Девушка с прошлым
Шрифт:
– В чем проблема-то? – Алексею уже надоел этот разговор, и он думал лишь о том, как бы спокойно доехать до дома. Он устал, смертельно устал, завтра его ждал тяжелый день, и Светкины страдания выглядели лишь досаждающим обстоятельством. Нертов прикидывал, как бы так пристроить ее в квартире, чтобы не мешала она ему, не вторгалась в заведенный порядок вещей. Он может устроиться на кухне – поставит там гостевую раскладушку, а она пусть располагается в комнате.
– Проблема, – откликнулась Светка, когда они уже переехали через мост
– Много?
– Как сказать… Парочка фирм в Литве, дом в Финляндии, какие-то акции. И не сосчитать, что я наподписывала за это время…
Алексей присвистнул:
– Ну ты и влипла! Не горячись с этим разводом.
Лучший совет был – оставить все как есть. Алексей напомнил Светке о печальной судьбе одной банкирской супруги, скончавшейся как раз накануне бракоразводного процесса.
Они уже подъехали к дому. Светка выволокла из машины свой тяжелый чемодан.
– Что это тут у тебя в сундуке, кирпичи, что ли? – невольно спросил Алексей.
– Ага. Те самые, что на голову падают.
– Не понял…
– Да так, прихватила кое-что. Исключительно для самообороны, – загадочно улыбнулась она, когда они вошли в лифт.
– Светка, ты не переиграй…
– Не бойся!
Лифт со скрежетом доставил их на нужный этаж. Войдя в квартиру, Светка, к счастью, не стала церемониться, а сразу рухнула на кровать и уснула. Алексей внес на кухню чемодан, без особых трудов вскрыл замки. Крышка откинулась, и перед ним предстало содержимое явно опустошенного Светкой сейфа чиновника. Акции, облигации, стопки чистых бланков фонда госсобственности с заранее проставленными печатями и подписями – целое состояние, к которому лучше было бы и не прикасаться.
Алексей застыл в недоумении: опасную игру затеяла его женушка!
…Этот скандал в доме Лишковых вспыхнул вроде бы и без особого повода. Владимир Иванович вернулся поздно – был на приеме в одном консульстве. В прихожей супруг долго возился с замком. Потом, пыхтя, стаскивал с себя одежду. Плюхнувшись на диванчик, он никак не мог стянуть с себя ботинки, врезавшиеся в распухшие к вечеру ноги.
– Надрался, – с нескрываемой ненавистью процедила Светка, все это время мрачно наблюдавшая за перебравшим мужем. – Господи, когда это кончится?
Раскачиваясь, Владимир Иванович приоткрыл затекшие веки.
– Дура, – безразлично констатировал он. – Помогла бы лучше мужу разуться. Чего уставилась?
Светлана грохнула дверью в свою комнату и включила телевизор. Лишков что есть силы запустил ботинками в эту дверь. Светка не откликалась – она давно уже привыкла к выходкам мужа и уяснила для себя, что связываться с ним в таком состоянии не имеет смысла. Утром все равно как миленький прибежит на цыпочках и будет умолять не бросать старого доброго “папика”. Однако на этот раз события развивались не
– Светик! – осклабился он, еле удерживая равновесие. – Сейчас я буду тебя любить!
Светлана застонала: только этого ей не хватало – Лишков и по трезвости еле-еле управлялся со своими супружескими обязанностями.
– Так, значит, ты со мной. Отказываешь… А я здесь посплю. В ножках у любимой.
Лишков уселся прямо на пол, прислонившись к стене. На минуту задремав, он вдруг очнулся. Посмотрев на Светлану уже иным, неожиданно жестким взглядом, он с расстановкой произнес:
– Это все ты.
– Что я? Шел бы спать, а?
– Это ты меня в этот блудняк втравила. Шубки, брюлики, Парижи, а расплачивайся дядя Лишков.
– Не заставляла.
– Суки все! – Лишков неожиданно проворно вскочил и рванул прямо к Светке. Она и опомниться не успела, как увесистая оплеуха отбросила ее с дивана. Следом на пол полетел только что купленный “Филипс”, новенький телевизор. Светка взвизгнула и вылетела в спальню, где, закрывшись, начала названивать Алексею. Лишков барабанил в дверь, крича уже что-то нечленораздельное. Потом замолк.
В квартире установилась тишина. Осторожно выглянув в коридор, Светлана застала мужа спящим прямо на полу. На этот раз Светка была решительна в своем гневе на Лишкова, обманувшего все ее девичьи надежды: ни денег больших, ни карьеры ничего этого юная супруга от мужа-чиновника не дождалась. Вместо этого она получила жизнь затворницы. Владимир Иванович панически боялся того, что Светлана одним своим видом – не таким уж плохим, надо сказать – засветит его доходы. Вот и на этот прием в консульство, как ни просила она, брать с собою не стал.
Светлана, еще сама не зная, зачем она это делает, потянулась к карману пиджака Лишкова и медленно вытянула из него связку ключей. “От квартиры, от машины, от кабинета, от сейфа”, – перебирала она. Последний ключ ее заинтересовал. “Покидать супруга – так с музыкой”, – злорадно решила она, еще не отдавая себе отчета в том, какие беды может накликать на себя.
Не разбирая особо, что за бумаги лежали в сейфе, она вывалила их в чемодан. Вытащила из плотно набитого гардероба последнее приобретение, сногсшибательную шубу, накинула ее на плечи и, обогнув спящего супруга, покинула квартиру.
Проснувшись поутру, Владимир Иванович зябко поежился от холода. “О, черт, как же я это на полу заснул?” – пытался припомнить он свое ночное возвращение, но детали давались непросто.
– Светлана! – позвал он жену. Та не откликалась. Видно, придется ему замаливать вчерашние грехи. Знать бы только какие?
– Свет, что вчера было-то? – с привычным в таких случаях вопросом он вошел в ее комнату. Супруги не было.
Лишков, еле удерживая затекшие глаза открытыми, пошел на обход квартиры. В кабинете его поджидало открытие.