Дева Озера
Шрифт:
— Ищи меня в Арденнском лесу, сестра. Если доведется тебе увидеть пятнистого оленя с двенадцатью отметинами на рогах — знай, что это я. Прощай.
Выпрыгнув из окна в пыльный двор, принц на бегу к открытым воротам крепости помахал сестре рукой и скрылся в странных отсветах лунного света.
Тала заставила себя снова сесть на скамью. Она сжала руки на коленях, изо всех сил стараясь не разрыдаться. Все шло, как предсказывал старый друид Тегвин. Венн ап Гриффин, последний в династии мальчик-король, по своей
Миновал час, и вернулся Эдон. Он тихо подошел к Тале и, сев рядом, взял ее за руку.
— Тала, скажите, можно ли доставить сюда воду из вашего ручья? Боюсь, что Харальду не пережить ночь.
Тала глубоко вздохнула. Одно дело — залечить прямо у ручья маленькую ранку, такую, как ожог или синяк, и совсем другое — вернуть человека чуть ли не с того света. В племяннике короля, наверное, и крови-то совсем не осталось.
— Вы хотите принести воды из Лима сюда, в Варвик?
— Да, ведь Харальд не вынесет путь к колодцу. Вы поможете нам найти дорогу к целебной воде?
— Помогу.
Эдон позвал Рига и приказал седлать лошадей. Тала ехала впереди, показывая викингам дорогу. Они миновали дуб короля Оффы и поскакали в лес. Эдон лишь раз взглянул на луну, отметив, что затмение началось. Риг перекрестился, прежде чем последовать за Эдоном и кельтской принцессой в темный, полный призраков лес.
Чтобы не терять зря времени, Тала повела их не окольным путем, а прямо к высохшему руслу реки. Вскоре они добрались до озера и проскакали к тому самому пруду, куда Эдон сегодня утром окунул Талу. Они с Ригом спешились и стали наполнять водой из целительного источника бурдюки. Тала сидела на лошади, устремив взгляд куда-то за озеро.
Вдруг тишину нарушил пронзительный крик.
Эдон выронил бурдюк, схватился за меч и кинулся к берегу. Ничего подозрительного не обнаружив, он вернулся обратно к пруду. Заткнув затычкой кожаный мешок, Эдон посмотрел наверх. Над дубами быстро плыли зловещие тучи. Поднявшийся сильный ветер раскачивал верхушки деревьев.
И снова раздался нечеловеческий крик — казалось, от ужаса кричала женщина. На этот раз Эдон повернул голову в направлении крика, который слышался с другой стороны озера, от охотничьего домика короля Оффы. Прыгнув на спину Титана, Эдон крикнул Ригу:
— За мной!
— Подождите! — Тала очнулась. Испугавшись, что Эдон вмешается в волю богов, она полетела за ним следом.
Возможно, это был мираж, но Эдон совершенно отчетливо увидел храм. Под покровом темной ночи храм стоял, внушительный и осязаемый, хотя и разрушенный. Его стеклянный шпиль поднимался над озером на двадцать футов, стороны образовали огромный полукруглый амфитеатр. В центре находился алтарь, сделанный из блестящего черного обсидиана. На алтаре стоял
И снова воздух сотряс все тот же истошный крик, от которого волосы вставали дыбом. Викинг обернулся, ища, с кем сразиться, но никого не увидел, ни один воин не загораживал ему тропу — путь в храм был свободен. Он осторожно двинулся вперед. Риг следовал за ним на расстоянии вытянутой руки, прикрывая Эдона сзади.
Они прошли пологую тропинку. У алтаря она обрывалась, и перед ними в темноте зияла страшная яма, ровная и гладкая, с крутыми стенами из блестящей глазури. При дневном свете Эдон увидел бы в них собственное отражение.
На дне ямы бился кто-то живой. Эдон всмотрелся и узнал Эмблу Серебряную Шею.
— Помогите! — кричала она. — Один, отец наш, помоги мне! Ай-ай-ай! Фрейя, Локи, помогите несчастной!
Эмбла была беспомощна в глубокой яме, верх которой был закрыт железной решеткой. Она с кулаками бросалась на собственное смутное отражение, била по стенам ногами. Но кругом не было никого, кто заметил бы ее мучения, даже жрецов-друидов. Узница лишь изматывала себя, сражаясь с невидимыми духами, которые терзали ее в жуткой темноте на дне ямы.
— Тегвин, я знаю, что ты, ублюдок, здесь. Помоги же мне! Будь ты проклят, я ведь хорошо заплатила тебе за убийство этого мальчишки! Где ты, Тегвин? Тегвин! Я убью тебя!
Риг опустил руку на плечо Эдону. Оба убрали мечи в ножны. Последний кусочек луны скрылся, и наступило полное затмение.
— Она спятила, — с тревогой произнес Риг.
Им было слышно, как Эмбла всем телом бросалась на стену, колотя по ней кулаками. Она осыпала яростной бранью Харальда Йоргенсона и клялась добить его окончательно, если боги даруют ей волю.
Эдон взглянул на грозно нависшее небо. Темно-красная луна едва проступала из-за закрывавшей ее тени. Ветер рвал верхушки деревьев, а упавшие листья стелились по пыльной земле.
— Пусть посидит там до утра, — бесстрастно сказал Эдон. — А мы займемся своими делами. Может, Харальд еще выживет и воздаст ей по заслугам. Не стану лишать его такого удовольствия. Сперва отнесем эту воду Харальду, а потом вернемся с веревками и вытащим ее.
Эдон повернулся, ища глазами Талу.
— Бери лошадей и воду, — крикнул он Ригу, а сам побежал по длинному скату. Он увидел Талу далеко впереди — она шла по водной глади озера словно посуху. — Тала! — закричал Эдон.
Когда поднялся ветер, вода в Черном озере вспенилась и забурлила. Вздымавшиеся волны бились о высохший берег. Они хлестали Эдона, как бы отгоняя его обратно. А далеко-далеко, возвышаясь над стихией, от него уходила Тала. Эдон видел, как ее ноги двигались по пенящимся белым барашкам воды. Казалось, что они чудом удерживали ее над водоворотом.