Девятый день
Шрифт:
— Я понял, — только и смог выдавить из себя Валера.
— Сеня хотел сказать, что мы просто перекусим и насладимся выходным, — вставила Ксения уставшим голосом.
Глеб тоже кивнул, пробормотал что-то про свою комнату и подорвался было со стола, но в последний момент со словами: «Там же Дашка…» — плюхнулся обратно на диван.
— Иногда мне кажется, что мы с Сеней женаты, а Глеб и Даша — наши дети, — грустно сказала Ксения в сторону стола.
— Пусть и не родные — но мы их любим! — ответил «муж», а затем обратился к другу. — Глебок, ты знал, что мы — не твои биологические
Тот непонимающе посмотрел сначала на Сеню, а затем на Ксению и захлопал глазами. Девушка, качая головой, ушла обратно, а Сеня засмеялся. В этот момент Валера понял, что надо уходить, о чём и сообщил.
— Да, конечно! — Арсений вытер слёзы и сказал погромче. — Дорогая, я провожу Валеру и вернусь! Детей не шлёпай! А если соберёшься шлёпать Дашистую — дождись меня, хорошо?
Ответом стал плеск воды от включенного на полную мощность крана.
* * *
Когда они были уже в машине, Сеня сказал:
— Валера, передай, пожалуйста, Алине, что и её мы тоже завтра ждём. Я — точно.
— А остальные?
— Ну, и остальные. Мы просто разбавим сущности другими темами.
— Я передам.
Они подъехали к дому Валеры, в балконном окне будто бы мелькнуло лицо.
— Завтра с часу дня! — напомнил Сеня с доброй улыбкой и пожал Валере руку на прощание.
В квартире было темно, дверь в спальню закрыта. Стараясь не издавать лишних звуков, Валера прошёл на кухню. Сел за стол. Солнце скрылось за горизонтом, наступали сумерки, но свет включать не хотелось.
Тихонько скрипнула дверь. После еле слышного «цок-цок» из-за угла на полголовы выглянула Алина. Мгновение она казалась любопытным зверьком, увидевшим человека. Наконец, девушка придала себе самоуверенный вид, сжала губы и вальяжно прошествовала на кухню, попутно включив свет. На лице у Валеры не дрогнул ни один мускул.
— И как… всё прошло? Что-то стало ясно?
— Что-то — стало.
Алина медленно села на табуретку напротив мужчины и стала отстукивать пальцами по столу какой-то непонятный ритм. Её хватило ненадолго: вальяжность сразу испарилась, глаза опустились, а голос стал еле внятным.
— Валера, не томи, что вы там видели?
Валера рассказал ей всё, как до этого рассказывал молодёжи. На моменте, когда встретились двое учёных, девушка в ужасе закрыла лицо рукой и так и сидела до конца повествования.
— Это… это просто ужас, — выдавила из себя она, когда Валера закончил.
— Твой информатор знает об аэропорте?
— Он не говорил, но я обязательно спрошу. Вдруг он был в одном из тех джипов?..
— Спроси. Сеня пригласил на завтра на обед.
Алина несколько секунд обрабатывала информацию, смена темы явно застала её врасплох.
— Только тебя?
— Нет.
— Он просто сказал, что ты можешь прийти не один, или конкретно назвал меня?..
Валера скривился от необходимости уточнения. Как будто у всего был двойной смысл!
— Он назвал конкретно тебя. «Алина». Ты ведь Алина? Фамилию он не называл, но общих «Алин» у нас — ровно один человек.
Девушка потупила взгляд и что-то
— А мне ты сможешь завтра помочь?
— С чем?
— Ну… у нас не очень получилось сообщить родственникам Антона, что он умер, но я подумала — вдруг с Федей и Севой выйдет попроще. Правда, есть проблема — я давно с ними знакома, но знаю только их ФИО. Глупо, да? Вот. Вдруг удастся раскопать какие-то ниточки…
— Помогу, чем смогу, — неопределённо ответил Валера. Он не собирался отказываться, но какой тут от него прок?.. Это словно искать иголку в стоге сена, вот только ни сена, ни иголки давно нет…
Пока они ужинали, девушка проговаривала вслух какие-то идеи, но Валера слушал вполуха. Весь вечер обстановка была спокойной, ни обучение, ни ангар не вспоминались. Однако под конец рассуждений Алина немножко погрустнела, придя к выводу, что, мягко говоря, не совсем понятно, с какого конца браться за проблему.
Некоторое время спустя она пожелала Валере спокойной ночи и закрылась в спальне. Мужчина, достав энциклопедию (спортивные мероприятия в СССР в 1971 году), расположился на диване, но буквы плясали перед глазами и категорически отказывались складывать в слова. Снова и снова Валера переживал произошедшее в ангаре. В воображении он находился рядом с бойцами, оглушительный выстрел звучал запредельно громко, до носа даже донёсся запах сгоревшего пороха. Валера поднимал голову и видел скрипящего зубами от гнева самого себя у дальнего витража. Мимо задорно проносились ручейки огня. Нижняя половина ангара утопала в пламени, а верхняя в дыму.
Валера отложил книгу в сторону и лёг спать, но ещё где-то час перед глазами проносились лица учёных, которые стали беззубыми пешками в странных играх своих хозяев.
* * *
— Ты знал, что сегодня суббота? — спросила Алина за завтраком.
— Нет, — ответил Валера.
— А ты вообще следишь за днями недели? У тебя они делятся на рабочие и выходные?
Мужчина пожал плечами.
— Особо не слежу, просто замечаю, что в выходные больше людей гуляют по лесу. А так один день идёт за другим — никакого значения не имеет, среда сегодня или пятница.
— А месяц? Год? Или для тебя зима наступает, когда снег пошёл? — с ухмылкой спрашивала Алина.
— У меня есть где-то календарь. Маленький такой, с лунным гороскопом или садово-огородный, не помню уже. Где листочки надо отрывать.
— Старушечий какой-то…
— Бабушки мне такие и дарят.
Девушка прыснула. Валера не понял, что тут смешного, поэтому только хмыкнул. Вообще Алина показалась ему в это утро более расслабленной, чем обычно. Она вызвалась готовить завтрак, минуту проторчала в ступоре после того как оценила количество и качество продуктов, затем прошерстила полкухни в поисках захудалой тёрки, которая, судя по виду, старше Валеры… Через какое-то время на сковородке вовсю жарились гренки, над которыми Алина натирала невесть откуда взявшийся сыр. Валера категорически не помнил, чтобы покупал этот странно пахнущий кусок, который только внешне напоминал молочный продукт.