Девочка, мальчик, собака
Шрифт:
Антон поднялся по лестнице к двери и вдруг увидел, что она не привязана, а веревка висит на ручке.
Он распахнул дверь уже в испуге, и никто не бросился ему навстречу.
Буля в квартире не было.
«Обманули! — подумал Антон. — Притворились, а сами украли. Наверно, давно украли, а записки писали, чтобы я из дома не вышел».
Он выскочил было на лестницу, но потом решил вернуться в квартиру, чтобы все окончательно выяснить.
Поводка и ошейника на подоконнике не было. Но зато миска, наполненная свежей водой, стояла на своем обычном месте. Пол
Антону стало спокойнее. Скорей всего, братья не обманывали его, а просто как раз сейчас гуляют где-то с сеттером.
Он прикрепил к стене записку с приглашением встретиться и пошел на улицу.
Можно было подождать и в квартире, но Антон не мог ждать. Он вылез через дыру и стал высматривать прохожих — нет ли где сеттера. Он пошел медленно по тротуару, часто оглядываясь. На углу неожиданно прямо на него наткнулись та самая девочка Катя и высокий мужчина. А между ними шел Буль! Катя зажала поводок в правой руке, и Буль спокойно держался у ее ног.
Но тут Буль дернулся, бросился к Антону, сбил шапку и принялся лизать его щеки.
Катя остановилась рядом и стала улыбаться, и высокий мужчина улыбнулся, а потом сказал:
— Вот и встретились. Здравствуй, Антон!
Союз дружбы
В первые минуты Антон молчал. Катя и Сергей Васильевич тоже молчали.
«Разговаривал» один Буль. Он то снова прыгал вокруг Антона, то обращался к Кате, как бы желая их познакомить.
— Отойдем к стене, — предложил мужчина.
И они отошли. А потом медленно направились к огороженному дому.
— Хороший у тебя сеттер. Я все детство мечтал о таком. Тебе его подарил кто-нибудь? — спросил Катин папа.
И тут Антон про все рассказал. Никому не рассказывал, а почти незнакомому человеку открылся. Да еще и Катя слушала. И как ездил на дачу к Булю, и почему у себя его не поселил.
— Где же ты деньги берешь на прокормление пса? — спросил Катин отец удивленно. — По виду тебя миллионером назвать трудно. Когда в твоем возрасте у моего друга такая примерно жила овчарка, она съела у нас все — фонарик, фотоаппарат и даже пальто.
Антон лишь кивнул, грустно улыбнувшись.
И тут Сергей Васильевич сам подошел к главному. Антон даже сжался, даже руки задрожали от волнения, когда начался об этом разговор.
— Я вижу, ты человек, которому можно доверять. Нам с Катей тоже можно верить. Правда, Катя?
Катя серьезно согласилась:
— Правда.
— Я предлагаю тебе союз дружбы. Пусть твой Буль живет в нашей квартире, у нас места хватит. А ты будешь приходить всегда, когда сможешь и сколько угодно гулять с ним. Хочешь — и с нами вместе, хочешь — один. Когда как получится. Сеттеру только лучше будет от частых прогулок. А в этом доме, — они как раз подошли к огороженному дому, — сам понимаешь — условия жизни даже не собачьи. Ты не спеши, ты подумай.
— Я согласен, — ответил Антон.
— Тогда пошли к нам в гости, — предложил Сергей Васильевич.
Фотографии
Никогда
— А варили его тогда в каменной посуде, — добавил он.
— Мы каждое воскресенье едим новый суп, — сказала Катя, когда Сергей Васильевич вышел из кухни на минутку к телефону. — Папа собирает рецепты старинных супов разных народов.
Антону поручили чистить луковицу на кухне, а потом взбалтывать яйца в большом бокале.
Иногда к дверям подходил Буль и удивленно смотрел на них.
Буля сразу поместили в большой прихожей. Катя принесла ему мягкий коврик, и Антон скомандовал:
— Место!
Буль с удовольствием улегся на коврик и стал следить глазами одновременно за всеми людьми.
— Я-то боялся, что ему будет у нас непривычно, а он лег так, будто всегда здесь спал, — засмеялся Сергей Васильевич. — Ты знаешь, прежний хозяин был умелым дрессировщиком и очень хорошим, уравновешенным человеком. Ведь собака почти всегда перенимает характер того, кто ее воспитывает.
На стенах в коридоре и комнате висели большие фотографии. Антон сразу заметил их, как вошел в квартиру, только сначала стеснялся рассматривать. На фотографиях был один и тот же сюжет — восход солнца. Только происходил восход в разных местах. Здесь была и Нева, с отражающимся на волнах шпилем Петропавловки, и была лесная поляна, где солнце просвечивало сквозь деревья, и были еще озеро, асфальтовая дорога, старинная церковь, лошади, пасущиеся в поле — а солнце играло на их спинах.
Теперь, после общей работы и особенно после обеда, Антону стало проще, и он начал рассматривать фотографии.
— Их тоже папа делал, — объяснила Катя. — Фотографией он в молодости увлекался. — И Катя принесла Антону несколько тяжелых альбомов.
Вошел в комнату сам Сергей Васильевич.
— Если тебя устраивает жилище для Буля, то вот ключи от квартиры: их тут два, но мы обычно закрываем на один, на стальной.
Антон вместе с Сергеем Васильевичем попробовал, как работает ключ в замке, а потом Сергей Васильевич сказал:
— Завтра у Кати музыка, она приходит часов в пять. Я тоже задержусь. Так что, если сможешь, приходи сразу из школы. А про еду, пожалуйста, не думай: у нас с Катериной гора еды остается каждый день. Можно слона содержать, не только сеттера.
Антон вышел на лестницу, и Буль немедленно выскочил следом.
— Иди на место, Буль, — сказал ему Антон, — это тоже твои хозяева.
Буль вернулся на подстилку, а Катя присела около него и стала гладить.
Весь вечер Антон представлял, как станут они теперь вместе с Катей ухаживать за Булем. Или поедут, например, в воскресенье в лес.