День совершенства
Шрифт:
Примерно через час после наступления темноты они пошли к закусочной, где запаслись коробкой унипеков и питьем, и спустились на берег. Дойдя до сканера, они обогнули его. Ночь выдалась безлунная и беззвездная — дневная дымка не рассеялась и лишила небо светил. В тихо плещущей воде то и дело взблескивали фосфорические искорки; если б не эти блестки, то вокруг царила бы непроглядная темень. Чип нес коробку с унипеками и напитками под мышкой и фонарем подсвечивал
— Торговцы не придут к берегу в такую ночь, как эта, — сказала она.
— Да и вообще никого не будет, — сказал Чип. — Даже двенадцатилетних подростков. Это очень кстати.
Но на самом деле, он думал, что это вовсе не так и некстати. А что, если туман продержится несколько дней и ночей кряду, и они застрянут у самого краешка свободы? Не подстроил ли все это Уни преднамеренно, именно с этой целью? Чип улыбнулся. Он был tres fou, Маттиола была абсолютно права.
Они шли до тех пор, пока не решили, что находятся уже к западу на полпути между '082 и следующим городом. Тогда они положили на землю коробку с провизией и узел с одеялами и стали искать подходящую пещеру в скалах. Они нашли ее буквально через несколько минут — берлогу с дерновой крышей и песчаным полом, на котором валялись обертки от унипеков и два заинтриговавших их обрывка пред-У-географической карты — зеленый с надписью «Египет» и розовый. Они перенесли коробку и узел в пещеру, расстелили одеяла, поели и улеглись рядом.
— Неужели ты еще можешь? — недоверчиво спросила Маттиола. — После сегодняшнего утра и вчерашней ночи?
— Без транквилизаторов, — сказал Чип, — для меня это не проблема.
— Фантастика! — сказала Маттиола.
Позднее Чип сказал:
— Даже если мы никуда не доберемся, даже если нас схватят через пять минут и накачают лекарствами, то и тогда игра стоила свеч. Мы побыли живыми, самими собой, по крайней мере хоть несколько часов.
— Я хочу, чтобы не какая-то кроха, а вся моя жизнь принадлежала мне, — сказала Маттиола.
— Так и будет, — сказал Чип. — Обещаю тебе. — Он целовал ее в губы, гладил в темноте ее щеку. — Ты останешься со мной? — спросил он. — На Майорке?
— Конечно, — сказала она. — Что за вопрос?
— А ведь не хотела, — сказал он. — Помнишь? Ты даже сюда не хотела идти со мной.
— Во имя Христа и Вэня, это же было прошлой ночью, — сказала она и поцеловала его. — Конечно, я хочу остаться с тобой. Ты разбудил меня и теперь мне без тебя — никуда.
Они лежали в обнимку и целовались.
— Чип! — крикнула она. Наяву, а не
Он сел, ударившись головой о камень, нашарил воткнутый в песок нож.
— Чип! Смотри! — Он вскочил на колени и уперся рукой в песок. Маттиола темнела силуэтом на фоне голубого входа в пещеру. Он поднял нож, готовый поразить любого, кто приблизится к ним.
— Нет, нет, — сказала она со смехом. — Подойди, посмотри! Я не верю своим глазам!
Щурясь от света, он подполз к ней.
— Гляди! — воскликнула она счастливо, показывая на берег.
Метрах в пятидесяти от пещеры на песчаной отмели стояло суденышко — небольшой двухмоторный катер. Старый, с белым корпусом и красным скиртингом. Он стоял на песке с наклоном на нос. Вода до него не доходила. Над скиртингом были белые брызгоотражатели, а часть ветрового стекла отсутствовала.
— Давай поглядим, годится ли он, — сказала Маттиола. Опираясь на плечо Чипа, она начала вылезать из пещеры; он кинул нож, схватил ее за руку и потянул назад.
— Постой минутку, — сказал он.
— Почему? — Она посмотрела на него.
Он потирал ушиб и хмуро смотрел на катер — красно-белый, пустой, такой манящий на ярком утреннем, не скрытом туманом, солнышке.
— Здесь какой-то подвох, — сказал он. — Западня. Слишком уж здорово. Ложимся спать, просыпаемся — и к нашим услугам подогнали лодку. Я не верю в это.
— Ее нам не подогнали, — возразила Маттиола. — Она стоит здесь не одну неделю. Погляди, как успели ее загадить птицы и как глубоко ушел в песок ее нос.
— Откуда взялся тут этот катер? Здесь поблизости нет островов.
— Быть может, торговцы пришли с Майорки, а их поймали, — предположила она. — Или, может, они нарочно ее оставили для таких, как мы с тобой. Ты же говорил, что возможны спасательные операции.
— И никто его тут не нашел и не доложил Уни?
— Уни никому не позволяет заходить на эту часть побережья.
— Давай еще подождем, — сказал он. — Давай просто понаблюдаем и немного подождем.
Она нехотя согласилась.
— Ну, давай.
— Слишком все оказалось просто, — сказал Чип.
— А почему все должно быть недоступным?
Они остались в пещере. Поели, упаковали одеяла и все время следили за катером. Скрытно сползали за пещеру и закопали в песок отходы.
Гребешки волн заплескивались под днище катера, приближалось время отлива. Птицы кружили над суденышком, садились на ветровое стекло и поручни. Это были четыре чайки и пара коричневых птичек, размером поменьше.