Дикое поле
Шрифт:
— Но мы не закончили наш разговор, — напомнил гонец.
— Моя жена согласна на все, лишь бы Рифат был жив, — остановился напротив него мурза.
— А ты?
— Я тоже хочу, чтобы он был жив и счастлив, но потребую выполнения обещаний. И проверю, как они выполнены! Якши?
— Хорошо, — по-русски ответил Макар.
— Заметь, я не спрашиваю твоего имени, — усмехнулся Иляс. — Сейчас не стоит терять времени — они могут добраться и сюда. Мне удалось узнать, что в Азове действительно есть человек Азиса. По ночам он выбирается из города в степь, где его постоянно ждет татарская застава. Получают от него вести и передают дальше. Так узнали и о твоем прибытии. Как зовут
— Спасибо. Найдем.
— Не надо благодарить, — поморщился мурза. — Если бы речь шла только обо мне, я никогда бы не согласился на такое. Поторопись, у тебя мало времени.
— Куда мне скакать?
— Ахмет проводит. Возьми. — Алтын-карга протянул гонцу его кинжал и лоскут шелка с витиеватыми арабскими строками. — Это письмо Рифату.
— Постараюсь передать, — заверил Макар.
— Я буду ждать вестей. — Иляс достал из-за пазухи небольшую костяную коробочку и вынул из нее жемчужину-парагон, похожую на маленькую птичку со сложенными крыльями. — Пусть ваш человек в следующий раз вооружится твоим кинжалом и привезет с собой эту жемчужину. Тогда я поверю, что все в порядке и он именно тот, за кого себя выдает. Доброго пути!
— Но как я выберусь из Крыма?
— Ахмет все сделает для этого, — заверил мурза. — Мне тоже не нужно, чтобы ты оказался в башне у Азиса. Прощай, гонец!
Алтын-карга повернулся на каблуках и выбежал из комнаты. Через минуту он уже вскочил в седло и умчался. Следом поскакали нукеры. Еще не успел смолкнуть стук копыт, как в комнату вошел Ахмет — принес кувшин с теплой водой, таз для умывания и узел с одеждой. Видимо, хозяин предупредил его, что гость преобразится, поэтому нукер не выразил удивления, увидев помолодевшее лицо Макара.
— Переодевайся. — Ахмет развязал узел и вывалил из него татарский костюм и сапоги. Вещи были не новые, но хорошие.
— Это куда? — Яровитов скинул на пол рубище нищего.
— Сожжем, — лаконично пояснил нукер.
Гонец переоделся и стал похож на татарского купца средней руки: зеленый халат, атласная рубаха, черные шаровары и сапоги. Ахмет сделал ему знак следовать за собой и повел во двор. Там уже ждали оседланные кони.
Вскоре горный приют Алтын-карги остался далеко позади: на этот раз нукер не выбирал узких тропинок, а направил коня по широкой дороге, спускавшейся в долину. На первом же перекрестке он уверенно свернул к перевалу и, обернувшись к Макару, объяснил:
— Пойдешь с караваном до моря, а там сядешь на корабль. Другого пути нет. — Больше за все время он не проронил ни слова.
Примерно через два часа они подъехали к какому-то селению. Ахмет остановился перед воротами богатого дома и постучал в них рукоятью плети. Из калитки вышел седобородый плотный татарин, молча оглядел гостей и впустил их во двор.
— Тебе с ним до Кафы, — не слезая с седла, показал на хозяина Ахмет и, не простившись, ускакал.
— Пошли. — Седобородый повел Макара в дом.
Проходя мимо навеса, под которым были сложены обшитые грубой кожей и перевязанные смолеными веревками тюки, он показал на них:
— Здесь твой товар. Он помечен кружком с точкой в середине. В тюках ткани.
В узкой темноватой комнате он усадил гостя на подушки, лежавшие на ковре, и поставил перед ним поднос с кувшином молока, лепешками и маленькой пиалой с медом.
— Ешь. Караван выходит завтра утром. Тебя зовут Мустафа, ты родом из Ак-Мечети, сын муллы Ибрагима. На всякий случай держись ближе ко мне. Я — караван-баши Сардар, знакомый твоего отца. Вот деньги. — Хозяин положил рядом с подносом шелковый кошелек, туго
— Что-то сомнительно. — Макар обмакнул лепешку в мед и откусил добрую половину. Мед был душистый, очень сладкий.
— Не сомневайся, — заверил караван-баши. — За деньги он поплывет даже к шайтану в пасть. Отдыхай, завтра подниму на рассвете.
Остаток дня Яровитов провел в саду, который раскинулся позади дома. Вечером поужинал вместе с хозяином и лег спать. Ночь прошла спокойно, а на рассвете Сардар разбудил его. Быстро позавтракали и вышли во двор. Там уже стояли верховые и вьючные лошади, нагруженные тюками с товаром. Около них суетились помощники караван-баши. Услышав крик муэдзина, все повернулись лицом к Мекке и совершили намаз. Потом отправились в путь.
На окраине селения их ждали еще несколько торговцев с тяжело нагруженными мулами. Уважительно поприветствовав Сардара, они присоединились к каравану.
— Куда ты везешь товар? — поинтересовался Макар у караван-баши.
— О, наш путь далек, — засмеялся седобородый Сардар. — Сначала до моря, а потом к горам Кавказа. Ты слышал о городе Анапа? Его название означает «счастливый конь алмазов». Там есть замок Коверган, и возле него добывают жемчужные раковины. Мы везем туда ткани и посуду, выделанные кожи, хорошие ружья и пистолеты. Продадим и купим жемчужные раковины. Местные кузнецы умеют изготовлять клинки не хуже дамасских, и не уступают в мастерстве чеканки туркам и арабам. Отличная, красивая сабля тоже дорогой товар. И еще там есть шерсть, лечебная горная смола и многое другое.
— Наверно, самый ходовой товар сейчас — оружие? — предположил гонец.
— Почему ты так решил? — покосился на него караван-баши.
— Султан может пойти под Азов, чтобы забрать его у казаков, и горцы Кавказа присоединятся к янычарам. Какая же война без оружия? А если еще турки нападут на московитов?
Сардар хитро улыбнулся и погладил сухой ладонью бороду.
— Я не могу знать, о чем думает владыка турок, может, он пойдет войной на урусов, а может, и нет. Но я купец, часто бываю на Кавказе по торговым делам, поэтому решаюсь судить о настроениях горцев. Как бы ни старались турки, горцы не станут сейчас воевать с урусами. Султан скорее найдет наемников среди народов Запада, чем на Кавказе. Но зачем тебе это знать? Насколько я понимаю, ты не торговец. Или я не прав? Тебе нужно торопиться по своим делам, а мы поедем по своим.
— Да, ты прав, уважаемый Сардар — Макар почтительно склонил голову и больше не возвращался к этой теме. И так купец сказал ему многое. Если он действительно хорошо знает настроения кавказских горцев, то в случае войны можно не опасаться удара со стороны предгорий.
Еще до полудня караван значительно увеличился. На перекрестках и просто у обочины дороги его поджидали купцы, чтобы присоединиться к длинной цепочке нагруженных тюка-ми лошадей и мулов, ослов и верблюдов. Помощники Сардара не знали покоя: следуя его указаниям, отводили каждому вновь прибывшему место в караване, объясняли, где будут привалы и ночевки, отгоняли от съестных припасов лохматых злых собак, взимали с торговцев плату за услуги проводников. Караван охранялся: в его голове и хвосте ехали на выносливых лошадях вооруженные всадники, нанятые караван-баши.