Дерзкая девчонка

Стил Джессика

— К тебе можно? — спросила она Андреа. Эйлин, испытывая к начальнице огромное уважение, наде­ялась, что ей не придется слишком много лгать.

— Конечно. Какие новости? — спросила Андреа, имея в виду Джастину и Кита.

— Никаких, — ответила Эйлин и сразу присту­пила к объяснению цели своего визита. — Дело в том, что мне понадобится взять пару дней, — нача­ла она, на всякий случай решив освободить себе помимо четверга еще и пятницу.

— Ты опять едешь в... — предположила Андреа, но тут ее взгляд упал на руку Эйлин. — Ты обручи­лась! —

воскликнула она. — А я даже не знала, что у тебя есть друг! Кто он? И понимает ли, как ему повезло? — ласково добавила Андреа.

— Я... он... — беспомощно пролепетала Эйлин. — Все произошло очень быстро, но мы... нужны друг другу. — Это не было ложью. Один без друго­го они с Гидеоном имели бы значительно мень­ший шанс добиться опеки над Виолеттой. — Гиде­он Лэнгфорд и я...

— Гидеон Лэнгфорд! — воскликнула пораженная Андреа. — Ну конечно, вас познакомила сест­ра, — закивала она, предположив (это не приходи­ло в голову Эйлин), что они с Гидеоном знакомы уже давно и столь же давно любят друг друга. Во всяком случае, когда Андреа пожелала ей счастья, в голосе ее не слышалось ничего, кроме искренно­сти и тепла.

— Дело в том, что мы решили... пожениться в четверг. Это будет скромная церемония в тесном кругу, потому что...

— О, моя дорогая! Я так рада! Я очень беспоко­илась за тебя. Но если это Гидеон Лэнгфорд... — Тут Андреа замолчала. — Ведь ты не покидаешь нас? Ты пришла ко мне не затем, чтобы подать за­явление об уходе?

Эйлин почувствовала облегчение оттого, что разговор прошел значительно лучше, чем она ожидала.

— Нет! Конечно, нет. Ты ведь знаешь, какое удовольствие я получаю от работы с тобой. Мне просто нужны два дня, четверг и пятница. И все.

Вернувшись в свой кабинет, она тут же отме­нила встречу со своим адвокатом, мистером Оллереншоу. Гидеон, кажется, все предусмотрел. Она не могла придраться к тому, что он делал.

Вечером Эйлин поспешила домой, лелея на­дежду, что пришла открытка от Джастины. Но из Австрии ничего не было.

Неожиданно около семи заехал Гидеон. Эйлин обрадовалась его приходу.

— Ты предупредила на работе, что тебя не будет в четверг? — спросил он, стоя рядом с ней в кухне, пока она варила кофе.

Видимо, ему не приходило в голову, что она должна была отпрашиваться с работы.

— Да, — ответила Эйлин и с легким смущением призналась: — Я попросила еще и пятницу...

— Может, ты хотела бы куда-нибудь поехать?

— Нет! — решительно отвергла она эту идею.

— Видимо, мое обаяние начинает мне изменять, — протянул он и, широко улыбнувшись, признался: — Забавно. Я тоже сказал, что меня не будет в пятницу.

Гидеон позвонил только в среду вечером, когда Эйлин уже начала паниковать.

— Ну, наконец-то! — воскликнула она, не поду­мав.

— Что-то случилось?

— Правильно ли мы поступаем, заключая брак?

— Я никогда не прощу тебе, если ты обманешь мои ожидания, — натянуто произнес он, помолчав.

— Соблазненный и покинутый на пороге

отдела регистрации браков, — пошутила она. Можно по­думать, что кто-то решится такое сделать! — Изви­ни, — уже серьезным тоном сказала она. — Про­сто... кажется, я нуждаюсь в ободрении.

— Пожалуйста. По отдельности мы почти не имеем шансов получить право на опекунство над Виолеттой Эйлин Лэнгфорд. Если же поженимся, наши шансы будут гораздо выше, чем у других претендентов!

— Ну, тогда вдевай гвоздику в петлицу своего пиджака, — ответила она, почувствовав себя значи­тельно лучше.

К своему удивлению, Эйлин прекрасно спала в эту ночь. Церемония была назначена на три часа. Гидеон предложил следующий план: за ней заедет шофер, утром в понедельник Гидеон сам отвезет Эйлин к ней домой, она возьмет свою машину и вечером приедет в свой новый дом, «Оуквейл».

К тому времени, когда появился шофер, Эйлин была уже твердо уверена в правильности того, что делает. А нервничала только потому, утешала она себя, что не каждый день девушки выходят замуж, и не всегда за таких мужчин, как Лэнгфорд.

Когда Эйлин вошла в зал регистрации, Гидеон встретил ее и произнес:

— Я знал, что моя невеста красива, но сегодня ты выглядишь потрясающе. — Он слегка прикос­нулся к ее губам.

Что ей оставалось? Она улыбнулась. Свидете­ли происходящего имели возможность убедиться в том, что Гидеон вел себя как самый счастливый человек на свете. Улыбаясь, он протянул Эйлин букет роз, потом вынул одну из них и вдел себе в петлицу. Эйлин засмеялась.

— Все будет хорошо, я обещаю, — шепнул он, и в этот момент ее ослепили вспышки фотокамер. Це­ремония прошла без сучка и задоринки, хотя Эйлин боялась, что начнет заикаться или потеряет голос.

После бракосочетания молодожены дали воз­можность сфотографировать себя для прессы. По­том Эйлин и человек, за которого она только что вышла замуж, сели в машину и уехали. По дороге она сняла перстень с правой руки и надела на ле­вую, рядом с обручальным кольцом, и тут замети­ла, что Гидеон проследил за ее движением.

— Теперь я должна тебе два кольца, — поспешно сказала Эйлин.

— Ты меня поражаешь! — заявил он.

— Я знаю, — сказала она, улыбнувшись.

Его взгляд был устремлен на дорогу, но по то­му, как дрогнули уголки его губ, она поняла, что он тоже готов рассмеяться.

Когда они приехали домой и приняли поздрав­ления от мистера и миссис Моррис, Гидеон спро­сил, не хочет ли она переодеться у себя и помыть руки. Они поднялись по широкой лестнице, и тут до нее дошло, что он имел в виду ее комнату. О бо­ги! Ведь миссис Моррис, его экономка, скоро пой­мет, что они не спят в одной постели.

Однако долго беспокоиться об этом Эйлин не пришлось, потому что Гидеон распахнул дверь и пропустил ее вперед.

Это была просторная спальня с огромной дву­спальной кроватью, элегантно обставленная, с пу­шистым кремовым ковром, в котором утопали но­ги, и кремовыми же занавесками.