Дикости
Шрифт:
Этан позволил аплодисментам продолжаться еще некоторое время — у него по-прежнему было его эго — и только после этого поднял руки. Зал мгновенно умолк.
— Приятно снова оказаться дома, — сказал он, что побудило к очередной серии улюлюканий и аплодисментов.
— Город действовал несправедливо по отношению к нам, к Дому Грей, к Наварре. Мы помогали этому городу в течении нескольких последних месяцев с проблемами, с которыми они не были способны или не желали обратиться к нам, и они сделали нас крайними, обвинив в противоправных
Его пристальный взгляд сузился.
— Я могу подтвердить, к лучшему это или к худшему, что они верят, что поступают правильно ради Чикаго. Это не политическая уловка или попытка завоевать голоса. Они, мэр включительно, много говорили о том — и напрасно — что сверхъестественные существа являются врагами. Честно говоря, большая часть неприятностей, которые мы наблюдали последние несколько месяцев, может быть возложена на сверхъестественных. Это неоспоримый факт. Но также мы являемся решением. И подавляющее большинство из нас старается отдать должное городу, который мы любим.
— Я рад объявить, что мэр согласилась начать мирные переговоры со сверхъестественным населением этого города. Мэр также согласилась воспользоваться услугами дедушки Мерит в качестве представителя сверхъестественных существ на испытательном сроке.
Раздались счастливые возгласы и несколько дружественных похлопываний по моей спине. Я бы, конечно же, предпочла, чтобы мой дедушка стал фанатом дневного телевидения, вместо того, чтобы вновь разбираться с еще большей сверхъестественной драмой. Но он был тем, кем был. И не мне запрещать ему это.
— Но есть еще одна проблема, которую нам стоит обсудить, — произнес он. На этот раз мой живот свернулся в тугой узел.
— Лакшми Рао приехала в Чикаго, чтобы встретиться с нами, как представитель Гринвичского Совета и изложить требования ГС в связи с возмездием за смерть Гарольда Мормонта. Как вы можете себе представить, я не верю, что их требования будут хоть как-то связаны с реальностью. Но ГС — это ГС. Мы выслушаем ее предложение и будем действовать соответственно.
Он посмотрел на меня.
— Мир меняется. Наш мир меняется. Мы сделаем все от нас зависящее, чтобы встретить эти испытания с честью, с храбростью, с уважением к тем, кто окружает нас. Это, — произнес он, снова смотря на море вампиров, — то, что делает нас вампирами Кадогана. — Он поднял свой кулак в воздух. — За Дом Кадогана!
— За Дом Кадогана! — прокричали его вампиры в унисон.
Я любила Этана Салливана. Страстно желая его, во многих смыслах. Но я уважала его больше всех. И как и мой дедушка, он был тем, кем был.
И опять же, не мне запрещать Этану что-либо.
***
Этан извинился перед Домом, и вампиры вышли за дверь, направляясь на свои рабочие места или возвращаясь к своей работе. Этан и Малик задержались в передней части комнаты.
Я посмотрела на Люка.
—
Он кивнул.
— Договорились, Страж. Мы будем ждать тебя.
Я направилась к Этану, кивнув Малику, когда он пожал руку Этану, а затем отправился вслед за остальными вампирами.
Он все еще стоял на помосте, находясь на полметра выше меня, смотря вниз, положив руки себе на бедра.
— Здравствуй, Страж. Я помню, мы находились в подобном положение и раньше.
— Да. Когда ты назначил меня Стражем.
Он сошел вниз, коснулся пальцем медальона у меня на шее.
— И столько всего случилось с тех пор.
Я посмотрела на него, игнорируя свой страх, и выплеснула все, что было у меня на сердце.
— Мы нуждаемся в изменениях. Вампиры нуждаются в изменениях, в сильном лидере и новом направлении. Ты можешь обеспечить все это. Ты должен бросить вызов Дариусу. Сделать ГС вновь уважаемым.
Шок и удовольствие появились в его глазах, он шагнул вперед, обнимая меня и прижимаясь своими губами к моему лбу.
— Столько всего можно добиться. И сколько всего потерять.
Мое сердце заколотилось от неожиданного страха, что он включает и меня в последнюю категорию.
— Будущее Дома неопределенное, — сказал Этан, но он не казался обеспокоенным. Он снова поцеловал меня. — Но сейчас, Страж, отправляйся в оперотдел и позаботься о нашем настоящем.
***
Я нашла Джеффа уплетающим за обе щеки вместе с Люком и Линдси за столом в конференц-зале.
— Как продвигаются поиски? — спросила я, садясь по другую сторону стола.
— Никак, — ответил Джефф, с необычным раздражением. — Ты знаешь сколько времени уходит на то, чтобы осмотреть каждый квадратный метр каждого квартала этого города в поисках трейлеров, квартал за кварталом? — Он вздрогнул, проводя рукой по волосам. — Прости. Я просто расстроен. Это займет гребанную вечность. — Он посмотрел на меня и даже Джефф — Джефф с его безграничной энергией и хорошим чувством юмора — выглядел усталым. — И мы даже никак не можем сузить зону поиска. У нас нет никакой биоинформации, никакой личной информации. Я даже искал в сети, думал, может Реган отправляла приглашения по электронной почте, и ничего не нашел.
Я выдохнула, посмотрев на доску. Информация о Реган была ограниченной. Чрезвычайно ограниченной.
— Она потеряла свою мать, — сказала я. — Не знала своего отца. Немного неуверенная. Считает себя своего рода кочевником, если вардо можно рассматривать в качестве признака. Но что еще?
— Ты видела ее в мини-маркете, — заявил Люк. — Она покупала что-то, что может дать нам хоть какую-то зацепку?
Я закрыла глаза, представляя ее, находящуюся в противоположном конце комнаты, с корзинкой продуктов в руке. Она искала медицинские принадлежности, но это было все, что я помнила.