Девушка из бара
Шрифт:
В воображении Лейси возникла картина, как Бобби пересекает холл. Вот он открывает дверь ее спальни, приближается к ней, гипнотизируя ее этими синими глазами. Затем наклоняется над ней, лежащей на разворошенной постели. Его рот. Его прикосновение.
От этой мысли Лейси бросило в жар, выступивший испариной на ее коже. Ощутив растерянность от такой реакции своего тела, подавленная и смущенная, она отвернулась.
– Хорошо, хорошо, – сказал Бобби своему собеседнику, а затем с удивительной нежностью добавил: –
Он повесил трубку.
– Бу? – поворачиваясь к нему, спросила охваченная любопытством Лейси, сразу забыв о пригрезившемся ночном вторжении. – Кто это – Бу?
На этот раз смущенным выглядел Бобби.
– Моя сестра. Я называю ее так по старой привычке.
– Вы называете сестру Бу? – Лейси подумала, что ей никогда не приходилось слышать такое ласковое прозвище, однако ей не верилось, что в столь грубом человеке, как Бобби, могло присутствовать сентиментальное начало. – Наверное, вы очень близки с ней. По-моему, это чудесно.
– Да. – Как только смягчился его тон, черты лица Бобби тоже разгладились. – Она замечательная. – Потом он заметил изучающий взгляд и посуровел. – Но она такая же заноза в заднице, как и вы.
– Не могу себе представить, чтобы Бет доставляла кому-нибудь хлопоты.
– Черт, а разве не она навязала мне вас?
– Это проявление настоящей сестринской любви.
Бобби фыркнул:
– Она позвонила, чтобы удостовериться, что я не убил вас и не собираюсь провести остаток жизни в тюрьме.
– Вы? В тюрьме? По-моему, такой красивый парень, как вы, пользовался бы там большой популярностью.
Эта фраза вызвала очередной взлет его брови.
Лейси пошла на попятную:
– Не знаю почему, но вы пробуждаете во мне самые худшие наклонности.
Его удивление сменилось дразнящим смехом.
– Вы находите меня красивым, куколка, да?
Лейси постаралась найти достойный ответ:
– Только чрезмерно эгоцентричный футболист может быть зациклен на том, чтобы толковать любое сказанное слово как комплимент.
Бобби только ухмылялся.
– Можно задать вам вопрос? – спросил он, пытливо глядя на нее.
– Какой вопрос?
Бобби встал, обошел стол и присел на край.
– Как часто вы занимаетесь сексом?
– Это не ваше дело!
– Почему?
Лейси задохнулась от возмущения.
– Вам говорит что-нибудь выражение «сексуальные домогательства»?
– Ну-ну, миз Райт. Не надо выдавать желаемое за действительное. Это выглядело бы домогательством только в том случае, если бы я действительно имел на вас какие-то виды, но, поверьте мне, это не так.
Лейси посмотрела на него, будто увидела монстра о двух головах:
– Послушайте, что вы вообще знаете о сексе? Откуда вы черпаете сведения о нем? Из обозначенных тремя иксами порнографических интернет-сайтов для извращенцев, в которых пытаются обелить всех – от
– Хм?..
– Не нужно прикидываться дурачком, мистер Макинтайр. Я прочитала все, что когда-либо писалось о вас. После четырех лет в Высшей школе Коронадо, ни один семестр учебы в которой не обходился для вас без почетной грамоты, вы, как хороший футболист, были зачислены студентом в Техасский университет в Остине. И здесь вы удивили не только спортивную, но и академическую общественность тем, что проявили себя в учебе так же хорошо, как и в спорте.
Вы окончили университет за три года, постоянно опережая своих сокурсников, стали профессиональным футболистом, когда должны были выступать еще в юниорской команде, и уже через год после этого стали ведущим игроком «Лоун старз». Вы сами распоряжались своими деньгами, открыли свой бар, сделали несколько удачных вкладов, и, наконец, техасский ежемесячник «Тексас мансли» назвал вас одним из самым выдающихся людей года в штате. Если не ошибаюсь, с тех пор вы ежегодно присутствуете в этом элитном списке.
– Я поражен.
– Своими успехами? – неучтиво фыркнув, спросила Лейси.
– Вами. Вы обладаете замечательной способностью заводить разговор в тупик, оперируя совершенно бесполезными фактами.
– Например?
– Коль скоро вы спрашиваете... – С кривой усмешкой на губах Бобби поднял вверх ладони с таким видом, будто он отвечает только по ее требованию. – Вы слишком зажаты, выглядите замученной и сексуально непривлекательной, что противоречит облику менеджера бара и действует всем на нервы.
Лейси открыла рот, хотя не смогла не то что сказать, но даже придумать какой-либо вразумительный ответ.
– Насколько я понимаю, – продолжил Бобби так спокойно, будто обсуждалась выручка за неделю, – нам предстоит работать вместе. И мы при этом не поубиваем друг друга только в том случае, если вы расслабитесь. Будучи человеком участливым и заботливым, я... – он определенно заигрывал с ней, – я думаю, вам необходимо самое простое средство – секс.
– Вы предлагаете свои услуги? – Слова сорвались с ее губ, прежде чем она успела подумать, стоит ли произносить их.
Бобби скрестил руки на груди, его синие глаза заискрились весельем.
– Вы меня удивляете, миз Райт, – ответил он с широкой ухмылкой. – Я мог бы сказать, что теперь вы сами вступили на путь домогательства. Хотя если вы настаиваете, то я могу поддаться и как-нибудь ночью отважиться пересечь коридор, а тогда...
– Стоп! – Лейси зажала уши руками. – Я не стану заниматься сексом. Ни с вами и ни с кем другим. Мне не нужен секс. Я должна воспитывать дочь и при этом подавать ей хороший пример. А занятия сексом, когда ты не замужем и живешь вместе с дочерью-подростком, не могут служить хорошим примером.