Дикое сердце
Шрифт:
— Нет. Вопреки всему, что ты слышала о нем, он совсем не такой. Он сделает только то, что потребуется, чтобы не быть схваченным. — Аманда прикусила губу и добавила: — О, пожалуйста, будь осторожна, Франческа! Как бы я хотела пойти вместо тебя!
— Но это невозможно. — Франческа бросила на Аманду быстрый взгляд, потом просунула руку через решетку и утешающе сжала ее руки. — Он спасется, вот увидишь. Не беспокойся, Аманда.
Несколько долгих минут после того, как Франческа исчезла в темноте, Аманда стояла и смотрела ей вслед. Как это ужасно — быть так близко от Рафаэля и не иметь возможности увидеть его. Но
Рафаэль потянулся, насколько позволяли цепи, и мышцы возмущенно запротестовали. Звуки веселого праздника в бальном зале все еще плыли в ночном воздухе, а он страстно проклинал их всех. Богатые помещики-испанцы с их глупыми, пустоголовыми женами жили в роскоши за счет бедняков: Мексика построена на поту индейских пеонов, которые работают на полях и в шахтах и живут в крайней бедности. Так почему же он, землевладелец, член одной из старейших семей Мексики, сражается за систему, которая ограничит его собственную власть и влияние?
Бывали времена, когда Рафаэль не сомневался в причинах, и тогда он вспоминал отца. Дон Луис всегда настаивал, чтобы с крестьянами и пеонами, работавшими на его землях, обращались как с людьми, с достоинством и справедливостью, а не как с животными. Дон Луис также считал, что лучшие условия жизни обеспечат лучших работников, и они больше сделают, что и доказал на своих землях. Но когда имение унаследовал Фелипе, условия ухудшились, и многие, включая Рафаэля, бежали от его тирании.
Мрачные мысли мрачной ночью, криво усмехнулся Рафаэль, еще раз проверяя крепость своих уз. Железные наручники сковывали запястья и щиколотки так, что они кровоточили и болели, а мошкара тучами кружилась над ранами. Он разогнал мошкару нетерпеливым жестом и, выругавшись себе под нос, пожалел, что у него нет ружья, чтобы он мог умереть как человек.
Ночной бриз принес новые звуки, и нежный смех женщины, флиртующей с одним из охранников, проник в темную конюшню. Рафаэль расслышал несколько слов, бормотание, а когда он услышал восклицание охранника: «Сеньора Леон! Я не знал, что это вы…» — выпрямился, изо всех сил напрягая слух. Аманда? Здесь? С Фелипе? Без сомнения, это она. Значит, Фелипе приехал, чтобы позлорадствовать над его пленением и казнью, и привез с собой Аманду.
Но нет, это не голос Аманды! Рафаэль узнал бы его, этот едва заметный американский акцент, придающий особый шарм ее испанскому. Женщина говорила без акцента.
— Откройте лицо, сеньора, — извиняющимся тоном произнес стражник, но получил немедленный отказ.
— Вы ставите под сомнение мое слово, капрал? Я настаиваю на встрече с вашим начальником, лейтенантом Дюпре…
— Но, сеньора… — попытался возразить солдат, когда еще один голос оборвал его:
— Капрал! Достаточно, вы и так поставили меня в неудобное положение! — Стук сапог по каменным плитам прозвучал неожиданно громко, затем наступила тишина. — Рафаэль вскочил на ноги.
Лейтенант в безукоризненно сшитом мундире склонился над рукой дамы, скрытой за складками ткани, потом отослал пристыженного капрала.
— Оставьте нас. Теперь я сам займусь этим делом. — Он подождал, пока солдат откозырял и удалился, а затем взял женщину за обе руки, удивленно шепча: — Вы очень смелы,
— Это показалось самым подходящим способом пробраться сюда, — возразила Франческа. — Я знала, что немногие осмелятся задавать вопросы жене дона Фелипе.
Кто была эта женщина, использовавшая Аманду как прикрытие для своих романтических похождений? Рафаэль вдруг подумал, что Аманда может знать об этом и даже одобрять. В конце концов, на этой женщине был ее шелковый шарф.
Лейтенант склонился ближе: он улыбался, глядя в темные глаза Франчески и все еще держа ее за руки. Невинный флирт со стороны женщины, или… Рафаэль заметил, как стройное тело чуть отстранилось от лейтенанта, и прищурился, размышляя. Это был явно не обычный флирт с привлекательным мужчиной. Все его чувства обострились. Он играл в эту игру слишком много раз, чтобы не узнать сигналы, которые подавала женщина, и понял, что она переоделась Амандой для какой-то другой цели. Ему не потребовалось много времени догадаться, что ее послала сама Аманда.
В конце концов Франческа придумала предлог, чтобы на несколько минут избавиться от лейтенанта. Она послала его за бокалом охлажденного вина с императорских столов.
— Вас не будет всего несколько минут, и… ну… ваши люди могут распустить слухи, если увидят, что я оставалась здесь слишком долго. Ну что может случиться? Я посижу вот на этой скамейке и подожду…
Пообещав скоро вернуться, лейтенант исчез в темноте, скрывающей дорожку, ободренный дружеским тоном Франчески и уже предвкушающий предстоящую долгую ночь. Много недель у него не было женщины, если, конечно, не считать рыдающих крестьянок в деревнях, которых легионеры насиловали. Франческа представлялась ему страстной, очаровательной женщиной из высшего общества, и лейтенант Дюпре очень тщательно продумал свою стратегию обольщения. Он даже не ожидал, что она сработает так быстро, но отнес столь скоропалительный успех на счет своей привлекательной внешности и шарма, которые еще никогда его не подводили.
— Наконец-то он ушел! — Голос из темноты конюшни напугал Франческу. Она резко обернулась, помедлила немного и отважно вошла внутрь. Ее сердце неистово колотилось, во рту пересохло. Что, если Аманда доверилась мужчине, который не заслуживает этого…
— Вы Рафаэль? У меня для вас поручение от Аманды…
— Надеюсь, она в порядке? Фелипе не обидел ее? — В голосе пленника звучало беспокойство, но все же он оставался ровным и спокойным, и Франческа решила, что ему можно доверять.
— Si, она в порядке, хотя дон Фелипе запер ее в спальне. Она послала меня помочь вам…
Франческа подошла ближе к двери стойла, заглянула внутрь и в отблеске фонаря увидела лицо пленника. Синяки и ссадины испортили бронзовую кожу, но, вне всякого сомнения, мужчина был красив, и Франческа понимающе улыбнулась. Такой мужчина может украсть сердце женщины, и теперь она ясно поняла, почему Аманда готова рисковать чем угодно, чтобы помочь ему.
— Вот, — отрывисто произнесла она, — я принесла вам пистолет и нож. Надеюсь, мой отец не догадается, кто их украл. К сожалению, у меня нет ключа от ваших цепей, и я не знаю, где его хранят. Вам придется постараться сделать все возможное вот этим; надеюсь, это поможет.