Дерзкая девчонка

Стил Джессика

— Да, пожалуйста, — согласилась Эйлин и поло­жила трубку.

После этого последовал целый шквал телефон­ных звонков. Так что, когда Эйлин позвонила сво­ему адвокату, уже подошло время обеденного пе­рерыва.

— Мистер Оллереншоу уехал по делам, — сказа­ла секретарша. — Его не будет до понедельника. Может быть, кто-то другой сможет вам помочь?

Эйлин отказалась, но договорилась о встрече с мистером Оллереншоу в понедельник. Адвокат ей нравился, он относился к ней по-отечески. Перво­классный юрист, он был приветливым и

душев­ным человеком. Она подождет и посмотрит, что скажет ей сегодня вечером Гидеон Лэнгфорд. Тог­да, возможно, у нее появятся еще кое-какие вопро­сы к адвокату.

Эйлин пришла домой с опозданием. Такое ино­гда случалось по пятницам. Времени оставалось только на то, чтобы подготовить себе бутерброд и подумать, не стоит ли сделать еще один и для Ги­деона. Эйлин закатила глаза: неужели она сходит с ума? Этот человек придет, чтобы попытаться отго­ворить ее от предъявления прав на Виолетту. Если не успел поужинать — пусть умирает от голода!

Несколько минут она размышляла, не сменить ли модный синий костюм на брюки и блузу. Но потом решила не делать этого. Если сменит дело­вой костюм на менее официальную одежду, то станет более уязвимой. О, какая чушь! Она позво­лила себе испугаться, что семья Лэнгфорд может не отдать ей Виолетту...

Гидеон Лэнгфорд приехал на минуту позже назначенного времени.

— Легко нашли меня? — спросила Эйлин. Он на­ходился у нее в доме, и приличия требовали, что­бы она была вежлива с ним хотя бы для начала, даже если потом он получит резкий отпор. — Ко­фе? — предложила она, проявив еще большую уч­тивость. Эйлин не считала свою гостиную кро­шечной, но он, кажется, заполнил ее всю.

— Да, пожалуйста, — согласился Гидеон.

Она снова вернулась на кухню, налила кофе и принесла поднос в гостиную.

— Садитесь, — пригласила Эйлин и, сев напро­тив, взглянула на его вытянутые длинные ноги. — Вы видели сегодня Виолетту?

— Нет, — ответил Гидеон и резко спросил: — А вы?

Эйлин покачала головой и подумала, что нет ничего плохого, если она будет с ним откровен­ной.

— В понедельник я встречаюсь с адвокатом.

— Отличная идея, — одобрил, к ее удивлению, Гидеон. — Хотя я, возможно, смог бы уберечь вас от проблем.

— Не думаю... — начала она решительно. Очень ей нужна его помощь! Он — Лэнгфорд, а значит, враг!

— Я, собственно говоря, сам вчера вечером встречался с адвокатом, — ошеломил он ее.

— Вы времени попусту не теряете! — раздра­женно заметила Эйлин.

— Не сердитесь, — спокойно сказал Гидеон. — С Расселлом я могу договориться, но если бы вы лучше знали его жену, то поняли бы, что следует быть во всеоружии.

Судя по его словам, Гидеон Лэнгфорд собирал­ся бороться со своей невесткой всеми силами. Значит, ей нужно противостоять и Гидеону.

Эйлин подавила раздражение. Гидеон допил кофе, а они все еще не приступили к главной теме разговора.

— Похоже, вы не в восторге от вашей невестки, — проговорила

она.

— Да, — признался Гидеон. — Помимо всего про­чего, она так же пагубно действует на моего бра­та, как и мать...

— О! — воскликнула Эйлин. — Ваша мать... изба­ловала его?

— Вы и представить не можете, до какой степе­ни! Руководствуясь благими намерениями, она была непоколебимо уверена, что любой средний ребенок в семье находится в невыгодном положе­нии. Боюсь, она впала в другую крайность, пыта­ясь компенсировать это.

Эйлин смотрела на него в изумлении. Ведь он раскрыл семейную тайну. Почему-то ей казалось, что при обычных обстоятельствах Гидеон никогда бы ничего подобного не сделал. Видимо, это ка­ким-то образом связано с его визитом к ней.

— В результате страдали вы с Китом? — предпо­ложила Эйлин.

— В результате Расселл вырос человеком, кото­рый позволяет женщинам командовать собой — матери, жене. — Гидеон оставил ее вопрос без от­вета. — Он, кажется, не способен думать самосто­ятельно, хотя до того, как появилась Памела и по­чуяла, что пахнет наследством, вполне прилично зарабатывал себе на жизнь.

— Он не работает?

— В данный момент ему не нужно работать. Сначала наследство от отца, а потом, в двадцать пять, от деда, но сейчас ему тридцать два, и я по­дозреваю, что он распростился с большей частью своих денег.

— Это... не так уж трудно сделать, — неуверенно сказала Эйлин.

— Да, если вы женаты на женщине, которая не­истово играет на бирже, это нетрудно! — коротко сказал Гидеон. Помолчав, он, к ее изумлению, до­бавил: — Так вот, расправившись с состоянием Расселла, она теперь охотится за деньгами Кита!

— Кита?! — воскликнула Эйлин.

— Вы что, не знали?

— Нет у него никаких денег! Я уверена! Он по­лучил кое-что от отца, но все давно кончилось, и сейчас они живут на деньги Джастины. Дело не в том, чьи это деньги, но у Кита сейчас ничего нет... — Она внезапно остановилась. Гидеон смотрел на нее с едва заметной улыбкой. Он не был похож на человека, который часто улыбается. Но сейчас улыбка тронула его губы, и она признала, что ей приятно на него смотреть.

— До чего же вы милая семья, — спокойно про­говорил он, и она почувствовала волнение в гру­ди. К тому же, кажется, слегка покраснела.

— Не знаю... хотя Джастина очень мила и...

— И ее старшая сестра тоже не так уж плоха.

О, черт, а он на самом деле обаятелен.

— Вы говорили, что у Кита есть деньги, но...

— Сейчас их у него нет, но Кит унаследует од­ну треть состояния деда, когда ему исполнится двадцать пять лет.

— Через шесть месяцев... — подсчитала Эйлин.

— Вот именно. Поэтому-то, насколько я знаю свою невестку, и... — Гидеон замолчал. — Я не ос­тавляю надежды, Эйлин. Думаю, этого не случит­ся, — мягко сказал он, — но мы должны быть гото­вы к тому, что никогда не увидим Кита и вашу се­стру.