Девушка с Рублевки
Шрифт:
– Лариска слышала, я нет. – Алена заглянула ей в тарелку. – Ир, а чего так скромно завтракаешь? Все оплачено. Вон с Лариски бери пример, все пробует, что предлагают.
– Не все, а только джем. – Я отодвинула от себя розетку с джемами.
Розетка была разделена на четыре части, в каждую я положила по ложке разных джемов: клубничный, из инжира, абрикосовый и неопознанный джем зеленоватого цвета. Что-то действительно я увлеклась. Кто полчаса назад, глядя на Ирину, клялся себе не жрать?
– А из чего джем? – заинтересовалась
– Абрикос, инжир, клубника. А зеленый не знаю из чего.
– Может быть, киви? Дай попробую! – Ирина подхватила джем на кончик ножа, слизнула и задумалась. – Интересный вкус... На киви не похоже.
Татьяна тоже нырнула ложкой в зеленоватую массу.
В зал вошел Пенкин. Выглядел он хуже, чем всегда: лицо помятое, глаза опухшие, на щеках щетина. Хотя откуда мне знать, как он выглядит по утрам, я его на работе обычно ближе к обеду вижу. Шеф зыркнул в нашу сторону, кивнул неопределенно и пошел к стойке, где жарили глазунью.
– Слушайте, по-моему, это джем из местных кактусов. Помните, мы из автобуса вчера видели, какие они мясистые?
– Скажешь тоже! Если повидло из кактусов, то где колючки? – прищурилась Аленка. – Сбрили, наверное.
И мы расхохотались. А Пенкин вдруг втянул голову в плечи, схватил свою тарелку и быстро ушел из поля моего зрения.
Потом, когда мы грузили сумки в автобус, он делал вид, что меня нет. В салоне занял впереди одиночное место, а мы вчетвером расположились в конце салона. Я села у окна и все время, пока мы ехали в Сусс, рассматривала эту удивительную страну.
Сначала мелькали белые двух– и трехэтажные дома, странно выглядящие на желтоватой, без зелени, с редкой травой земле. Потом город закончился, и замелькали низкорослые раскидистые деревья (я узнала, что это оливы), окруженные живой изгородью из мясистых плоских кактусов. Такие я раньше видела в фильмах про мексиканские пустыни. Кое-где на кактусах набухали розовые бутоны.
– Сколько тут кактусов! Я думала, такие только в пустыне растут! – озвучила мои мысли девчушка, кажется, Настя, из журнала «Зверь». – И цвести собираются! Красивые цветы, наверное.
– Они здесь везде растут, – сверкнул улыбкой наш гид.
Как же зовут этого парня? Абдул? Нет, как-то по-другому. Говорил он по-русски по-прежнему с легким акцентом, но сегодня я его почти не замечала.
– Их вместо забора сажают, от воров. И скот кормят. А через месяц на них ягоды будут, очень вкусные, деликатес. Их в Париже покупают по десять евро за штуку.
– Абдель, ты где так хорошо по-русски научился разговаривать? – спросила Аленка.
– Я в Питере учился в университете.
– Ой, а здесь, значит, гидом работаешь, с туристами? – почему-то посочувствовала ему Ирина.
– Я здесь тоже в университете работаю. А с вами меня господин Саид попросил быть, страну показывать.
– Ой, он профессор, наверное, – зашептала Ирина. – А ты, Аленка, орала на него вчера. Неудобно получилось!
– Да
Часа примерно через полтора на обочинах перестали мелькать кактусы – появились низкие пальмы, похожие на громадные, воткнутые прямо в землю ананасы, цветущие кустарники и красивые ограды, за которыми виднелись белые виллы. Да и само шоссе заиграло красками бело-желтой разметки. У развилки, отмеченной странной конструкцией, изображавшей раскрытую ладонь с глазом в середине и плотно сомкнутыми пальцами, разрисованными восточным орнаментом, автобус повернул вправо, ближе к морю, и вскоре уже въезжал на территорию нового отеля.
Если предыдущий отель подкупал своей тихой прелестью и уютом, то этот ошеломлял размахом и грандиозностью. Один холл чего стоил! Если убрать столики, барную стойку и «ресепшн», то запросто можно сыграть в футбол. Или в хоккей – блестящие серые плиты, отражавшие потолочные светильники, казались скользкими как лед.
Сразу появился официант и подал бокалы с апельсиновым соком.
– Вот это пять звезд! Не фигней встречают разбавленной, а самым настоящим апельсиновым фрэшем! – Аленка попробовала сок из красивого высокого бокала.
– «Волшебный дворец», – перевела я название отеля. – Хорошее название, сказочное.
– Мы рождены, чтоб сказку сделать былью, – подмигнула мне Аленка. – Вот такие отели я и предпочитаю, пять звезд «ультра все включено»!
Кудрявая девушка в униформе представилась Евгенией и, вежливо попросив заполнить бланки, стала раздавать плотные листочки уже знакомого содержания. Я посмотрела на Пенкина: он отодвинул свой листок и постукивал по столу пальцами. Так, пора выполнять свои секретарские обязанности.
– Виктор Алексеевич, давайте паспорт, я ваш формуляр заполню, – как можно дружелюбнее предложила я.
Он молча метнул паспорт на стол, встал и демонстративно отошел к барной стойке. Что это с боссом? Обиделся, что я с ним спать не пошла? Во детский сад!
На этот раз нам с Аленкой достались двухкомнатные апартаменты. Первая комната – с диваном, двумя креслами, низким столиком и широкой дверью, ведущей на огромную лоджию-террасу. Вторая – с широченной кроватью, зеркалом и второй дверью на ту же террасу.
– Вот это я понимаю, сервис! – Аленка села в кресло и потянулась к бутылке с вином, стоявшей на столике. – Смотри, как гостей встречают. Вино поставили, вазу с фруктами, орешки.
– Слушай, а вдруг за это платить придется? – испугалась я.
Лично у меня денег было совсем чуть-чуть. Тысяча российскими и несколько местных мелких купюр, сдача после обмена в аэропорту и уплаты пошлины. Пенкин мне пока никаких «командировочных» не выдал.
– Да ладно, не бойся. Сказала же: пять звезд «ультра». В таких отелях за все платят сразу, когда тур покупают. Винца налить?