Дикки

Тымшан Людмила

— Тут ты прав, — согласился Люциус, — Дженни, может, не слишком умна, но к мальчику искренне привязана. Тролль знает этого Дамблдора, что он там мог запланировать для ребенка. Я как и ты мало что знаю о травниках, но ни разу не слышал, чтобы они дурно обходились с детьми.

— Я знаю, что у них детей часто отбирали, — ответил на это Снейп.

— Какой ужас! — пробормотала Нарцисса. — Разве такое возможно?

— Возможно, — ответил Северус, — раньше ведь и у магглов могли забрать одаренного ребенка. А у травников часто рождаются

очень сильные волшебники. Вот только многие из них умирали, если их отбирали у родителей. Особенно, если забирали в Хогвартс. Другой подход к познанию магии, тоска по родителям. У меня был допуск в Запретную Секцию, там я случайно нашел отчеты. Кошмарное чтение.

— Но это значит, что Гарри Поттер не в безопасности? — предположил Люциус.

— В любом случае у нас есть время, — ответил Северус, — по крайней мере — пара лет.

Нарцисса покачала головой.

— Я соберу вещи для мальчика. Одежду, игрушки.

— Нужно действовать осторожно, — сказал на это Северус, — а то еще решат, что мы ищем подход к мальчику.

— Ты совершенно прав, — согласился Люциус, — но держи нас, пожалуйста, в курсе.

— Разумеется.

— И ты всегда сможешь рассчитывать на нашу помощь и поддержку.

*

Дикки поменял местами две палочки, а потом добавил к ним кусочек кожи. Конструкция замерцала серебром.

Счастливая Дженни сложила руки на груди. Ее малыш делал просто невероятные успехи.

Что-то сдвинулось во всем мире в этот момент. Закричали птицы в Запретном лесу, забился поглубже в свою нору акромантул Арагог. Заплескался кальмар в Черном озере. Уставились на небо кентавры. Странную тоску ощутил великий светлый волшебник Альбус Дамблдор. А в далеком Азкабане встрепенулся и завыл человек в образе пса.

*

Когда тяжело нагруженный продуктами Снейп, проклинающий идеологию травников, которая не признавала использования магии в быту, прибыл на следующий день к жилищу Дженни, то застал там странную сцену. Старуха и оборванный тощий тип под внимательными взглядами мальчика и кота сосредоточенно рыли большую яму посреди пляжа. Выглядело это, как будто они собирались кого-то или что-то тут закапывать. Северус даже бросил по сторонам заинтересованный взгляд, но ни трупа, ни сундука с самым ценным поблизости не наблюдалось.

— Добрый день, — вежливо поздоровался Северус, сгружая на песок мешок с мукой и ставя рядом большую корзину со всевозможной бакалеей.

— Добрый, — ответила старуха, не отвлекаясь от своего занятия.

Тощий тип бросил на пришельца заинтересованный взгляд, но промолчал. Снейп немного помялся.

— Вам помочь? — спросил он. — А что вы, собственно, ищите?

— Дикки показал, — ответила Дженни, — стал тут ручками своими копать. И Смайли тоже. Вот я Пью позвала и…

Снейп задумался. Он знал, что дети обожают копаться в песке, но впервые в жизни видел подобную реакцию взрослых.

Под лопатой тощего что-то звякнуло.

— Осторожно! — прикрикнула Дженни.

Лопаты полетели в сторону, и колдун с ведьмой принялись разрывать песок руками. Снейп немного постоял и присоединился. Там явно что-то было. Постепенно они откопали … огромный котел. Оттащили его к воде и тщательно смыли грязь.

— Бронза, — определил Снейп.

Дженни водила пальцами по странным знакам и символам.

— Чего там? — спросил Пью.

— Великая Керидвен! — благоговейно пробормотала старуха.

Дикки счастливо засмеялся.

Спустя некоторое время взрослые колдуны сидели вокруг котла на песке и пили эль. У Северуса с собой обнаружилась и фляга с огневиски.

— Вы уверены? — спросил он. — Этого же просто не может быть!

Пью тяжело вздохнул.

— Так знаки же, — ответила Дженни. — Ее котел, Ее.

— А почему он тогда здесь? — спросил Снейп. — Странно же! Неужели Великая не забрала бы с собой?

— Могла и оставить, — сказала Дженни, — они уходили на Авалон и дальше, на острова Блаженных.

Снейп осторожно прикоснулся к краю котла. В голове не укладывалось, что эта бронзовая посудина могла принадлежать самой Керидвен. Но чему тут удивляться? Он уже видел «переваренного» Гарри Поттера.

— Вы б припрятали котел, — сказал он, — и яму надо зарыть. Может… — но продолжать он не стал. Травники не признавали колдовство с помощью палочек. Придется закапывать вручную.

Дженни поволокла в свою пещеру съестные припасы, а Снейп и Пью взялись за лопаты. Следы надо было убирать.

— А с котлом что? — спросил Снейп, когда яма была закопана.

— Отведу глаза, — махнула рукой Дженни.

На какой-то момент у Снейпа мелькнула мысль, что можно было и от ямы глаза отвести, но потом он вспомнил, что туда мог свалиться кто угодно, включая ребенка.

— А сколько там всего сварить можно, — пробормотал умотавшийся Пью.

— А рецептов не сохранилось? — робко спросил вспомнивший некоторые легенды Снейп.

— Кое-что помню, — ответила Дженни, — рассказывали старики, а я запомнила. Это в обычном котле можно лишь ребенка переварить, а в этом и взрослого. И от болезней вылечить.

— Еще скажи, что и омолодиться можно, — ухмыльнулся Пью.

— Это нет, — вздохнула Дженни, — а вот старую болячку или проклятье какое — да. Или если на человеке чего лишнего понавешано, вон, как на Дикки было.

— А что было у мальчика? — забеспокоился Снейп.

— Цеплялось к нему что-то, — ответила Дженни, — очень уж плохой шрам был на лбу. И всяких чар хватало. Для слежки, а может и еще для чего. У тебя, вон, тоже вижу гадость на руке.

Снейп потер левую руку и непроизвольно заглянул в котел. При известной сноровке он вполне мог там поместиться. Но, честно говоря, не хотелось. Мало ли что в сказках рассказывают. Хотя, если это могло избавить от метки…