Детонатор
Шрифт:
Он глотнул обжигающего напитка и развернул забытую кем-то газету. Интересующие его объявления размещались в рубрике «Досуг». Кто только не предлагал ублажить состоятельных господ! К их услугам имелись и очаровательные шалуньи, и юные проказницы, и элитные кошечки. Настоящее раздолье для мужчины, изнуренного воздержанием. Для мужчины, который на сегодняшний вечер слегка пьян, вполне платежеспособен и не знает, как ему жить дальше.
«Вернее, знает, что дальше жить невозможно», — мысленно поправился Красоткин.
Остановив
— Спасибо, но у меня, э-э, самые обычные запросы, — промямлил Красоткин. — Традиционные.
— Вам брюнетку или блондинку? Рост? Возраст? Комплекция?
Создавалось впечатление, что речь идет не о жрицах любви, а о размещении заказа на окна или двери. Красоткин, никогда прежде не имевший дела с девушками по вызову, почувствовал себя обманутым. Как будто попробовал на вкус не сам запретный плод, а его восковой муляж. Вместо того чтобы назвать запрашиваемые параметры, он осторожно положил трубку.
Раскатистая телефонная трель остановила его на полпути к туалету. Звонила диспетчерша, предположившая, что связь оборвалась случайно.
— Не случайно, — отрезал Красоткин. — Я передумал.
— Как же так, мужчина? — огорчилась собеседница. — Я вам уже и подружку на ночь подобрала. Лучшая из лучших. Вам нравятся натуральные блондинки?
— Терпеть не могу натуральных блондинок.
— Я как в воду глядела. Могу предложить вам брюнетку с идеальной фигурой.
— Предпочитаю рыженьких, — соврал Красоткин, — но не в конопушечку, а в полосочку. Не звоните мне больше.
— Очень надо!
Разобидевшаяся диспетчерша оставила Красоткина в покое, но через пять минут на него обрушилась целая лавина предложений, поступающих от других организаторов культурного отдыха. Выяснилось, что это была артподготовка. Как только звонки прекратились, в номер постучали. Распахнувший дверь Красоткин приготовился высказать свое возмущение, но лишь захлопал глазами, обнаружив перед собой трех девчушек, личики которых были такими же гладенькими, как выставленные напоказ животики.
— Скучаете? — спросила та, что стояла в центре. — Можем скрасить ваше одиночество. Которая вам нравится больше?
Красоткин, у которого пропал голос, показал пальцем.
— Я? — на всякий случай уточнила девчушка.
Красоткин кивнул.
— Расценки знаете? Вам на пару часиков или на ночь? — Не добившись внятного ответа, девчушка тряхнула волосами. — Ладно, договоримся. — Она проскользнула в номер и швырнула сумочку на кровать. — Чао-какао.
— Чао-какао, — машинально откликнулся Красоткин.
— Это я не вам — подругам. Дверь закройте. Раздеваться,
— А как надо?
— Как хотите, — беспечно улыбнулась девчушка. — Желание клиента для меня закон. Вас как зовут? Меня Карина.
— А меня Владимир, — представился Красоткин. — Выпить хотите?
— У-у, вискарь, — поморщилась Карина, изучив этикетки двух приобретенных в баре бутылок. — Не возражаете, если я свое?
Стянув на ходу маечку, она уселась на кровать и достала из сумочки две одинаковые черные банки.
— Что это? — удивился Красоткин. — Никогда не пробовал, а название кажется знакомым.
— Энергетический напиток, — сказала Карина. — Заводит почище всякого алкоголя. Хотите?
Протягивая банку, она выпятила грудь таким образом, что отказаться не повернулся язык.
— Хочу, — признался Красоткин.
— Открыть?
— Я сам, спасибо.
— Вкусно?
И снова Красоткин не сумел возразить.
— Очень, — сказал он, облизывая ставшие сладкими губы.
— Да вы садитесь, Володя, — похлопала Карина по кровати. — Все-таки вы здесь хозяин. Неудобно как-то получается.
Ее грудь призывно качнулась.
«Совсем еще молоденькая, — подумал Красоткин, осторожно опускаясь рядом. — Сто лет не общался с девушками ее возраста. Хотел бы я знать, что она обо мне думает. Ведь я ей в отцы гожусь».
— Женаты? — спросила Карина.
— Женат, — подтвердил Красоткин.
— Давно?
— Давно.
— Надоело?
— Нет.
Похоже, ответ Карине не понравился.
— Может, перейдем к делу? — предложила она. — А то финансов у вас не хватит.
Отставив банку, она взялась за пуговицу джинсов, сидящих на ней так низко, что ее спина просматривалась до самого копчика.
— Финансов хватает, — заявил Красоткин, удерживая Карину на месте. — Их теперь у меня много.
Карина бросила на него взгляд из-под опущенных ресниц:
— Жена довольна небось? А вы ей изменяете. Все вы такие.
— Не все. Вернее, я не такой. Я… э-э, с другой первый раз в жизни.
После этого признания Красоткину потребовалось сделать несколько жадных глотков виски. Отставив пустую бутылку, он сел на кровать. Карина несильно толкнула его в грудь, опрокидывая на спину, деловито расстегнула ему «молнию» на брюках, протянула маленький пакетик:
— Держи резинку. Хочешь, сама надену?
Все прошло быстро и беспорядочно. То, что Красоткин испытал, нельзя было назвать бурным наслаждением. Он посмотрел на оседлавшую его проститутку. Глаза у нее были почти бесцветные, водянистые. Все остальное лицо представляло собой косметическую палитру.
Красоткин зажмурился. Некстати вспомнилась жена, а именно как впервые уложил он ее на брачное ложе. Он до сих пор отчетливо помнил ту ночь. Ночь, совершенно непохожую на эту. Потому что женщина была совершенно другая.