Дева Озера

Мейн Элизабет

— Мальчишка, ты мне угрожаешь? — Гутрум с такой силой ударил Венна по лицу, что принц упал.

— Остановитесь! Если вы убьете мальчика, то ничего не узнаете. — Эдон встал между Гутрумом, воинственно занесшим свой дюжий кулак, и неуступчивым принцем. — Брат, прошу тебя! — Эдон поднял руку, призывая всех умолкнуть. — Дайте мне поговорить с ним. Пожалуйста, спуститесь в нижнюю залу и успокойтесь. Я сам во всем разберусь.

Разъяренные короли все же снизошли к его просьбе.

— Спроси у него,

что он сделал с Эмблой Серебряной Шеей! — прокричал король Альфред, подталкивая короля Гутрума к лестнице. — Сегодня днем он отправил своих воинов выкрасть ее. Клянусь короной, это его рук дело.

Эдон вытащил скамейку и посадил на нее Венна. Он подождал, пока все не ушли из залы, затем уселся около принца, налил в кубок медового напитка и подал его Венну промочить горло. Мальчик с жадностью осушил кубок, и Эдон налил ему еще. Наконец Венн поставил пустой кубок на стол. Пальцы у него дрожали, а глаза смотрели настороженно.

— А теперь давай-ка выкладывай, что происходит, Венн ап Гриффин, — спокойно произнес Эдон.

Венн бросил взгляд на сестру и, повернувшись к Эдону, ответил:

— Прошлой ночью я обнаружил эрла.

— Где он?

— Тут неподалеку — в подземелье Эмблы Серебряной Шеи.

Эдон глубоко вздохнул.

— Нет у нее никакого подземелья.

— Есть, и я знаю вход туда, — упрямо продолжал Венн. — Он не умер, но…

— В таком случае покажи мне это подземелье. Судя по твоему тону, эрл Харальд вот-вот умрет. Я не смогу говорить от твоего имени с королями, если такое случится.

В голосе эрла послышались стальные нотки. Венн бесстрашно выдержал его взгляд.

— Мои сестры… — произнес он и замолк.

— Что ты хочешь для своих сестер?

— Я хочу, чтобы их вернули в Лим, — решительно заявил Венн. — Или в Варвик, если вы предпочитаете так его называть. Если их окрестят, как меня, тогда велите вашим королям прислать сюда учителей. Я хочу, чтобы они были вместе с Талой.

Эдон бросил взгляд на Талу — она изумленно прислушивалась к торгу, который устроил брат. Видимо, принц не посвятил сестру в свои замыслы.

— Хорошо, — подвел итог Эдон. — Я передам твою просьбу королям. Ты отведешь меня в подземелье?

— Отведу, но вы должны дать слово, что обеспечите моим сестрам достойное будущее. Пообещайте мне это.

— Почему я должен это обещать, если у них есть такой заботливый брат?

— Ну… мало ли что может случиться. Кто знает, что будет завтра? Мне достаточно вашего слова.

Голос принца зазвучал как-то обреченно, но Эдону было не до того.

— Хорошо, Венн ап Гриффин, даю тебе слово, — заверил его Эдон. — Я сделаю все, что в моей власти, чтобы устроить судьбу твоих сестер.

Тала наблюдала за тем, как Эдон и Венн рукопожатием скрепили соглашение. Она решила не вмешиваться. Венн

спешил покончить с делами, и она знала почему — ему было отпущено мало времени. Если, как предсказал Тегвин, затмение луны произойдет на праздник урожая, принц станет последней жертвой.

Охваченная тоской Тала удалилась к женщинам и стала ждать. Время, казалось, замерло. На ночном небе появилась полная луна. Она лежала на линии горизонта: большой шар кроваво-оранжевого цвета.

— Как ты думаешь, что это значит? — спросила Ребекка мужа, слепого прорицателя.

— Тебя просто тревожит цвет луны, — уклончиво ответил Тео, тихонько качая колыбель сына.

Ребекка отвлеклась от луны, так как увидела кое-что внизу.

— Они выходят из хлева Эмблы Серебряной Шеи! Эдон и Риг несут носилки. Рашид, кажется, ты скоро понадобишься.

Изуродованного эрла прежде всего вымыли в купальне и завернули в чистое, а затем отнесли наверх в башню. Король Гутрум плакал, тронутый видом изнуренного, худого племянника. Рашид занялся лечением эрла, прикладывая мази и припарки к гноившимся язвам, покрывавшим тело викинга. Леди Элойя приготовила ему питательный суп и, сидя около умирающего, осторожно, по капельке, вливала бульон из чашки ему в рот.

Харальд настолько ослаб и исхудал, что все были уверены — ночи ему не пережить.

Король Гутрум призвал епископа Нельса и приказал, чтобы единственного сына его сестры исповедовали и отпустили ему грехи — пусть тот обретет покой на небесах.

Эдон и король Альфред находились внизу и беседовали наедине. Венн подошел к сестре, сидящей у окна залы, и они вдвоем стали смотреть, как поднимается на небе луна. Венн взял Талу за руку.

— Я должен идти, Тала, — тихо сказал он. — Полная луна уже явилась на праздник урожая.

Тала была не в силах взглянуть на него. Она крепко сжала теплую мальчишескую ладонь, чувствуя, как под ее пальцами бьется пульс.

— Останься, — прошептала она. — Пусть луна скроется, какое нам до нее дело?

— Не могу. — Венн решительно покачал головой. — Это мой долг. Тегвин сказал мне, что земля совершенно высохла. Лим умрет с голода, если я не вызову дождь.

— Не умрет, — возразила Тала. — Монахи в Эвешеме нашли способ получить воду из рек.

— Нет, Тала. Реки тоже иссыхают. Я должен выполнить то, что пришлось на мою долю.

— А если этот христианский бог, Всемогущий Отец, сильнее наших старых богов? — заспорила Тала.

Венн с минуту обдумывал ее слова, потом тряхнул головой, отгоняя сомнения.

— Христианский бог для меня чужой, я — избранник наших богов.

Он высвободил руку из ее пальцев, встал и огляделся по сторонам. Момент был подходящий, так как в зале никого не было, даже слуг. Венн вскочил на подоконник.