Девочка по имени Аме
Шрифт:
Небо сразу обрушилось на обессиленное тело, будто задалось своей целью придавить. Его прикосновения не были нежными или осторожными, а скорее бесцеремонными. Оно просто начало заполнять Данте, восстанавливать, грубо и небрежно, заставляя выгибаться, перевернуться на спину, и смотреть, как тяжелые тучи висят в небе. Рядом неотрывно присутствовал Эдгар и следил, готовый в любой момент вмешаться. Данте не был первым, с кем это происходило. Вначале подобное случилось с Элайей, потом с Ромиро, были и другие, с некоторыми не по разу. Но с Данте впервые.
– Наконец-то
Эдгар возвышался над Удзумэ, точно гора. Хотелось закрыть глаза и подождать, пока силы полностью вернутся. А они возвращались.
– Не могу пока с этим ничего поделать, - Данте улыбнулся одними уголками губ, нелепо пожимая плечами. В таком положении это выглядело даже забавно.
– Могу только пообещать работать над этим.
– Мне недостаточно твоих обещаний. У тебя две минуты. Потом - возвращайся к остальным.
Эдгар убедился, что опасность миновала, и покинул своего ученика. Данте, ощутив, что ему стало легче, сел. Так вот какое это ощущение, когда у тебя силы заканчиваются… Неприятное, но… знакомое. И уж лучше со стороны такое наблюдать, чем самому испытывать. А ведь ему еще повезло. Мог бы и пол испачкать своей рвотой, и вместо того, чтобы присоединиться к тренировкам, ползал бы на коленях и наводил порядок.
Данте отчетливо помнил, как выкручивало тонкое тело Элайи, когда с ним случилось подобное. Выкручивало уже здесь, на улице, потому что в зале он просто потерял сознание. Упал на пол и все. Бледный и холодный, будто мертвый. У него даже сердце остановилось. А Эдгар, отвлекшийся буквально на мгновение - пришел посыльный от Рихарда, говорил, что срочно, - вдруг вернулся, выдернул из рук Кристиана бездыханное тело и просто швырнул на улицу. А потом был кошмар, все ками сгрудились, будто ища поддержки друг у друга, и смотрели, как Элайю выкручивает.
– Он был небрежен, - проворчал Хоакин.
– Это расплата, - подхватил Иллия.
– Такое может случиться с каждым?
– спросил Роман.
Эдгар просто стоял над Данте, потому что знал - скоро оклемается, но Элайю он держал. Пока тот пищал, хрипел, каркал и издавал еще йокай знает какие звуки. А потом вдруг все затихло, а наставник просто отступил на шаг. Элайя сел, хлопая удивленными глазами.
– Прошло… - губы его распухли и потрескались.
– Воды не найдется?
– Ты знаешь, где она. Сходи, а потом возвращайся к тренировкам.
Это казалось неправильным и слишком жестоким, после всего-то. Но Элайя встал, как ни в чем не бывало, и пошел.
Эдгар вернулся в додзе, обвел всех присутствующих колючим взглядом. Хищники чувствовали себя напуганными и еще плотнее прижались друг к другу. Данте до сих пор помнил теплый бок Кристина с одной стороны и Виктории - с другой. Даже смелость Сошу здесь пасовала.
– Вы знаете, что заставляет спутники работать?
– неожиданно спросил наставник меча, насупившись из-под кустистых рыжих бровей.
Возникло неловкое и слегка суетливое молчание. Но его прервали вечно "знающие" Ямасиро.
– Вы не могли бы уточнить вопрос… -
– Совершенно непонятно, к чему вы ведете.
– Я говорю про источник энергии.
– Тогда, - продолжил все тот же Антон.
– Это секретные разработки клана Таманоя. Вся информация находится у них и…
– Неважен принцип работы. Я хочу услышать, что будет со спутником, когда его энергия подойдет к концу.
– Он отключится?
– предположила Рита, Эдгар посмотрел на нее, чтобы она продолжала.
– Перестанет работать. Зависнет бесполезной глыбой на орбите. Великая Богиня, да не знаю я!
Но наставник оказался удовлетворен подобным ответом.
– Так и есть. Вот и запомните, что сегодня случилось. Конечно, это повторится. С каждым из вас, и не по разу, поэтому вы должны знать свой предел.
– А причем тут спутники?
– спросил кто-то.
Эдгар усмехнулся.
– Потому что мы на них похожи. Когда заканчивается энергия, мы отключаемся. И становимся бесполезными. А это, ни в коем случае, не допустимо. Понятно?
– Вы нас сравнили с каким-то механизмом! Какой ужас!
– завозмущалась Рита.
Данте подумал о том, что две минуты давно прошло, и пора возвращаться. Сегодня он узнал свой предел, который всколыхнул в душе волну недовольства и желания развиваться. Без Сейкатсу они ничто. Конечно, Данте об этом говорили, вот только осознал он эту истину только сейчас. Страшная вещь - щиты. Заходишь под них, будто под воду погружаешься. Промедлишь, не заметишь, понадеешься на удачу и пропадешь. Эдгар не просто сказал, Эдгар продемонстрировал, почему опасно, когда силы заканчиваются. И почему они должны уметь сражаться без Сейкатсу.
– Существуют материки и аномальные зоны, в которых нет возможности питаться Сейкатсу. Например, закрытая Авасима, часть Тики, некоторые места на Футаго. Это природная аномалия, ее никак не исправить. Там - мы особенно уязвимы, поэтому йокаи предпочитают скапливаться там.
Впрочем, сражаться с помощью Сейкатсу их тоже будут учить. Через несколько лет, в так называемом Свободном додзе, где они познают таинство Сюгендо.
Данте вздохнул и поднялся. Первый его шаг был неуверенным, ведь оказалось, что тело ками, помнящее опустошение, теперь начало бояться повторения. Значит, и это тоже нужно перебороть.
– Возьми бокен, Удзумэ, и приступай к отработке ката. Омодару! Если бы ты в руках сейчас держал меч, то давно бы порезал окружающих, сосредоточься. Хихираги! Бокен не букет цветов! И возьми его, как подобает!
Эдгар никогда не называл их по именам, которые дали и родители, предпочитая очень личные имена души. Наверное, хотел унизить. Только никто из Хищников себя униженным не ощущал.
– А у вас есть отпрыск?
– спросил Элайя. Данте считал себя любопытным, но его любопытство было не четой этого маленького ками. Он съежился, будто ожидая, что его сейчас ударят от этого вопроса. Голый, мокрый и растрепанный Ивато выглядел сейчас так беззащитно, что только у полного отморозка на него могла подняться рука.