Девианты
Шрифт:
— Я очень далека от здравомыслия, — рассмеялась, но говорила серьезно.
Во мне не осталось ничего нормального. В свои лучшие времена — полноценная, душевнобольная психопатка. В плохие времена… никому не гарантирована безопасность.
— Это далеко не все, — проронила, стараясь не повышать голос. С тихим вздохом выпустила кота из мешка. — Я беременна.
— А?! — Девушка развернулась так быстро, что едва не врезалась в стену.
— Ш-ш-ш, — прошептала, кивая головой по направлению к двери.
— Это правда?
Была убеждена на девяносто процентов. Меня не тошнило, размеры не увеличились, но сильно сомневалась, что мать-природа решила проявить милосердие и лишить, на хрен, месячных. Они всегда шли регулярно, да и Ромеро не очень-то церемонился своим членом. Так ей и заявила, умолчав, что ранее уже сталкивалась с подобным.
— Предполагала, что парень будет кончать на тебя, а не в тебя. Похоже, он не из тех, кто предпочитает спину, — размышляла Арлен. — Вот дерьмо, ты скоро будешь мамой. Он знает?
Как только мозг уловил суть терминологии, я усмехнулась. Поджав губы, вспомнила, как его пристальный взгляд задержался на моем животе и несколько странностей в поведении.
— Кажется, знает, но пока ничего не сказал. Есть идея, как это исправить.
— Парень безумно помешан на тебе. Одному Господу известно, что он устроит, когда ситуация прояснится.
Кивнув в знак согласия, уже собралась заговорить, когда дверь распахнулась с такой силой, что впечаталась в стену.
— Убирайся, — приказал ей Ромеро, не обращая на меня внимания.
Ощутив его мрачный настрой, Арлен уставилась на него, не сдвинувшись ни на дюйм.
— Ты достаточно спокоен, чтобы остаться с ней наедине?
— Убирайся, бл*ть, к чертовой матери.
Выражение его лица не изменилось, но, должно быть, девушка разглядела что-то в глазах, поскольку подняла руки в знак капитуляции и прошмыгнула мимо, бросив на меня взгляд, говорящий: «Видишь, что имею в виду?».
Облегченно выдохнула, не понимая, что задержала дыхание, когда Арлен невредимой удалилась в коридор. Ром закрыл дверь и подошел к окну.
Понимала, что сейчас не время упоминать о букве "Р", которая теперь красуется на спине. Во-первых, мне это нравилось. Во-вторых, Ромеро ни хрена не соображал и делал все, что хотел. Спор закончился бы тем, что его член вновь оказался бы во мне, а тело не выдержало бы подобного.
Гробовая тишина воцарилась в комнате, а я внутренне сжалась. Как минимум, наши отношения никогда не были скучными.
— Ромеро, нельзя пугать всех моих друзей. Это неправильно, — объяснила голосом, который не походил на мой собственный.
— Нам обоим известно, что тебе насрать на…
— Ну, может, теперь уже нет.
— Не смей больше меня перебивать.
— Не разговаривай со мной в таком тоне, придурок, — огрызнулась.
Когда
Когда речь заходила о нем, никогда не утверждала, что поступаю благоразумно. Несмотря на то, что сердце бешено колотилось в груди, словно у породистого скакуна на последнем издыхании, а во рту все пересохло — не бросилась наутек. Позволила Рому приблизиться и сильно сдавить рукой горло.
— Для той, что не доверяет мне, ты охренительно спокойна. Может, свернуть тебе шейку и покончить с этим прямо сейчас. А может, вскрыть тебе вены и трахать умирающее тело, пока сердце не остановится, а ты не истечешь кровью, — голос звучал обыденно, но угроза слышалась ясно и четко.
Уставилась на него, а дыхание перехватило. Взгляд этих глаз был подобен окнам в самые темные адские глубины. Одно это должно было бы повергнуть в ужас, но я с наслаждением вдыхала его, принимая в себя каждую частичку, которую он обнажал.
— Да, ты мог бы, и уже признался, что хочешь этого, но не станешь, — уверенно заявила. — Потому что не навредишь ребенку.
Мужчина пристально рассматривал мое лицо и мягко хмыкнул.
— Кали, ты, бл*ть, сумасшедшая, — губы прильнули к моему лбу, а рука опустилась.
— Сказала же, что верю, что не причинишь мне подобной боли. Лишь потому, что у твоей полоумной задницы возникли фантазии о моем убийстве, меня это не остановит.
— И почему же так произошло? — поинтересовался Ром, поглаживая мой затылок.
— Я королева для короля. Если погибну, ты отправишься следом за мной, — усмехаясь, нежно поцеловала его в губы. — Ты психопат-Дикарь, а мне это охренительно нравится, — отстранилась. — Теперь расскажи-ка, как давно знаешь о малыше С.
— Понять не могу, хочу ли прямо сейчас трахнуть тебя или убить, — схватив за попку, притянул меня к себе. — Давно уже знаю, Кали. Как можно видеть тебя всю и упустить нечто такое, чертовски важное? Говорил же, что беременность — не повод для беспокойства, только если наши дети либо проникнут тебе в горло, либо приземлятся на твое тело. Ведь уже давно кончаю в тебя. Как же ты поняла, что я знаю?
— Хм, мерзкий протеиновый коктейль, который продолжаешь мне всучивать, запираешь в комнате, хотя постоянно находилась рядом с тобой, и то, как ранее пристально пялился на меня. Так ты не против? В смысле, тебе ведь известно, что такое ребенок?
— Кали, заткнись, мать твою, — вздохнул он. — Я не против. Сам этого хотел. Возможно, время не совсем идеальное, но мой чертов ребенок в тебе, так что насрать.
Боже мой.
Почувствовав, как слезы наворачиваются на глаза, хмуро уставилась на его грудь.