Девять принцев Эмбера
Шрифт:
— Тоже верно.
— Как бы я хотел, чтобы Бенедикт был с нами, а Жерар не переметнулся к Эрику.
— Мечты, мечты, — заметил я. — Мечтай об одном, делай совсем другое, и тогда в любом случае останешься в выигрыше.
— Неплохо сказано.
Некоторое время мы молча курили.
— Я могу тебе верить? — спросил он.
— Так же, как я тебе.
— В таком случае давай договоримся. Все эти годы я считал тебя погибшим и никак не думал, что ты появишься в самый критический момент и заявишь свои права на престол. Но раз уж ты здесь, я хочу предложить тебе объединить силы и осадить Эмбер. Оставшийся в живых займет трон. Если повезет обоим, какого черта!
На мгновение я задумался. Предложение было очень выгодным, на лучшее я вряд ли мог рассчитывать. И поэтому я сказал:
— Утро вечера мудренее. Не возражаешь, если я дам ответ завтра?
— Конечно.
Мы допили виски и ударились в воспоминания. Плечо у меня гудело, но виски помогло, а мазь, которую наложил на рану Блейз, сняла боль. В конце концов оба мы расчувствовались.
Мне всегда казалось, что члены нашей семьи испытывали духовную близость только в те редкие минуты, когда жизнь сталкивала их на одном пути. Боже! Ночь кончилась прежде, чем мы всласть наговорились! Потом Блейз хлопнул меня по здоровому плечу и сказал, что у него нет больше сил и что слуга подаст мне завтрак в постель. Я кивнул, мы обнялись, и он отправился спать, а я подошел к окну и посмотрел вниз.
Костры далекого лагеря мерцали, как звезды. Тысячи звезд. Блейз собрал большие силы, и я ему позавидовал. Наверное, зря. Блейз был единственным, кто действительно мог победить Эрика и стать довольно неплохим монархом, хоть я и предпочел бы видеть на троне самого себя.
Я стоял и размышлял и внезапно обратил внимание на то, что тени, двигавшиеся у костров, имели какие-то странные очертания. Интересно, из каких солдат состояла армия Блейза?
Праздный интерес: у меня и того не было.
Вернувшись к столу, я налил себе последнюю рюмку. Однако, прежде чем выпить, я зажег светильник и достал из-за пояса украденную мною колоду карт.
Разложив их перед собой, я поместил в середину ту, на которой был изображен Эрик, и убрал остальные в пачку.
Через некоторое время картинка ожила, и я увидел дремлющего Эрика в ночной рубахе.
— Кто? — спросил он сонным голосом. Рука его была перевязана.
— Я, — сказал я. — Корвин. Как самочувствие? — Он выругался, а я рассмеялся. Я понимал, что слишком много выпил и поэтому затеял опасную игру, но тем не менее продолжал: — Мне почему-то захотелось сообщить тебе, что мои дела идут лучше не придумаешь. Кстати, ты был прав, утверждая, что дурная голова ногам покоя не дает. Свою дурную голову тебе недолго осталось носить на плечах! Так что веселись, пока можешь, братец! Тот день, когда я появлюсь в Эмбере, станет последним днем твоей жизни! И я хотел предупредить тебя, что этот день не за горами!
— Не жди пощады, — ответил он, глядя мне прямо в глаза. На какую-то секунду мне показалось, что расстояние, разделяющее нас, исчезло.
Я сделал ему нос и закрыл карту ладонью. Это было все равно что повесить телефонную трубку. Засунув карту Эрика обратно в колоду, я отправился спать и, засыпая, подумал о войске Блейза.
Победить Эрика будет нелегко.
6
Отражение, на котором я очутился, называлось Аверн, и его обитатели мало чем походили на людей. Я присмотрелся к ним на следующее утро, когда Блейз совершал обход войска. Семифутового роста, с красной кожей, на которой волосы почти не росли, с кошачьими
Климат здесь был теплым, природа поражала контрастами красок, и все думали, что мы — боги.
Блейз подыскал отражение, где религия говорила о братьях-богах, похожих на нас и попавших в беду. Как в любой мифологии, добрых братьев угнетал злой, которому удалось захватить власть. И разумеется, среди верующих бытовала легенда из Апокалипсиса, по которой они будут призваны сражаться на стороне добрых братьев.
Рука моя висела на черной перевязи, я шел, осматривая войско, и размышлял о том, что скоро большинство солдат погибнет.
Перед одним из них я остановился и окинул его взглядом.
— Знаешь ли ты, кто такой Эрик?
— Князь Тьмы, — незамедлительно ответил он.
— Хорошо, — сказал я и пошел дальше. Набранное войско состояло из стандартного пушечного мяса.
— Сколько у тебя человек? — спросил я Блейза.
— Около пятидесяти тысяч.
— Приветствую тебя, идущего на смерть, — перефразировал я. — О какой осаде Эмбера может идти речь? Тебе не удастся дойти до подножия Колвира. Смешно думать, что эти несчастные, махая игрушечными саблями, выступят против бессмертного города.
— Знаю, — ответил он. — Но я располагаю и другими силами.
— Ты называешь эту армию силой?
— А что ты скажешь о трех эскадрах, всего в два раза уступающих численностью объединенным флотам Каина и Жерара?
Это было не так уж плохо.
— Явно недостаточно, — сказал я. — Детские игрушки.
— Знаю, — повторил он. — Но можно считать, начало положено.
— А до конца слишком далеко. Эрик будет спокойно отсиживаться во дворце и громить наши войска по мере их продвижения вперед. Далее битва разгорится у подножия Колвира, где многие сложат головы. Затем предстоит подняться по Лестнице и войти в Эмбер. Как ты думаешь, много солдат останется в живых? Остатки нашей армии можно будет уничтожить за пять минут, а потери Эрика останутся минимальными. Если это все, чем ты. располагаешь, брат Блейз, твоя затея постепенно перестает мне нравиться.
— Эрик объявил, что его коронация состоится через три месяца. За это время, надеюсь, мне удастся набрать четвертьмиллионную армию. Я объявлю против Эмбера крестовый поход, каких еще не знала история.
— Но Эрик тоже не станет сидеть сложа руки. Не знаю, Блейз… то, что ты предлагаешь, — самоубийство. Когда я с тобой разговаривал, то не подозревал об истинном положении вещей.
— У тебя имеются другие предложения? — спросил он. — Ведь ты пришел ко мне с пустыми руками. Правда, ходили слухи, что когда-то ты командовал большими силами. Где твое войско?
Я отвернулся.
— Его не существует. Я знаю.
— Разве ты не можешь найти отражение своего отражения?
— Я не хочу говорить на эту тему, — сказал я. — Прости.
— В таком случае какой от тебя прок?
— Я уйду, если ты считаешь, что моя задача заключается только в том, чтобы добыть тебе как можно больше пушечного мяса.
— Подожди! — вскричал он. — Я сказал, не подумав! Мне не обойтись без твоих советов. Пожалуйста, останься. Я даже извинюсь, если хочешь.
— Это необязательно, — ответил я, зная, что значит для принца Эмбера просить прощения. — Я останусь. Думаю, мне удастся тебе помочь.