Диана Спенсер
Шрифт:
Безусловно, старшую сестру старались пристроить первой. Сначала ей прочили в мужья Джеральда Гросвенора герцога Вестминстерского. Их отношения были бурными, но закончились к 1977 году — как раз к тому моменту, когда Сара познакомилась с принцем Чарльзом, который, по словам некоторых общих знакомых, никогда и не испытывал к старшей сестре Дианы особенных чувств, пытаясь лишь утешить ее после разрыва отношений с Джеральдом: ведь Сара после этого впала в депрессию и перестала есть, ее вес резко снизился.
Джеральд был завидным женихом. А уж если принять во внимание его последующий финансовый взлет, то даже весьма
Судьба постоянно словно бы насмехалась над старшей сестрой Дианы. Прекрасная ученица, она тем не менее была исключена из Уэст-Хита за пьянки. Красавица, блестящая дебютантка оказалась брошенной девушкой Гросвенора, а позже ее оставил и принц Чарльз. Жена Джеральда, ко всему прочему, станет хорошей подругой Диане, будет крестной ее сына Уильяма. После смерти Дианы принц Чарльз пригласит Джеральда наставником к Уильяму. «Они говорили обо всем, что могло быть полезно для мировоззрения наследника престола, — от истории до проблем сельской Англии. И даже о самом сокровенном — погибшей матери Уильяма и его брата…»
Четвертой переменой, напрямую не связанной со смертью деда и переездом в Олторп, стало появление в жизни семейства Спенсер подруги Джонни, будущей мачехи его детей. Она только начинала с ними знакомиться и выстраивать отношения. Отдельный рассказ о Рейн Легги, графине Дартмутской, пойдет в следующей главе.
Пока же отметим: ситуация накалялась, дом деда никак не мог заменить Диане Парк-хаус. Однако и здесь в историю вкрадывается противоречие: по воспоминаниям друзей и слуг, первое время Диана с братом чувствовали себя вполне счастливыми. Слуги говорят о Диане, как о простой, домашней, веселой девочке, любившей проводить время на кухне (что повелось еще с Парк-хауса). Она была не прочь сама приготовить пудинг и угостить им потом всех своих близких, включая прислугу.
Когда Диану будут впоследствии называть Золушкой, то, конечно, не забудут упомянуть ее умение вести домашнее хозяйство. Диана не только иногда готовила, но и стирала, гладила одежду свою и брата. Интересно, что «увлечение» глажкой сохранится у нее до самых последних дней жизни. В Лондоне незадолго до свадьбы с Чарльзом она будет гладить рубашки своим друзьям мужского пола и даже после свадьбы не изменит этой привычке. Однажды она постирала и погладила для Рори Скотта целую стопку рубашек и принесла их «прямо к Сент-Джеймсскому дворцу, где Рори нес караул: тогда ей уже приходилось соблюдать конспирацию, чтобы избежать назойливых репортеров». А в год своей гибели Диана гладила одежду подруг
Психологи часто говорят, что физические упражнения помогают человеку отвлечься, а организму вырабатывать эндорфины — гормоны радости и счастья. Диана никогда не отличалась усидчивостью и склонностью проводить время за учебниками. А вот спорт, танцы и, как видим, активная работа по дому пришлись ей по душе. Скорее всего, на подсознательном уровне она чувствовала положительный эффект от подобных занятий, к которым всегда прибавлялась забота о больных и обездоленных. Собственные обиды, страхи и депрессии уходили на задний план, когда Диана видела страдания других людей.
В Олторпе она имела куда больше пространства для своих увлечений, чем в Парк-хаусе: сам дом был куда больше, а уж пространство вокруг него и вовсе не шло ни в какое сравнение. Диана танцевала в огромных залах замка, каталась на перилах лестниц, играла в крикет, ездила на лошадях, устраивала пикники. Мачеха вносила коррективы в жизнь обитателей Олторпа, за что ее и невзлюбили дети. Диана не даст и этому чувству ненависти угаснуть с годами. В ее сердце, открытом, готовом помочь чужим мучающимся людям, не было места для понимания близких.
Среди тех, с кем сошлась Диана в Олторпе, были камердинер и его жена. С ними она любила провести время, приезжая в замок из школы на выходные или каникулы. Жена камердинера считала Диану совершенно лишенной высокомерия, застенчивой, «чудесной девушкой» и добавляла: «Ее любили все». Думается, Диана могла наладить отношения и внутри семьи, но она была упряма и не умела прощать. Даже королева-мать позже отмечала это качество: «Знаете, с женщинами из рода Спенсеров так нелегко!» А родственница Дианы продолжила мысль королевы: «Они никогда и ничего не прощали. Это была их фамильная особенность. Мне кажется, Диана не умела дружить и поддерживать личные отношения именно в силу этой особенности».
С учебой в ту пору дела как шли плохо, так и продолжали идти: Диана заваливала экзамен за экзаменом. Ее собственные воспоминания, по обыкновению, немного разнятся от воспоминаний других людей. Например, директриса школы Уэст-Хит не припоминает, чтобы Диана к ней приходила заплаканной и расстроенной по поводу отставания в учебе. «Не помню, чтобы мне приходилось ее успокаивать и приносить ей таблетки перед экзаменами, хотя с другими девочками такое случалось. Я не замечала, чтобы ее охватывала паника на экзаменах». Сама Диана все валит в одну кучу — и зависть к брату-отличнику, и собственную тупость, и даже полноту.
Друзья вторят директрисе: они не думали, что Диана глупа. Причинами неудач они считали что угодно, но не отсутствие ума: банальную лень, неумение концентрироваться на нелюбимых занятиях, нежелание даже приниматься за дело (в то время как, например, танцами она могла заниматься часами, и несмотря на не самые выдающиеся данные, в этом Диана достигла весьма впечатляющих успехов). Есть и те, кто вспоминает о полученной в результате развода родителей психологической травме: «Ей хватало сообразительности, но не хватало уверенности. В состоянии эмоциональной травмы трудно сосредоточиться на обучении, поэтому она и не достигла больших успехов в школе. Ее сознание просто блокировало способность концентрироваться, впитывать и обрабатывать информацию».