Девятый день

Витаев Марк

Алина сразу взбодрилась, как только речь зашла о Дарье, на лице даже проступил румянец впервые с того момента, как она заплаканная сидела на дне засохшего пруда.

— Лишняя информация не помешает, — парировал Валера. — Ты копнёшь со своей стороны, что-то найдут Арсений и компания — так мы соберём максимально полную картину.

Алина стала внимательно рассматривать Валеру, кусая губы.

— Валера… а ты понимаешь, что Сеня с друзьями хотят, чтобы ты и их тоже обучил сущностям?

— Что? С чего ты взяла?

— Разговоры. Намёки.

— Сейчас у меня одна ученица — о других не думаю.

Алина

несколько раз хмыкнула, затем буркнула: «В общем, удачи», — и ушла в свою комнату.

Пока Валера пешком спускался на улицу, его стали занимать мысли о том, что в некоторые моменты он перестаёт понимать Алину и мотивы её поведения. В лесу было просто: из собеседников у тебя только книги да деревенские бабушки, которых можно слушать и ничего не отвечать. Девушка же внесла в его жизнь забытые вещи — эмоции. Радость, печаль, обида — всё это постигалось максимум через литературу и проходило, скорее, как сводки: тот-то поступил так-то в связи с тем-то. А вот с живыми людьми всё иначе: характер, воспитание, обстоятельства, опыт прошлого, окружение — это малая часть того, что формирует образ человека, с которым приходится взаимодействовать. Ох, никак к этому не привыкнуть… Вторая идея сформировалась из воспоминания о канувшей в Лету домашней библиотеке: отталкивающий образ загазованного и шумного города смешался с образом Культа, сборища вооружённых бойцов и беспринципных командиров, в один — образ Зла. «Дерри — это Оно!»

К подъезду подъехала белая «пятёрка». Окно водительской двери опустилось, и на Валеру, широко улыбаясь, воззрился Сеня:

— Здорово, Валера! Давай залезай, поговорим, хе!

Мужчина бросил взгляд наверх: в тёмных стёклах их с Алиной квартиры как будто отразилось её лицо. Или, может, показалось.

* * *

— Знаешь, мы, наверное, в первый раз так опростоволосились, — сказал Сеня после небольшой паузы. Они ехали по городу в потоке машин с открытыми настежь окнами. — С самого начала всё шло если не как по маслу, то хотя бы более-менее ровно. Мы знали что и где происходит, и оставалось только самим оказаться в нужное время в нужном месте. А тут… мы предположили — и ничего. Выбежали за клубком, а он вывел в чистое поле и размотался. Или наоборот, смотался…

— Но мы же сейчас едем…

— Да! — Сеня на миг отвлёкся от дороги и указал на Валеру обеими руками, мол, «в точку». Мужчина только-только хотел схватить руль, но Сеня взялся за баранку и стал говорить дальше, будто ничего не произошло. — Конечно, каждого из нас вчерашнее выбило немного из колеи. Глебка и Ксеньориту в меньшую очередь — им бы лишь в нормальную жизнь поиграться. Я… ну, взгрустнул маленько. А вот Дашистую накрыло больше всех взятых: она наверняка до сих пор корит себя за то, что не смогла подслушать самую нужную информацию… В общем, умотала вчера, не отчитавшись, а полтора часа назад звонит и чуть ли не требует, чтобы я машину готовил. После этого ещё пару раз на связь выходила.

— Она решила их выследить? — спросил Валера и слегка напрягся: тяга Дарьи к слежению походила на манию.

— Решила, — со вздохом ответил Сеня. — А уж если Дашистая что-то решит… Короче, сейчас она рядом со старым заброшенным аэропортом за городом. Мы направляемся туда. Кстати, я с ней поговорил по поводу слежки: она это делала из-за твоего рассказа, когда вы с Алиной ездили получать сущность земли —

она поняла, что вы там видели Клеща. Я, конечно, сказал, что это не повод устраивать такие «проверки», поэтому взял обещание больше так не делать, можешь быть спокоен.

За многоэтажками и заводами кончался город и начинался лес. Скоро и он стал редеть, уменьшившись до узкой полосы вдоль дороги. Сеня сбавил скорость, внимательно смотря по сторонам. Валера заметил за деревьями несколько небольших ангаров без каких-либо следов летающей техники, но они проскочили поворот со знаком «аэропорт». Наконец, Сеня ударил по тормозам. Из кустов со скоростью спринтера метнулась фигура в тёмно-зелёной форме с капюшоном и мгновенно запрыгнула в машину.

Стянув капюшон, Дарья грозно зыркнула на Валеру. Мужчина этого как будто не заметил, однако бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида. Вид у неё был неважный: тёмные круги под воспалёнными глазами, кожа бледнее обычного. Казалось, за прошедшую ночь она стала вампиром.

— Я уж хотела без тебя идти — долго ехал, — буркнула Дарья, обращаясь к другу.

— Я посчитал, что без Валеры тут не обойтись, — ответил Сеня с лёгким нажимом. Девушка скрипнула зубами и метнула пару молний в сторону Валеры:

— Втроём будет чересчур!

— Молодость — время экспериментов…

— Ты так все планы сорвёшь!

Сеня обернулся и стал монотонно говорить, словно объясняя ребёнку единственно верный план действий:

— Я не хочу оставлять машину — здесь это попросту негде сделать. Давай лучше вы пойдёте с Валерой, а я буду дежурить где-нибудь неподалёку, чтобы не маячить и не попадаться машинам Культа. Как только всё закончится (я готов ждать до ночи), ты мне набираешь, и мы уезжаем отсюда к чертям. Втроём. В целости и сохранности.

Дарья выслушала с каменным лицом и без единого слова вышла из машины. Валера хотел было спросить у Сени, что вообще произошло, но его перебил глухой стук по крыше.

— Долго там рассиживаться будешь?

Сеня ухмыльнулся, подмигнул Валере и включил первую передачу. Мужчина только-только хлопнул дверью, как машина уже умчалась вперёд. Тишина природы накрыла его с головой, а затем зашуршал капюшон Дарьи.

— Учти, — грозно заговорила она, — я в лепёшку расшибусь, но добуду любую информацию о том, что делает Культ. И не дай бэ ты будешь мешаться под ногами!..

* * *

Между аэропортом и дорогой располагалось поле, где были только небольшие кустарники, которые не составляло труда пересчитать. От одного к другому быстрыми перебежками перемещались два силуэта. Последний куст находился метрах в пятидесяти от ближайших ангаров, дальше лежало открытое пространство.

Дарья замерла и стала пристально смотреть по сторонам. Голова её поворачивалась так резко, что, казалось, вот-вот открутится, как крышка от бутылки.

— И ведь, гады, могут из-за любого угла в любой момент выскочить, — прошипела она. — Значит так: видишь у левого ангара лестницу? Тикаем до неё и молимся богам металла и прочего хард-рока, что она не обломится…

Большая часть ангаров располагалась вдалеке, кроме двух, куда направлялась девушка. У обоих к задним стенам крепились вертикальные эвакуационные лестницы. Лестница правого ангара была обломана на половине, а у левого шла от огромного наполовину побитого витража на десятиметровой высоте и немного не доходила до земли.