Дикарь Толян
Шрифт:
— Через месяц будет готово, можешь приезжать.
А на чём приезжать не сказал, мол, сами умные и сообразите каким транспортом воспользуетесь. И как я это сделаю, находясь на шаманской должности? Вот постоянно так ляпаю в обыденной жизни. Другое дело война — там всё сначала продумываю (ещё до боя), планирую и тщательно выверяю. Никаких сюрпризов и инициатив — всё строго по расписанию составленному заранее.
Оружейные лавки посетили назавтра в будний день, когда цены пониже. Обходили их, расспрашивали, выясняли… Заказ на пулелейку я разместил побыстрее, чтобы успели изготовить к моему отъезду, а заодно отлить побольше
Порох купили в другой лавке, где он мне более понравился своей дороговизной…тьфу…качеством.
— Наставник, не бухти, тебе тоже бронедоспех нужен. Металлический дорого, и тяжело будет таскать, поэтому закажем панцирь из твёрдой седельной кожи.
— Так из арбалета могут пробить.
— Ничего, металлических плашек поручим набить, авось обойдётся. Привыкай тяжести на себе таскать, в будущем очень даже пригодится. Мой гораздо тяжелее, а я в нём, как кузнечик прыгаю.
— Но ты же дикарь, а я цивилизованный человек, — с гордостью возразил мой пастырь.
Его довод не прошёл и пришлось моему компаньону себе эту фигню заказывать. Тем более, что больше всего в боях погибают от кровопотери, а не от попаданий в жизненные органы, что я ему и вжевал. Авторитет «победителя урумцев» сработал. Всё-таки один воин навалял тех поболе, чем целая ватага, да ещё и без собственных ранений.
Пока суть да дело, мы ещё и классной повозкой разжились с двумя толковыми лошадками. Я с ними сразу подружился, заговорив по-людски, без выпендрёжа. И морковками угостил, чтобы изобразить дружественного хозяина. Люблю я животный мир, именуемый фауной. Они лучше человеков, да и о разной фигне не треплются постоянно. Главное, не отбирать у них овёс для своей утренней каши, чтобы выделываться по-английски.
Пули я сразу опробовал, когда пулелейку изготовили. Ох и классные получились, как хотел! Пастух даже офигел, оценив результаты стрельбы, а если бы капсюли были… Увы, брандтрубки ещё не изобретены, хотя один оружейник идею понял и подрядился со знакомым алхимиком такое попробовать реализовать. Вроде гремучую смесь где-то уже научились делать. Или может лишь слухи бродят.
— Вот только непонятно, Толиан, зачем оно нужно. Это же огромный расход боеприпасов, казна никогда не закажет такое оружие.
— Меня, мастер, интересует лишь для личного пользования. Поэтому за тратами и не стою.
— Мы попробуем, может и получится, тогда новый замок сделаем. И камору разработаем под казнозарядное ружьё.
Так и закончилась наша командировка-турпоездка в столицу соседнего герцогства. На всякое разное мы и меха потратили и большую часть денег, вырученных за «напиток юбилейный». Можно сказать, что нищими возвращаемся, зато всякие обновки имеем, да ещё и на двух повозках. Удалось даже три дюжины добротных болтов заказать под мой арбалет. Конечно, у них качество гораздо ниже, чем Первого Периода, но вполне нормальные.
Вот только на обратном пути незадача приключилась. На третий день со стороны соседского баронства появилось семеро всадников. В бинокль удалось разглядеть, что они вооружены.
— Это те разбойники, о которых я тебе говорил недавно.
— Убивать можно?
— Да, дикарь!
— Останавливай, — это я вознице, — Ремун, к бою!
Я соскочил со штуцером и успел сделать четыре выстрела за полторы минуты. Это задохликам приходится забивать свои пули молотком, а я их заталкиваю, что гораздо быстрее. Да и форма, и размер специфические, что также облегчает перезарядку, тем более, что к первому выстрелу всё было готово заблаговременно. Удалось отстранить от боя лишь двоих, но и то хлеб. Пастух послал пять стрел из лука и лишь в одного попал, что тоже хлеб в нашем положении. Четвёртого пришиб нанятый нами возница. Он зарядил свой арбалет и просто дождался, когда враги доберутся поближе. Застрелил одного из них метров с двадцати, когда тот начал притормаживать.
Это в открытом поле конные гоняют безлошадных, а на повозки не особо лошадиной грудью попрёшь. Остальное прошло по расписанию. Пока братаны махались своими железяками с нехорошими парнями, я перерезал своему каротид на шее остриём пики. Можно даже посчитать: у мну рост метр восемьдесят пять, плюс длинные руки, плюс два метра сама пика. Ну и кто в поле заглавный суслик-бригадир? После чего полез в торбу на боку, где лежат полуфунтовые свинцовые шары, заказанные в Гартиге. Длинная рука — это рычаг, причём неплохой. Заехал по балде сопернику наставника, чтобы партнёру легче стало. Потом ещё одну «бомбу» потратил на того, который нашего бесценного помощника пытался зарезать. Что ни говорите, но чистая победа по очкам получилась.
— Ну, Толиан, ты настоящий вожак, — восхитился возница Лерганд, — возьми к себе на службу, всё-таки насколько удобно, когда задача заранее поставлена и все действия разъяснены.
— А если бы их десять было? — вразумил возницу Ремун.
— Тогда бы я вперёд поехал, ты за мной, а вожак отстреливался от преследователей. Всё равно сократилось бы количество.
Вот она — вера в лидера, которая окрыляет рядовых и помогает им поверить в свои силы.
— Братцы, давайте собирать трофеи и дальше поедем.
Пришлось прервать обсуждения и рвать когти, пока при памяти, иначе другие понаедут тут. Может быть.
— Ну что, дружище, видишь, как хорошо, что мы бронированы. Твой шлем спас тебе жизнь, а ты его одевать не хотел.
— Да, благодарю, — отозвался наставник, — вроде ожидали нападения, а оно всё равно внезапным оказалось.
Мы собрали трофеи, а тела бандюков просто бросили там, где они лежали. Заодно собрали уцелевших лошадей, потом или продадим их или на что-нибудь обменяем. А то в кошелях совсем мало денег оказалось. Видимо не самые лучшие времена для разбойников, если разбились на небольшие группы для охоты на людей и их добро.
— Толиан, нам лучше уехать к горам и вдоль них к себе возвращаться.
— Согласен, пусть подольше путь будет, а то совсем не хочется к старосте в работники идти.
Мы понимали, что «соседи» захотят отомстить рано или поздно, но я фаталист по жизни, а Ремун надеется на «наших» защитников. В таком настроении добрались через два дня до нашего стойбища.
— Наконец-то вернулись, — как-то странно прозвучало приветствие, как будто ядерная война началась.
— А что случилось?