Девочка, мальчик, собака
Шрифт:
В буфете на вокзале Антон купил для Буля четыре жареных пирожка и пакет молока. По мокрой платформе к поезду люди бежали бегом. Поезд тоже стоял весь мокрый, а когда тронулся — дождь замолотил по окнам.
Пока Антон шел от электрички до Буля, он совсем промок.
Буль обрадовался Антону, как и все эти дни, быстро съел из миски накрошенные в молоко пирожки, но потом убрался назад под крыльцо и лишь высунул голову, как бы приглашая Антона в гости. Сверху ему на нос капал дождь, и он время от времени смешно встряхивал головой.
Антон
Он совсем продрог, пока ждал поезда, и даже в вагоне едва согрелся.
А когда он вышел на свою Колокольную улицу, появилась у него замечательная мысль. Он увидел пустой дом, огороженный забором.
Этот старинный дом на углу Дмитриевского переулка и Колокольной готовили для капитального ремонта жильцов из него выселили, и он стоял пустой с темными окнами.
Антон пролез через дыру в заборе, вошел в пустую парадную. На ступеньках лестницы лежала толстым слоем пыль, и ноги его оставляли четкие следы. Антон поднялся на второй этаж. Двери всюду были не заперты, и он обошел несколько квартир, стараясь дышать и ступать тише, словно за ним следом кто-нибудь крался. В доме было непривычно тихо, мертво и лишь в окна иногда доносились уличные звуки. В некоторых квартирах стояла кое-какая ненужная мебель, на ней, как и на полу, толстым мохнатым слоем лежала пыль.
На третьем этаже в квартире номер двадцать Антон увидел большой картонный ящик из-под цветного телевизора. В ящике даже человек мог поместиться, а для Буля это был настоящий дом. Конечно, и так в квартирах потолки не протекали, но, наверное, Булю будет уютнее, если он не просто в пустой комнате станет жить, а в собственном, хоть и картонном, доме.
«Поселю его пока здесь, — решил Антон. — Буду гулять с ним утром перед школой и вечером. И днем тоже можно гулять».
На следующий день было солнце, но Антон все равно сразу после уроков поехал за Булем, захватил его миску, налил в пустую валявшуюся у забора бутылку воды, чтобы попоить сеттера в поезде, и привез его в город.
Антону страшно было шагать по пустому дому даже вместе с Булем. Ему все время казалось, что в доме кто-то есть, что кто-то ходит, вздыхает, кашляет, шелестит то на нижнем этаже, то наверху. Антон настороженно прислушивался к тишине и убеждал себя, что никого в доме, кроме них, нет.
В одной квартире он нашел половик. Надо было лишь стряхнуть с него пыль на лестнице. Этот половик Антон положил в картонный ящик. Рядом поставил миску с водой и сказал Булю: «Место!». Буль улегся и спокойно задремал.
Антон посидел с ним рядом, а потом пошел вниз по лестнице. Он хотел сходить домой, чтобы принести для пса новой воды и какую-нибудь еду. Он уже пролез в дыру, уже прошел вдоль забора до самого угла и вдруг услышал, что кто-то его догоняет. Оглянулся — это был Буль. Оказывается, он так и не понял, что переселился теперь в квартиру на
Антон снова отвел Буля в ту квартиру и на всякий случай обвязал ручку двери веревкой, прикрепил ее к крюку, так что дверь теперь Булю было не открыть.
Прогулка
Вечером он вывел Буля гулять. Медленно они прошлись по Дмитриевскому переулку, и все люди оглядывались на них, а одна старушка сказала:
— Красавец какой идет.
В угловом садике вечером всегда были люди с собаками.
И в этот вечер тоже — бородатый человек в шляпе прогуливал красиво подстриженного пуделя.
— Твой пес не дерется? — спросил человек Антона и настороженно посмотрел на Буля.
— Он умный, — сказал Антон с уверенностью, хотя и не знал, как поведет себя Буль с этим пуделем.
Но Буль, и правда, повел себя умно. Он обнюхал пуделя и отошел к Антону.
Антон сел на скамейку рядом с бородатым человеком, и Буль тоже сел около них.
— С воспитанной собакой в городе легче, — сказал человек Антону.
В этот момент на улице издалека показался велосипедист. Антон и не заметил бы его, но пудель вдруг выскочил из садика и помчался велосипедисту навстречу. При этом он смешно лаял тонким, но злым голосом.
— Ну вот, как раз, — человек с бородой грустно вздохнул, — терпеть не может велосипедистов.
Человек подошел к воротам и громко закричал:
— Паша! Пашенька, Паша, ко мне!..
Пудель, не слушая его, бегал вокруг велосипедиста, подпрыгивал, отскакивал в сторону. Из-за угла выскочило такси. Велосипедист как раз поравнялся с такси, и пудель бросился под колесо машины. Заскрипели тормоза.
Хозяин пуделя уже подбегал к машине. Ему удалось схватить своего кудрявого песика, но водитель такси все равно открыл дверь и стал ругать его.
Такси уехало, а человек с пуделем снова пришли в садик. Теперь пудель был на поводке.
— Сегодняшний город не для собак, — горестно проговорил хозяин пуделя, садясь на скамейку рядом с Антоном. — Им бегать необходимо по своей природе, а тут — машины кругом. Тебе хорошо, у тебя пес вон какой смирный. А мой — молодой совсем, ему резвиться необходимо.
Велосипедист сошел со своего велосипеда, подошел к ним и оказался Колей Кудлаевым.
— Тебе собаку купили? — удивился он. — Чего же ты не сказал! Твоя собака? — снова переспросил он.
— Моя, — Антон ответил специальным уверенным голосом, чтобы Коля не сомневался.
— А мне с нашими квартирными кошками только во сне собаки снятся. Она обученная?
Антон молча подобрал палку, лежавшую у скамейки, и бросил ее в темный край садика.
Буль тут же сорвался с места, потоптался там, в темноте и бегом принес палку в руки Антона.
И бородатый человек снова похвалил их:
— Рыжие сеттеры — умнейшая порода!
Он погладил своего пуделя, встал и отправился домой.