Девочка. Книга первая
Шрифт:
“Я забираю тебя на неделю к себе”, - пульсировало болью в моей голове, отчего хотелось закричать “ты не имеешь права распоряжаться мной!”, но теперь, все еще чувствуя его обжигающие пальцы на своем горле, огонь внизу живота, его “не дай мне повода сломать тебя”, я отчетливо осознавала — он не блефовал. Он подавит любой мой бунт быстро, жестко, и возьмет то, что считает нужным. Наряду с этим фактом, в висках бил еще один аргумент — моя болевая точка, на которую всегда можно было надавить. Отец. Он также легко мог лишиться работы, как и получил, а учитывая нашу не совсем благополучную банковскую историю, мы с отцом
— Собирайся, мы выезжаем через пять минут, — услышала я спокойный голос, вытолкнувший меня на поверхность реальности, и, развернувшись, посмотрела на Барретта.
Он вытирал руки влажным полотенцем и весь его вид говорил о спокойствии и уверенности. Переведя взгляд на стол, где лежал его сотовый, я тихо, но уверенно произнесла, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно:
— Я должна позвонить подругам.
— Их проинформируют, что ты уехала со мной из клуба. Завтра позвонишь, — коротко пояснил он, надевая пиджак, а уже через пару секунд его сотовый вновь завибрировал и он погрузился в очередной разговор.
Я до боли прикусила щеку, понимая, что мне предстоит завтра не самый приятный разговор с Джули, и меня успокаивало только одно — она будет не одна, а с Эмми и Райаном, которые, может быть, усыпят ее бдительность. И Тигр опять остается без меня на неделю. Я бросила взгляд на свое платье и, желая как можно быстрее привести себя в порядок, подобрала свой клатч, который лежал на полу рядом и, чувствуя болезненную дрожь в ногах, медленно направилась в ванную.
Мы шли по коридору чиллаут зоны, Барретт, как обычно говорил по телефону, но его горячая тяжелая ладонь свинцом лежала на моем затылке, и казалось, что мою шею сковывал стальной ошейник из его жестких пальцев.
Как только мы вышли из лифта на подземную парковку, к нам подъехал уже знакомый бронированный Хаммер, за рулем которого сидел Дуглас.
Так как я была без чулок, по ногам тут же прошелся сквозняк и я поежилась от озноба. Барретт, подхватив меня под попу, молча усадил меня на заднее сидение, и скользнув взглядом по моим голым коленкам, как мне показалось, остался недоволен увиденным. Я нахмурилась и тут же натянула платье как можно ниже — да, мои бледные коленки в мурашках от озноба отличались от идеальных ног с ровным загаром его Саш и Дымчатых Пантер.
Мы ехали по ночному городу, постепенно засыпающему после очередного шумного дня, а я, полностью погрузившись в невеселые мысли, лишь иногда наблюдала за ночным пейзажем в освещении фонарей, совершенно не представляя, что меня ждет за следующим жизненным поворотом.
Глава 20
Внезапно я увидела, как мы, пропустив поворот на гостиницу, направились по направлению к трассе. Я почему-то была уверена, что мы вновь едем в “Sky Pacific” и этот факт срабатывал успокаивающе — я направлялась в некое место, которое уже знала. Но сейчас, когда джип несся по ночному скоростному шоссе в неизвестность, меня охватило неконтролируемое беспокойство.
Посмотрев на Барретта,
— Разве мы едем не в “Sky Pacific”?
— Нет, — коротко ответил Барретт. — Мы едем в загородную резиденцию.
Получив достаточно четкий лаконичный ответ, я нахмурилась — одна я и дороги наверное не найду из этого загородного дома. Не думаю, что он стоит у оживленной трассы. От этого вывода я бесшумно вздохнула, а сердце сжалось очередной волной страха перед неизвестностью. “Харт, прекрати паниковать и возьми себя в руки! Ничего с тобой не случится!” — приказала я себе и, сделав беззвучный вдох, постепенно начала успокаиваться.
Проехав достаточно долгое время, мы наконец свернули с трассы и углубились в лесистую местность по направлению к морю. Чем дальше мы отъезжали от шоссе, тем убедительнее звучали мои выводы о том, что дороги отсюда я сама никогда в жизни не найду.
Наконец, вдалеке я смогла различить абрис некоего архитектурного комплекса, в подсветке по периметру высокого ограждения, а спустя минуту джип остановился у массивных черных ворот. Дуглас поприветствовал охранника в будке, и железные ворота начали медленно открываться, отъезжая в сторону. Въехав на территорию резиденции, мы направились по мощенной каменными плитами дороге, и через минуту перед моими глазами вырос дом, если можно было назвать его таким обыденным словом. Он был огромен и в лунном свете скорее походил на мрачный дворец. Выполненный в современном строгом стиле, из камня и стекла, он полностью отражал характер Барретта: мощный, подавляющий и холодный.
Не успела я разглядеть резиденцию, как наш джип направился вниз, и уже через минуту мы припарковались в подземном гараже, скорее напоминавшим автосалон класса люкс, где я насчитала не меньше дюжины машин — от спортивного авто, больше напоминавшего небольшой космический корабль из будущего, до классического лимузина Роллс-Ройс.
Рассматривая дорогие, отполированные до зеркального блеска автомобили, я даже представить не могла, зачем одному человеку столько машин, стоивших каждая целое состояние.
Тем временем Барретт, как обычно разговаривая по телефону, вышел из джипа и, обойдя его, вытащил меня. Положив тяжелую ладонь на мою поясницу, он повел меня к лифту, ведущему в дом, и спустя минуту мы оказались в просторном, вымощенном черным мрамором коридоре второго этажа, где, как я поняла, находились спальни.
Пройдя мимо нескольких массивных дверей, мы остановились у одной из них, и Барретт завел меня в просторную комнату, оформленную все в том же современном стиле.
— Это твоя комната, — коротко проинформировал он и, более ничего не сказав, вышел, оставляя меня в одиночестве.
Я обвела взглядом роскошную спальню в темно-синих тонах, и тяжело вздохнула, готовая разреветься — я не видела ни роскоши, ни дорогой обстановки, спальня мне напоминала холодную, неуютную тюремную камеру с мраморными полами.
Я подошла к стеклянной панели, которая открывала вид на ухоженный парк, а вслед за ним, вдалеке я увидела океан, поблескивающий в лунном свете. Он был неспокойным, волнующимся, темным, и мне казалось, что сейчас мы с океаном были на одной тяжелой волне и он в точности отражал мои эмоции и чувства.