Девочка с перчиками
Шрифт:
Нелли Яковлевна и даже Миша с удивлением взирали на Тимофея. Что это с ним?
— Друзья, дорогие мои, любимые друзья, вы вот сидите и ломаете голову, чего это Тимофей тут расходился, правда? Не отвечайте, я и сам себе удивляюсь, честно-честно, или как нынешние детки говорят — по чесноку! А я вам сейчас объясню! Я сбросил с плеч долой такой тяжкий груз… Я волок его много лет… — Идиот, придержи язык! — одернул он сам себя. — Это касается моей работы… Я вел одно безнадежное дело, оно уже вогнало меня в затяжную депрессию и я никак не мог с ним разделаться… У меня уже начинался тяжкий комплекс неполноценности,
— Тима, а этот фигурант, он своей смертью умер? — полюбопытствовала Нелли Яковлевна.
— В том-то и восторг, что своей, от… прозеванного в пылу борьбы аппендицита, осложнившегося перитонитом… Нехорошо, конечно, радоваться чужой смерти, но не судите меня слишком строго!
— Да, Тимоша, я тебя таким уж и не помню! Что ж, позволь тебя поздравить!
— Спасибо! Огромное спасибо, Нелли Яковлевна!
Яна не поверила ему. Она чувствовала — он в нее влюбился, именно от этого его так распирает… Но… Эти два мальчика из хороших семей, друзья детства… Зачем я им? Почему они оба на меня запали? Я для них экзотическая штучка, эдакая «плохая» девочка, что ли? И они мне тоже оба нравятся… Но Миша был первый… А Тимофей никогда не нарушит дружескую верность… И я не хочу становиться между ними… Я буду с Мишей, пока ему это нужно… Но меня куда больше тянет к Тимофею, я это сегодня поняла… Или это потому, что он мне напомнил Олега? Но ему-то я зачем? Хочется, как в детстве, иметь такую же игрушку? У него жена ослепительная красавица, фантастическая кулинарка, дама с модной картинки… Рожна ему что ли надо? Или попробовать конфетку, от которой откусил его обожаемый дядька? Откусил когда-то и отравился?
— О чем задумалась, Янушка? — Миша погладил ее по руке.
— Да нет, так… ни о чем! — улыбнулась в ответ Яна. Обласкала взглядом.
Тимофей вовсе не смотрел на нее, он увлеченно обсуждал с Нелли Яковлевной какой-то фильм, которого ни Яна, ни Миша не видели.
— Дорогие мои, самые родные люди! — вдруг заговорил изрядно уже подвыпивший Миша. — Я должен вам что-то сказать, посоветоваться с вами. Вот как скажете, так и будет!
Все удивленно воззрились на него.
Он сейчас объявит, что женится на Яне, — мелькнуло в голове у Тимофея.
У Яны тоже сперва возникла такая мысль, но когда он сказал, что хочет посоветоваться, она в этом усомнилась.
Нелли Яковлевна просто испугалась. От Миши можно ждать чего угодно.
Он выдержал эффектную паузу.
— Ну говори уже, не томи! — сердито потребовала Нелли Яковлевна.
— Дорогие мои, мне предложили одну штуку… В принципе я всегда об этом мечтал, но как-то все не складывалось, а тут вдруг… Тимка, ты помнишь, о чем я мечтал лет в тринадцать-четырнадцать?
— Помнится, ты мечтал трахнуть Люську Забегаеву!
— Ошибаешься, это было позже, а до того? — рассмеялся Миша.
— А до того? А, кажется, о кругосветном путешествии.
— Вот! Он все обо мне знает! А я о нем!
— Миша, — побледнела Нелли Яковлевна, — ты что, собрался в кругосветное путешествие?
— Вот, собрался, но… Яночка, ты меня отпустишь? Если скажешь нет, я останусь! Ты для меня
— Это сейчас тебе так кажется, а если я тебя не отпущу, ты через месяц меня возненавидишь! — грустно улыбнулась Яна, у нее защемило сердце.
— Яна уже успела тебя изучить! — покачала головой Нелли Яковлевна. — Меня это ужасно пугает, но я же тебя знаю. Как будто можно тебя куда-то не пустить…
— Знаете, я очень-очень счастлив! И я буду так рваться в Москву, к вам! Тимка, ты приглядишь за моими женщинами, моими любимыми… Янка, а давай до моего отъезда поженимся, чтобы ты была как настоящая жена моряка…
— Настоящая жена моряка? Нет, Миша, как известно, жены моряков не самые верные жены, — улыбнулась Яна. — И куда нам спешить? А то найдешь в какой-нибудь Коста-Рике жгучую красотку и подумаешь — зачем я связался с этой бледной молью?
— Это ты бледная моль? — возмутился Миша.
— Ну, по сравнению с латиноамериканскими красотками, конечно! Поэтому я лучше буду тебя ждать как подруга моряка… А то не успею выйти замуж, как останусь соломенной вдовой, куда это годится? Я не хочу!
Тимофей сидел ни жив, ни мертв. Мишка уедет, она останется… И он еще просил меня за ней приглядывать…
— И надолго ты из Москвы линяешь?
— Да, наверное, месяцев на восемь, а впрочем, как пойдет… Вылечу в Панаму, оттуда пойдем сперва на Галапагосы, потом на остров Пасхи…
— А на чем вы пойдете? — сурово спросила Нелли Яковлевна.
— На отличной комфортабельной яхте, с настоящим опытным капитаном…
— А какая-нибудь связь с тобой будет?
— Разумеется! Электронная почта… И вообще. А кстати, вы можете прилететь в какую-нибудь точку, повидаемся! Ну, скажем в Австралию!
У него так блестели глаза, он был захвачен своей авантюрной идеей!
А Яна не знала, огорчаться или радоваться. С одной стороны было ощущение некоторой обиды — как же так, значит, моя любовь для него не главное, а с другой она испытывала облегчение от того, что не надо вот сейчас срочно принимать важное решение. Надо только держаться подальше от Тимофея… Но это несложно.
— Миша, а как же вторая книга? — вспомнила Нелли Яковлевна.
— О! Буду там писать при первой же возможности! Вообразите только, сколько воздуха и моря будет в новой книге!
— А тебя не укачивает? — спросил Тимофей.
— Нет, у меня, слава богу, вестибулярный аппарат как у космонавта!
— А я не могу, меня на море жутко укачивает, — смущенно признался Тимофей. — Да, Мишаня, ну и удивил ты меня… Да и всех нас удивил до чрезвычайности! — Он хотел спросить, нет ли опасности встретиться с сомалийскими пиратами, но вовремя одумался — к чему пугать и без того ошарашенных дам? И потому спросил: — А ты с кем-нибудь из команды знаком?
— Да, с двумя англичанами, прелестная пожилая пара. А вообще я давно уже состою в одном таком клубе, мы списываемся по Интернету… Эта экспедиция планировалась уже два года назад, потом по ряду причин отложилась на неопределенное время, а тут со мной связались…
И он принялся рассказывать об этих англичанах, с которыми он, оказывается, уже ходил в плавание к берегам Аляски.
— Миша, почему мы об этом ничего не знаем?
— Ну, зачем волновать любимую мамочку? Да и вообще, когда живешь в разных странах…