Девятый
Шрифт:
Ничего себе дела – если я правильно понимаю, жители в той Напе сами сожгли своих детей?! Или с восприятием языка у меня большие проблемы, или здешние порядки очень уж оригинальны… причем нехорошо оригинальны.
– Плохо, Цезер, очень плохо. А остальные?
– С остальными как всегда – остались только тела стариков и старух. Некоторые умирали очень плохой смертью – обращенные и демы не торопились. Скота тоже не осталось – только лошадей бросили.
– Все как обычно… Эх… Велик ли бурдюк?
– След широк, но неглубок, и хотят, чтобы мы думали, что он гораздо больше. По частоколу
– Понятно: напугать хотят… Что с вашим пленником?
– Ничего с ним – нашли его в Матере. Он гонялся там за курицей и не заметил, как мы подъехали. У него есть попугай стража, и он сам подтвердил, что страж. Только он еще и немой – ни слова не сказал.
– Как же он тогда вам поведал, что страж?
– Сэр Флорис, он кивнул, когда его об этом спросили.
– Ну-ка…
«Феодал» спустился с крыльца, приблизился, осмотрел меня с ног до головы, недоверчиво хмыкнул:
– Одежда у него не из дорогих, да и потрепана изрядно. И молод совсем – не слыхал, чтобы среди стражей тощие юнцы встречались. Что скажешь, Арисат? – спросил он, обернувшись к рыжебородому.
– Сэр Флорис, он к тому же еще и бос, – ответил тот от крыльца.
– Цезер, почему ты решил, что он страж?
– Сер Флорис, он сам это подтвердил.
– Цезер, ты болван! Он подтвердил, когда ты прямо об этом его спросил – сам же ни слова тебе не говорил! С чего ты вообще взял, что он страж?!
– У него есть попугай стража. И еще мы его ни разу не видели – он чужой здесь. Не с нами пришел: лицо у него приметное, ясное, мы бы такого запомнили. А кто на здешнем побережье, кроме стража, по своей воле появиться может сейчас?
– Ты и впрямь болван: зеленого попугая может завести кто угодно. Не обязательно страж. Главное, чтобы духу на такую дерзость хватило, – не у многих хватает. А что чужой… Неужто сам не знаешь, чего здесь можно ожидать от чужих? Думаешь, раз лицо ясное и при свете бродит, так свой? Позабыл про демов, или перерожденных? Или того хуже? Что с лица спал? Ладно, Цезер, я тебя не виню, но больше так не ошибайся.
– Не повторится! Сэр Флорис, так получается, он не страж?
– Сейчас проверим.
Я похолодел, начиная готовиться к неизбежному знакомству с веревкой, а сэр Флорис, повернувшись, требовательно произнес:
– Quisnam es vos?1 # # 1 Кто ты? (лат.)
Мама! Это же, похоже, самый что ни на есть латинский! Земной латинский! Пусть произнесено не классически, с искажениями и безграмотно, но я вполне его понял! С трудом вспоминая давно забытую латынь (если откровенно, не очень-то в «ин-язе» ее учили), не нашел ничего лучшего, как ответить совершенно по-идиотски:
– Homo sapiens2. # # 1 Человек разумный (лат.). Видовое название человека.
Флорис, уважительно кивнув как равный равному, уже на обычном местном с достоинством произнес:
– Приветствую вас, сэр страж, простите за не слишком вежливую встречу. У нас, в славном городе Талле, тяжелое положение, вот и напрягаемся по любому поводу.
В свою очередь, с максимально невозмутимым видом кивнув, как можно спокойнее ответил:
– И вас приветствую, сэр Флорис. Извинения
– А чего ж ты раньше молчал? – обиженно вскинулся Цезер, тут же поспешно поправившись: – Ой, простите, сэр страж! Это я от неожиданности!
Я не обращал на него внимания. И вообще – немного выпал из реальности. Я только что разговаривал на местном языке!!! Не на латинском – именно на том, на котором говорят эти солдаты, их феодал, и даже зеленый попугай со скверным характером! Абсолютно все могли говорить, кроме меня, – я лишь слушал. Ответив Флорису словом из земного мертвого языка, будто плотину в своем сознании разрушил – внезапно чужие слова пошли легко, как будто я с детства на этом наречии общался. Возможно, какие-то неточности и есть, но общение уже возможно в двустороннем порядке – меня прекрасно поняли. Кстати, а откуда здесь латынь известна?!
Глава 6 Ужасы на сон грядущий
Я парился в бане. Боже, какое это блаженство! И пусть она топилась по-черному, пусть вместо мыла использовался какой-то подозрительный слизкий порошок в смеси с песком, а вместо мочалки откровенно садистское деревянное приспособление и пучки пакли, – это все же истинная благодать. После четырех дней бродяжничества по чужому миру ничего лучше не пожелаешь.
Одна-единственная фраза на латыни решила все вопросы – я получил статус стража (похоже, почетный) и право на гостеприимство по полной программе. Флорис тут же заявил, что сегодня мы будем ужинать за одним столом (судя по реакции толпы, даже чаепитие с английской королевой рядом не стоит с подобной честью), а пока что я могу посетить баню, и мне подберут одежду и обувь.
В бане я был не один. Нет – веселыми девочками, увы, не снабдили: вместо них выделили мрачного горбуна с таким знатным носярой, что в профиль он напоминал Зеленого. Мужик возился с печкой, плескал квас на камни и от души обхаживал меня дубовым веником – то, что надо.
В покое меня даже здесь не оставляли: сперва пришел какой-то суетливый мужик, попросил осмотреть ступню, чтобы решить вопрос с обувью. Едва с ним разобрался, заглянула женщина лет сорока на вид (хотя с местными уверен быть не могу). Ничуть не стесняясь, сняла с меня мерку – уже для одежды.
Попытки разговорить горбуна к успеху не привели – он отвечал односложно, и выдавить из него лишнее слово было затруднительно. Так что с точки зрения пополнения информационного багажа время в бане потратил зря.
Вышел оттуда почти человеком. Меня снабдили одеждой: явно ношенными, но крепкими шерстяными штанами, льняной рубахой (вроде совсем новая) и чуток потасканной кожаной курткой с деревянными пуговицами, которую не стал застегивать по причине теплой погоды. Белье, похоже, здесь не в почете или вовсе неизвестно… Про обувь тоже не забыли: на ногах у меня красовалось непонятно что – два треугольных куска кожи, подвязанных к щиколоткам хитрым способом. Очень напоминало те простейшие изделия, которые Здравствуйте учил выкраивать из звериных шкур. В общем, относятся ко мне хорошо, но с сапогами пожадничали. Хотя не исключено, что здесь это редкая роскошь, которую делают долго и только по предварительному заказу.