Девять мечей Акавы
Шрифт:
— Глук, — Владислав озадаченно смотрел на руны на камне. — У меня руны не совпадают с тем, что было на двери. Черт, получается я просто сунул меч в первый попавшийся паз.
— У меня совпадают, — айор сделал шаг назад.
Владислав потянул меч назад. Клинок выходил с заметным усилием, словно камень не хотел выпускать то, что ему принадлежало по праву. Покрасневший агент, вытянув, наконец, свое оружие, виновато посмотрел на друзей. Все дружно хранили молчание, пряча улыбки. Вздохнув, он принялся искать нужные руны и, наконец, найдя подходящий рисунок, снова вставил свой меч в камень. Алдан был следующим. Вкоре каждый
Последним к камню подошел Свичар. Он остановился, оглядел всех присутствующих, затем взглянул в темнеющее небо, словно прощался с ним, и воткнул свой меч сверху в последнее оставшееся свободным отверстие. Все присутствующие, затаив дыхание, смотрели на хана. Свичар в недоумении оглянулся:
— Э… — он вынул свой меч и вставил еще раз.
Ничего не произошло.
— Постойте, — девушка с усилием вытянула свой меч обратно. — Кто нибудь помнит порядок имен мечей?
— Я помню, — Свичар шагнул вперед.
— "Разделил он серебро на тонкие нити и стал сплетать их вместе, вплетая между ними золотые нити света, и когда готов был его меч, призвал он воздух на помощь и вдохнул в свой меч жизнь, и дал ему имя: "Повелевающий".
И признали другие волшебники его главенство над собою, и выковал он для каждого по мечу и дал им имена: «Пронзающий», "Стремительный", «Настигающий», "Карающий", «Защищающий», "Сверкающий", «Избавляющий» и «Возвращающий». И встали все волшебники в круг, и каждый пронзил своим мечом тот камень, и засиял камень ослепительным светом, и влилась сила невиданная в жилы волшебников, и почувствовав ту силу великую, сказали они: "Да будет мир планете этой", — и покинули Акаву, а мечи остались лежать там, где камень был".
— Тяните свои мечи назад, — скомандовала Эстер. — А теперь по порядку, как в предании сказано. Хан Свичар, вы первый…
Друзья, следуя порядку легенды, вставили мечи в прорези камня во второй раз, однако и в этот раз ничего не случилось.
— Странно, — Владислав осмотрел все рукоятки.
Руны везде совпадали. Он потрогал одну из рукояток.
— Не сработало, — он пожал плечами.
— Стой, — вдруг воскликнула девушка. — "Имеющие ключ да положат руку правую на отведенное каждому место", — процитировала она на память. — Так, кажется, Ворчун? Смотри, — Эстер указала пальцем на слабо пульсирующий рунный рисунок возле рукоятки, за которую все еще держался Владислав.
В сумеречном свете возле меча Владислава руны пульсировали малиновым светом. Она положила ладонь на рукоятку своего меча, и ее руны тоже начали слабо светиться в наступающей темноте. Порывистый Алдан тут же ухватился за рукоять своего меча. Руны засветились ярче и разгорались еще ярче каждый раз, когда следующий из присутствующих клал свою ладонь на рукоять. Когда Ворчун положил свою руку-манипулятор на эфес, все руны уже горели ярким ровным алым светом, не пульсируя больше. Свичар, наклонившись через Ворчуна, дотянулся до своего меча.
— Да будет мир планете этой! — сказал он неожиданно громко.
— Да будет мир планете этой! — не сговариваясь, повторили все хором.
Руны вокруг рукоятки хана Свичара вдруг вспыхнули ярким голубым светом и тоненькими стрелками побежали к рунам остальных мечей. Всех пронзило слабым ударом тока, заставив сжать рукоятки сильнее.
— Где мы? — первой подала голос девушка.
Святослав молча взял ее за руку.
— Где мы? — Эстер прижалась плечом к князю.
— Вы в вечном городе, — громкий, но мягкий голос исходил непонятно откуда.
Айор огляделся вокруг и спросил:
— Кто говорит с нами? Кто вы?
— Мы властители времени и пространства. Мы правим законами этой Вселенной.
— Но разве можно управлять законами Вселенной? Ведь законы незыблемы, — спросил Глук.
— Законы — это всего лишь условия, при которых возможно существование чего бы то ни было. И мы можем менять их, если требуется.
— Значит, вы всесильны? — задал вопрос Владислав.
— Нет, мы не всесильны, мы лишь правим Временем и Пространством.
— Но ведь Вселенная и есть весь мир, — недоумевал агент.
— Твои знания слишком поверхностны, а жизнь быстротечна, чтобы понять это. Вселенная — лишь малая песчинка в мироздании.
— Но ведь Вселенная бесконечна, — не унимался Владислав.
— Бесконечно мироздание, а Вселенная существует лишь до тех пор, пока мы ею правим. Когда-нибудь и эта выпавшая песчинка вернется на свое место и вернет мироздание к целостности существования.
— А что же тогда само мироздание? — Агент Раденко стоял, задрав голову.
— Мироздание — это "Ничто".
Наступила тишина.
— Покажитесь, пожалуйста, — Эстер положила руку на локоть Владислава. — Нам бы очень хотелось увидеть вас.
— Мы здесь, рядом. — Белая дымка развеялась, открыв взорам стоящих величественные белые башни.
— Так здесь и живут боги? — Святослав с инересом смотрел на здания. Белесая дымка вдруг начала сгущаться, пока не приобрела очертания человека. Человек, высокий седобородый старец, шагнул в их сторону.
— Если вам так удобней, мы можем принять ваш облик. Вы исполнили предначертанное, и теперь мы можем ответить на некоторые ваши вопросы. Мы знаем, что вы любознательны, мы уже видели здесь девятерых ваших предшественников.
— Значит, они тоже были здесь? — воскликнула Эстер. — А что с ними произошло?
— Они пожелали… и мы исполнили их просьбу, — последовал ответ.
— Скажите, почему в нашем мире исчезают планеты?
— Измерение, в котором вы живете, — это всего лишь отражение реального измерения. Так вибрирующая струна создает видимость своего существования сразу в нескольких местах. А "слуги покоя" пытаются вернуть нужные им планеты в то состояние, когда у них нет более отражений в других измерениях. Только на таких планетах они могут жить. Это обычная борьба за существование.