Девы ночи
Шрифт:
– Нет лучшего клиента, чем наш мужик. Как когда-то говорили: «свій до свого по своє»! [54] И так должно быть. Я всегда помнила, что принадлежу к украинским проституткам. И этим горжусь. Я создала особенный, украинский стиль любви. Это вам не пустяк! Редкая нация может этим похвастаться. И если мы отстаем в науке, культуре, искусстве и вообще в быту, то в искусстве любви мы – среди самых цивилизованных и культурных народов мира. И благодаря кому? Благодаря мне!.. Эге, дали бы мне волю, я бы так свое дело развернула, что ко мне и японские гейши ездили бы на учебу. Я даже написала книгу, которая так и называется: «История украинского секса».
54
Нет, вы не поверите! Она действительно ткнула мне в руки толстую рукопись. Но с собой не дала, я должен был читать у нее дома. А начинался этот эпохальный труд с анализа народных песен, в которых автор весьма верно выявила много сексуальных образов. Ну, скажем, такие строчки из свадебной песни: «Ой, повісь, Галю, зелений віночок та на Васильків червоний кілочок» [55] . Далее рассматривала значение невинности в Украине, магические обряды, в которых сохранились следы греческого фаллического культа. Затем шло пространное повествование об искусстве любви в разных этнических группах. А заканчивалась книга этнографическими записями, которые собрала сама пани Алина. В частности, она доказывала, что отдельные сексуальные позы имеют чисто украинское происхождение. И доказывала не без логики. Изумляла ее ознакомленность с предметом исследования и общая эрудиция, ведь ей пришлось перелопатить гору литературы.
55
«Ой, повесь, Галя, зеленый веночек, на Василька красный колышек» (укр.).
– Те два дня, которые проведет клиент с моей воспитанницей на вилле «Роза Рая», он будет помнить даже в минуты свои предсмертные, когда ему захочется оглянуться на жизненный путь. Эти два дня заслонят все в его жизни, именно в них упрется его угасающий взор, и погаснет… Мои девочки работают мало, поэтому с годами никогда не утрачивают форму и очень счастливо выходят замуж. Кстати, все их мужья убеждены, что брали девственницу. А это, я вам скажу, тоже искусство. И научила их этому я. Не было еще ни одного провала. Если вы хотите помочь какой-нибудь из своих колежанок, которая мечтает прикрыть грешок, – посылайте ко мне. Я научу ее, как это делается.
У меня действительно была знакомая, которая мучилась этой проблемой и как-то даже выпытывала у меня: «А что бы ты сделал, если бы твоя невеста скрыла от тебя, что она уже не девушка?» Напомню читателям, что это был 1978 год. С тех пор наши моральные устои совершили существенный прыжок. И теперь, естественно, никто себе такими проблемами голову не забивает. Он спросит: «Спала?» – а она ответит: «Спала. Но только раз и не по-настоящему». Вот и все. Он доволен, да и ей гора с плеч. Поди докажи, что это было не раз, и все-таки по-настоящему! А тогда, знаете ли, бывали случаи, когда панна тяжело переживала прошлые подвиги и прибегала к способу, который достался нам еще от бабушек. Однако операция «Лимон» удавалась только тогда, когда оставляли в дураках еще невинного юношу или же было точно известно, что с девственницей он еще дела не имел, а потому особенной разницы не просечет.
Только ведь попробуй такого найди, кто в этом признается, каждому охота казаться любовником с приличным стажем.
Однако пани Алина изобрела безотказный метод – мужика с легкостью надували даже тогда, когда он прошел Крым, Рим, и даже площадь Пигаль. В основе этого метода лежала психологическая обработка будущего спутника жизни, которая начиналась задолго до свадьбы и длилась буквально до капитуляции основных
Ее девушки по городу не шлялись, по ресторанам не торчали и алкоголь употребляли в ограниченном количестве. Передвигались исключительно в авто. Местом работы могла быть только вилла, дом пани Алины или другая частная квартира, но никогда – гостиница. Некоторые девушки, разбогатев, сами покупали дачный домик. Такой способ не влиял на их репутацию и не мешал счастливому семейному уюту, ибо некоторые из них и после замужества не порывали с дорогой пани Алиной.
Клиентура держалась в тайне, и мне всего несколько раз возле уха скользнули чины и фамилии, от которых челюсть сама по себе отвисала вниз, а губы складывались в многозначительное «Ого!»
Забава божков
– Вот это да! Кого я вижу! Пан пиит! – приветствовала меня пани Алина после длительной разлуки. – Какими ветрами вас принесло? Ну, идем, идем, как раз есть свежий кофе. И где это вы пропадали?
– Так я же на год в армию попал.
– Правда? Мать родная, а почему же мне не сообщили? Я бы вас на месяц на Кульпарков к варьятам спровадила, зато не потеряли бы целый год.
– Да я и в армии не пропал. А после месяца на Кульпаркове кто знает, не обнаружилась ли бы у меня мания преследования или импотенция.
– Ну, нет! Уж когда я договариваюсь, так договариваюсь. У меня все схвачено. Вам бы никто не посмел делать уколы. Успокойтесь!
Мы расселись по креслам, цедили кофе и разговаривали. В целом в гостиной за это время ничего не поменялось, пальмы и фикусы несколько вымахали, на стенах увеличилось число картин, да еще появились четыре клетки с канарейками.
– Мне их подарил священник из Щирца. У него девяносто шесть канареек! Представляете? И каждая поет в свое время. То есть каждые пятнадцать минут какая-нибудь стерва рвет глотку! Я бы с ума сошла. Я бы запекала себе этих чертовых канареек каждое утро на завтрак и с огромным удовольствием уничтожала бы, старательно отмечая каждую в тетради. Я бы их даже начиняла вишнями, крыжовником и черной смородиной, а потом тушила в сметане и томатном соке. Мои тоже поделили сутки на четыре части. Но это уже не так страшно – только каждые шесть часов. Я привыкла.
– Как по мне, одна канарейка лишняя.
– Ну, уж конечно, вам, молодым, для сна нужно больше. А нам, старым порхавкам [56] , и шести часов сна много. Хотя если по правде, то люблю и после обеда малость соснуть. Ну, так что вас опять привело ко мне? Только не говорите, что хотите снова расспрашивать о львовских кнайпах. Я вам рассказала все, что знаю.
– Нет, у меня к вам деловое предложение.
– Вот это да! Ушам своим не верю.
После краткой увертюры я изложил хозяйке суть дела.
56
Сорт гриба; здесь – карга, старая перечница (галич.).
– Десять девочек? Мама дорогая! А что это будет за представление?
– Партийное мероприятие. Просто я немного влип и должен выкручиваться.
– Ну, раз уж в этом заинтересованы вы… Девочки должны куда-то ехать?
– Да. Но это должна быть изысканная публика.
– И сколько дают?
– Три тысячи, но пятьсот заберет тот, кто мне это предложил.
– Тьфу! И это называется деньги! Если я возьму еще пятьсот, то что останется? А вам ведь тоже что-то должно перепасть?
– Нет, меня здесь не деньги интересуют. Говорю же, что должен выкручиваться. А кроме того хотелось бы просто попасть на такое мероприятие. Знаете, для полного счастья не хватает еще и такого приключения.