Детоубийцы
Шрифт:
– Не подходи ко мне!
Белов указал подбородком на дверь:
– Скажи им, чтобы заткнулись.
– Заткнитесь там, эй! – рявкнул Тананзе, пряча руку от занесенной статуэтки.
Стук в дверь прекратился. Белов поощрительно кивнул:
– Хороший мальчик. Теперь рассказывай, где грузины.
– Какие грузины? – не понял Тананзе.
– Братья Беридзе.
– Не понимаю, о ком ты говоришь.
– Запираться бессмысленно. Я многое знаю от покойного Салема.
– Если знаешь, то зачем спрашиваешь?
– Остап, –
Приходько приблизился и, быстро сломив сопротивление генерала, завладел его изувеченной рукой. Затем она была припечатана к подлокотнику кресла. Белов приблизил статуэтку к почерневшим пальцам с ободранными костяшками.
– Вспомнил? – спросил он.
Подобные методы, конечно, не пропагандировались в Святом Писании. Но и о том, что убийцы детей должны жить припеваючи, там тоже ничего не говорилось.
– Вспомнил, – процедил Тананзе, не сводя глаз с блестящей статуэтки. – Но вы опоздали, белые. Беридзе улетели на вертолете…
Ускорив темп допроса, Белов выяснил, что близнецы расплатились с ним сегодня утром и, видимо, не слишком доверяя своему покровителю или устав сидеть в заточении, попросили отправить их в аэропорт. В два часа ночи оба вылетят в столицу Нигерии – Абуджу. Чем они будут заниматься до этого, неизвестно.
– Наверное, баб трахать, – предположил Приходько. – В этом доме одни малолетние мальчики.
– Братья заказывали шлюх? – спросил Белов.
– Хотели, – ответил Тананзе. – Я запретил. Зачем лишняя огласка?
– Ну вот, я же говорил, – сказал Приходько. – Истосковались джигиты по бабам.
Белов повернулся к двери, за которой раздавались какие-то приглушенные звуки и шепот.
– Не нравится мне эта тишина, – сказал он.
– Мне тоже, – согласился Приходько, извлекая из рюкзака парочку «узи», которые были для него предметами такими же обыденными и привычными, как ключи или зажигалка.
Внезапно снаружи раздался грохот взрыва, сорвавшего створки двери с петель. Джезла завизжала. Приходько упал на живот, кося из автомата человеческие фигуры, появившиеся из дыма.
Оставив на паркете один окровавленный труп, охранники спрятались.
– Сдавайтесь! – орали они. – Бросайте оружие и выходите по одному!
– Я предупреждал, – сказал Тананзе. – Нужно было уходить по-хорошему.
– Можно подумать, ты бы нас отпустил, толстяк, – усмехнулся Белов.
– Джезла, – окликнул Приходько, – иди к сейфу и все, что найдешь ценного, ссыпай в рюкзак.
– Вы не смеете! – взвился Тананзе.
Белов пнул его в распухшую руку, а потом приставил пистолетный ствол к его уху.
– Ты нам не указывай, – прошипел он. – Сейчас здесь распоряжаемся мы. – Он повысил голос: – Эй, вы! Освободите холл. Мы выходим с вашим боссом. В доме не должно быть ни одной души. Если что не так, генерал первым получит пулю.
– Не стреляйте! – закричал Тананзе.
Он очень быстро сориентировался в ситуации.
Никто
Осторожно выглянув наружу, Белов увидел выглядывавшие из-за всевозможных укрытий головы. Все они были черными, и большинство из них принадлежало охранникам. Пересчитав их, Белов осмотрел двор. Из всех автомобилей, стоявших там, его внимание привлек армейский грузовик «HEMTT» с сильно выступающей вперед кабиной, похожей на голову дракона. Легковушке Белов не доверял. Маленькую машину легко остановить, блокировать, столкнуть с дороги. К тому же она представляет собой удобную мишень.
– Что там? – нетерпеливо спросил Приходько за спиной Белова. Лишенный обзора, он нервничал.
– Классический расклад, – сказал Белов. – Никогда не думал, что однажды приму участие в подобном шоу. Пусть генерал крикнет, что мы выходим. Потом по обычному сценарию.
– По какому сценарию?
– Излюбленный киносюжет с захватом заложника.
– Думаешь, прокатит? – заволновался Приходько. – Понимаешь, Олежа, теперь, когда я стал миллионером, ужасно не хочется умирать.
– Мне и до этого не хотелось, – вставила Джезла.
– Отпустите меня, оставьте камешки и проваливайте, – предложил Тананзе, дико скосив глаз на пистолет у виска. – Не усугубляйте свое положение.
– Ты лучше кричи своим, жирная скотина, – распорядился Приходько.
– Что именно?
– А что в боевиках кричат. Не стреляйте, откройте ворота и все такое.
– Будь убедителен, – добавил Белов. – Иначе ведь сдохнешь.
– Вы меня все равно убьете.
– Нет. Даю слово русского офицера.
– И я даю! – не удержался Приходько. – Слово украинского прапорщика… Бывшего, – буркнул он себе под нос.
Джезла молчала. Белов подумал, что если она будет стискивать рюкзак с такой силой, то внутри останется лишь алмазная пыль.
– Начинаем, – скомандовал он.
Выведенный на крыльцо Тананзе произнес прочувственную речь. Когда у него заканчивался запал, Приходько сильней прижимал к его голове пистолетное дуло, и тогда генерал обращался к своим охранникам с новым жаром.
Наконец в напряженной тишине Белов вышел во двор и направился к грузовику. Ключ зажигания был на месте. Стараясь не суетиться, Белов завел двигатель, дал задний ход и остановился перед крыльцом. Из кабины ему были видны спрятавшиеся повсюду охранники. Только бы одному из них не захотелось избавиться от хозяина простым и элегантным способом. Достаточно нажать на спусковой крючок, чтобы во дворе началось настоящее побоище. Как потом установить, кто выстрелил первым…