письмо. Его врожденное любопытство преодолело врожденную сдержанность — он прочел содержимое папки и письмо, просмотрел чертежи.
И их жизнь перевернулась.
С тех пор Артура Рамиреза стали интересовать только муравьи. На чердаке он установил огромный аквариум. Он утверждал, что муравьи умнее людей, так как коллективный разум муравейника превосходит индивидуальные интеллекты, которые его составляют. Он уверял, что у муравьев 1+1=3. Срабатывала социальная синергетика. Муравьи демонстрировали новый способ группового существования. По его словам,
Только гораздо позже Жюльетта Рамирез узнала, что было на тех чертежах. Там были чертежи машины. Изобретатель назвал ее «Пьер де Розетт». Она превращала слоги и слова, произнесенные человеком, в муравьиные феромоны и обратно, а также позволяла контактировать с мирмекийским обществом.
— Но… но… но это был проект моего отца! — воскликнула Летиция.
Мадам Рамирез взяла ее за руку.
— Я знаю, и мне перед вами очень стыдно. Эту посылку отправил ваш отец Эдмон Уэллс, а получателем были вы, мадемуазель Уэллс. В папке были страницы второго тома «Энциклопедии относительного и абсолютного знания» и чертежи машины, которая переводит французский язык на муравьиный. И письмо, письмо… вам было письмо, — сказала она и достала из ящика буфета аккуратно сложенный лист.
Летиция почти вырвала его у нее из рук.
Она прочла: Летиция, дорогая моя доченька, не суди меня…
Она жадно глотала любимый почерк, письмо заканчивалось нежными словами, написанными Эдмоном Уэллсом. Она испытала отвращение, она почти рыдала. Она кричала:
— Воры, вы всего лишь жалкие воры! Это предназначалось мне, все предназначалось мне! Вы украли мое единственное наследство. Вы извратили духовное наследие моего отца! Я могла бы умереть и так никогда и не узнать, что его последние мысли были обо мне! Как вы могли…
Она припала к Мелье, тот гладил ее хрупкие плечи, содрогающиеся от рыданий.
— Простите нас, — сказала Жюльетта Рамирез.
— Я была уверена, что письмо существует. Да, я была уверена! Всю свою жизнь я ждала его!
— Может, вы будете меньше сердиться на нас, если я скажу вам, что духовное наследие вашего отца попало в хорошие руки. Называйте это случайностью или судьбой… Судьбе было угодно, чтобы эта посылка попала к нам.
Артур Рамирез сразу же начал собирать эту машину. Он даже внес туда некоторые усовершенствования. Так что супружеская пара могла разговаривать с муравьями из своего террариума. Да, они общались с насекомыми!
Ошеломленная Летиция разрывалась между возмущением и восхищением. Как и Мелье, ей не терпелось услышать продолжение истории.
— Какая была эйфория в первые дни! — вспоминала женщина. — Муравьи объясняли нам устройство своей Федерации, рассказывали о войнах, о борьбе между видами. На уровне наших подметок нам открывалась целая вселенная. Представьте себе, у муравьев есть инструменты, свое сельское хозяйство, развитые тонкие технологии. Им даже известны абстрактные концепции вроде демократии, каст, разделения труда, взаимопомощи…
Изучив мышление муравьев, Артур Рамирез разработал компьютерную программу, имитирующую «интеллект муравейника». В то же самое время он и создал этих крошечных роботов — «стальных муравьев».
Его целью было создание искусственного муравейника с сотнями муравьев-роботов. Где каждый наделен автономным интеллектом (программа, установленная в этой электронной букашке), и в то же время, чтобы каждый мог бы включаться в группу муравьев и действовать сообща.
Жюльетта Рамирез подыскивала слова: