Девятый день

Витаев Марк

— … А дальше я буду показывать.

* * *

Время шло к полудню, и солнце ласково грело. Родной и с каждым часом нахождения в городе всё более любимый лес маячил уже на горизонте — Валера чувствовал нарастающее спокойствие, которое покинуло его ещё в воскресенье днём.

На выезде из города пробок почти не было, поэтому уже через полчаса Сеня гнал по трассе с приличной, но разрешённой скоростью. Он с лёгкой улыбкой смотрел на дорогу и по зеркалам, периодически поднимал руку открытой ладонью в сторону

встречных машин и почти неслышно напевал себе что-то под нос, хотя магнитола в машине была. Валера привык молчать, поэтому тишина в салоне его устраивала.

— Я, конечно, лезу не в своё дело, но вы не поругались? — поинтересовался Сеня. — Как вообще проходит обучение? Алина может стать атомисткой?

— Атомщицей, — поправил Валера.

Сеня улыбнулся и кивнул.

— Согласен — лучше перенимать старые добрые традиции.

— Я обучил её двум сущностям, впереди еще семь.

— Ох, завидую вам! Я остановился на четырёх. Дарёна, думаю, готова начать в любой момент. Глебчонка пока уломать не удаётся. Он готов знать об атомистах и Эннее всю подноготную, а чтобы на практике опробовать — тут сложно. Сюша к нам присоединяться не хочет.

— Вы в игры играетесь, — ответила девушка.

— Я бы тебе обязательно показал сущности, если бы умел их получать! Валера, слушай, а ты можешь нам продемонстрировать искусство атомщиков, а? Пожалуйста!

Валера начал размышлять: его никогда о таком не просили; правда, до этого никто и не знал, что он умеет. Но появилась интересная мысль.

Валера провёл рукой перед лобовым стеклом, на ладони зашевелилось бледно-голубое марево. Затем он коснулся ручки коробки переключения передач. Та почти сразу стала прозрачной.

— Круто! — воскликнул Сеня, поглядывая то на дорогу, то на ручку. — Сюша, ты видела?! Магия реальна!

— Смотри на дорогу! — недовольно буркнула Ксения. — Но это впечатляет, да.

— Впечатляет?! Это чудеса! — Парень был в экстазе от представления.

— Валера, а ты всю машину можешь прозрачной сделать? — спросила девушка, но и тут вклинился Сеня:

— Сюша, блин, дело не в прозрачности — Валера с помощью сущности на времяпревратил ручку КПП в якобы-стеклянную…

— Думаю, могу, — ответил Валера. — Но потрачу очень много сил: нужно время, чтобы машина полностью покрылась стеклом, а потом ещё поддерживать надо… Да и нужно ли?

— Машина-невидимка… — мечтательно прошептал Сеня.

— Валера, а кто обучил тебя? — спросила Ксения.

— Отец. Давным-давно.

— А он как выучился?

— Этого я не знаю.

— А ты знаешь ещё таких же атомщиков, как ты?

— Ни разу не встречал.

— Понятно…

— А вы все как узнали о сущностях? — поинтересовался Валера.

— Это я рассказал, — ответил Сеня. — Я… скажем так, знаком с атомистами. Не атомщиками, прошу заметить. Они вообще люди закрытые. И это понятно: Эннея стремится сохранить знания о сущностях втайне от человечества. Но им всё равно нужно пополнение. Они периодически устраивают небольшие тесты, где ты пытаешься получить сущность

воздуха, но при этом, грубо говоря, не понимаешь, что делаешь. Я как-то напросился на один такой тест. У меня получилось. Они начали объяснять азы и активно предлагали «влиться в поток», то есть присоединиться к Эннее. С каждой новой полученной сущностью предложения были всё более агрессивными, пока мне не поставили вопрос ребром: либо я продолжаю обучение, но уже в качестве члена Эннеи, либо заканчиваю. Я выбрал второй вариант, потому что Эннея — тупиковая ветвь, бесполезная организация. Не хочу быть таким же бесполезным.

— То есть ты можешь заниматься сущностями, только если состоишь в Эннее?

— Да, и это относится ко всем. Полвека назад они установили чёткое правило: кто не с Эннеей, тот против неё. Конфликтов было много, порой даже с человеческими жертвами, зато со временем пришёл мир. Так что если хочешь практиковать сущности, но при этом быть независимым — милости просим в подполье, других вариантов нет.

— Так, может, это и правильно? — предположила Ксения. — Есть же вещи, которыми заниматься нелегально. Без лицензии, там.

— И чтобы всё контролировал один набор людей? Ну, уж нет. Пусть их проверит антимонопольная служба!

— Так, а ты сам откуда узнал о сущностях? — спросил Валера.

— Да не важно. — Сеня махнул рукой. — Это было давно и неправда, не хочу поднимать эту тему. Зато, когда стану атомистом, — нелегальным, конечно — уйду в леса и буду мир, там, спасать или что-то в таком роде. Вот это жизнь!

— Фантазёр, — сказала Ксения и фыркнула.

Сеня ещё какое-то время размышлял о том, что бы делал, став атомистом, но вдруг пролепетал: «Ой-ой», — и застыл, словно каменное изваяние, смотря только на дорогу и изредка поглядывая в зеркало заднего вида. Ксения обернулась и опустила голову. Валера увидел в боковом зеркале стремительно приближавшийся чёрный тонированный джип без номеров.

— Это они, что ли? — Ксению не было видно, поэтому казалось, что говорило свёрнутое покрывало, лежавшее за сиденьем.

— Ага, — подтвердил Сеня.

Джип быстро нагнал их, он ехал ровно посередине дороги. Когда машина перестраивалась, Валера заметил, что за ней было ещё два таких.

Джип приблизился почти вплотную и громко посигналил. Сеня взял правее, спидометр показывал девяносто километров в час. Прозвучал ещё один гудок, уже настойчивей. Парень включил поворотник, взял ещё правее и чуть сбавил скорость. Сеня вцепился в руль — его откровенно выпихивали в кювет.

Колонна взяла такую скорость, чтобы медленно, показательно проехать мимо Сени. Первая машина, вторая… Третья поравнялась с ним. Открылось окно. Спереди сидели два крепких бритоголовых мужика с сигаретами во рту. Один из них, пассажир, повернулся в сторону «пятёрки», осклабился, сделал показательный затяг и щелчком бросил окурок в сторону приоткрытого Сениного окна. Окурок ударился о стекло, разбросав пепел, и улетел. Джип прибавил газу и вместе с остальными умчался вперёд с запредельной скоростью. Сеня, наоборот, начал тормозить, пока не остановился.