Детоубийцы
Шрифт:
«Блевану или нет?» – спросил себя отставной прапорщик.
Не поддался на провокации сжавшегося желудка, перетерпел, а потом забросил уже бесполезный трос в бассейн и побрел к бунгало.
– Куда ты его дел? – изумился Белов, увидев, что Приходько вернулся один.
– Там эта тварь, – последовал маловразумительный ответ, сопровождающийся жестом в темноту.
– Что Салем тварь, я сразу понял, – сказал Белов. – Но где он? Ты его отпустил?
– Он все рассказал? – подала голос Джезла.
Приходько
– Помнишь, как ты в озере купался, Олежа? – начал он издалека. – Там еще к берегу приплыли крокодилы.
– Так? – наморщил лоб Белов.
Джезла первой сообразила, что приключилось, и, схватившись за щеки, зашлась истерическим, почти безумным смехом.
– От этих сраных крокодилов, – с чувством произнес Приходько, – просто проходу нет в Африке. Плюнешь, непременно попадешь в одну из этих зеленых тварей.
Хохочущую Джезлу перегнуло пополам.
– Ты хочешь сказать, что?..
Белов не договорил, но было ясно, что он хочет спросить.
Приходько кивнул:
– Да.
– Ты понимаешь, что натворил?
– Понимаю. Потерял очень важного языка. Но это еще не самая плохая новость.
– Есть хуже? – печально спросил Белов.
– К сожалению, да, – ответил Приходько. – Сюда едут. На нескольких машинах. – Взяв товарища за плечо, он развернул его в ту сторону, где мелькали фары машин, приближающихся из темноты. – Немаленькая компашка.
Прекратив хохотать, Джезла уставилась на движущиеся огоньки.
– Это по мою душу, – обронил Белов.
– По наши души, – поправил его Приходько. – Мы теперь в одной связке.
– Вот только про связку не надо. Не трави душу.
Они обменялись мрачноватыми улыбками, больше похожими на звериные оскалы. Их травили. Охотники были все ближе и ближе.
– По коням! – деловито скомандовал Приходько.
Опасность подействовала на него, как доза героина на наркомана.
Глава 18
Кольцо сжимается
Поскольку ехать навстречу незваным гостям никто не собирался, Приходько направил свой джип прямо на ограду, за которой начиналась просека в джунглях.
– Сейчас поглядите, какой у меня вездеход! – крикнул он, переключая передачу.
Надсадно воя, джип запрыгал по кочкам, тяжело переползая через гнилые древесные стволы и форсируя промоины, наполненные жидкой грязью. «Гранд Чероки» брал препятствие за препятствием, но и преследователи не отставали, как видел Белов, разместившийся на заднем сиденье.
Внезапно «Чероки» провалился в грязь чуть ли не по окна и, дергаясь вперед и назад, стал раскачиваться в этой трясине. Скрипя зубами, Приходько манипулировал сцеплением и коробкой скоростей, заставляя двигатель рычать на все лады. Головная машина преследователей
– Под сиденьем оружие. Выбирай любое и задержи их.
Покопавшись в арсенале прапорщика, Белов воспользовался девятимиллиметровым «узи», вполне годящимся для ближнего боя. Выкатившись из джипа, он выпустил из автомата три короткие очереди, погасившие фары, а оставшиеся в магазине пули вогнал в автомобильный салон сквозь обвалившееся лобовое стекло.
За это время Приходько успел выехать из болота. Как только Белов вернулся на место, красный «Чероки» торжествующе взревел и устремился дальше.
Погони можно было не опасаться. Подбитая машина надежно перегородила лесную просеку.
«Интересно, скольких я только что завалил?» – спросил себя Белов и тут же позабыл об этом. На самом деле ему не было интересно. Чем больше он убивал, тем меньше хотелось думать об этом.
Тананзе поднялся из ванны, выпрямившись во весь свой немалый рост. Покрытый блестящим панцирем струящейся воды, он смотрелся внушительно, как древнеязыческий идол, вытесанный из черного камня.
– Как ушли? – спросил он.
Трое мальчиков, собравшихся возле ванны с полотенцами, мазями и маникюрными приборами, попятились. Тананзе не кричал, но его голос рокотал, подобно отдаленному грому. Будет буря!
– Двоих ранили, одного убили и ушли, – сказал Кулафье. – Мощный джип. В джунглях не догнать.
– А вы стреляли? – спросил Тананзе, переступая борт ванны.
Мальчики сделали еще по одному шагу назад. Майор остался стоять на месте, хотя было заметно, что напускное спокойствие дается ему нелегко.
– Конечно, мой генерал, – ответил он. – Но русские открыли огонь первыми.
– Почему?
Кулафье молча пожал плечами. Ему нечего было ответить.
– Почему? – заорал Тананзе, трясясь всей своей жирной тушей и топая ногами. – Я приказал всех уничтожить! Значит, надо было стрелять сразу! Какого дьявола вы медлили?
Кулафье снова пожал плечами. Не посвящать же этого тупоголового бегемота в подробности ночного боя? Если бы Кулафье находился в головной машине, он, возможно, и открыл бы огонь первым. Но, к счастью, там ехали другие.
– Не все возможно предусмотреть и просчитать, – пробормотал майор, видя, что от него ждут хоть какого-то вразумительного ответа.
– Зачем тогда ты мне нужен, если ты не все можешь предусмотреть и просчитать? – презрительно бросил Тананзе и сделал знак, чтобы его начали вытирать. – Я нанял тебя как лучшего из лучших, но ты не лучший, нет. – Он поднял одну ногу, облегчая задачу своим маленьким слугам. – Белофф лучший. Он постоянно тебя обыгрывает. Ты не сумел с ним справиться, майор.