Диктатор

Крейдун Мила

– Скорее шпионы, - улыбнулась Мили. – Или надсмотрщики, - обиженно зыркнула она на безопасников, вспомнив своё похищение с вокзала с их участием.

– Ничего личного, Милена Сергеевна, - ответил на её упрёк Анатолий.

– Милена Сергеевна? – одними губами переспросила Инга, насмешливо скривив губы.

Мили пожала плечами, отвернувшись к окну.

«Ох, сложный будет уик-энд».

*

Инга с удовольствием приняла предложение Милены провести за её счёт субботу в релакс-центре. Звоня на рецепшн,

Мили молилась, чтобы они смогли принять сегодня вместе с ней плюс один, ибо понятия не имела, о чём можно говорить с подругой, с которой они стали настолько чужими.

– А когда планируешь домой? – спросила Золотарёва как можно безразличнее.

– Уже мечтаешь от меня избавиться? – усмехнулась Инга, повернувшись. На секунду отвлекшись от изучения интерьера выделенной «государством» квартиры.

– Просто любопытно, - пожала Милена плечами.

– Завтра в обед, - холодно ответила Игнатьева, отвернувшись. – Я надеюсь, вечером мы сходим в ночной клуб?

– Нет, Инга, - устало ответила Мили, поражаясь, как тяга к подобному отдыху не прошла у подруги даже спустя столько лет. Даже с появлением двух детей. Должны же вроде меняться интересы с возрастом, нет?

– Ладно, напьёмся у тебя, - безразлично протянула Игнатьева и, как ни странно, Милена была только «за». Иначе они с Ингой точно погрызутся.

*

В центре существуют парные и даже групповые процедуры, когда подруги предпочитали провести день в центре, судача о всяких мелочах, но из-за того, что запись Инги была экстренной – у каждой были свои. Преимущественно.

– Как же хорошо, - блаженно протянула Инга, практически расплывшись на шезлонге у бассейна. – И ты так проводишь каждые выходные?

– Это впервые, - ответила Милена.

– Но собираешься, - зыркнула на неё Игнатьева.

– Да, - честно ответила Золотарёва, глядя на воду.

– Неужели так много зарабатываешь? Не подскажешь местечко?

– Перестань, - раздражённо отозвалась Мили. Она терпеть не могла ложь и лицемерие. – Городок у нас маленький, а Белинская вряд ли держала язык за зубами.

– А должна была? – усмехнулась Инга. – Есть какой-то секрет в том, что ты теперь работаешь в секретариате президента?

– Нет, - коротко ответила Золотарёва. – Но зачем прикидываться, что ты этого не знаешь?

– А зачем прикидываться, что нет никакого секрета? – парировала Игнатьева. – Всё-таки я твоя лучшая подруга. Когда-то у тебя не было от меня секретов.

– Вот именно, «когда-то», - отозвалась Милена. – И «у меня от тебя», но не наоборот...

– Ой, опять ты начинаешь!
– психанула Инга.

– Это ты начала.

Обе замолчали. Эта история была стара как мир. И обычно всегда заканчивалась одинаково.

– Я завтра уеду, - примирительно заговорила «подруга». – Давай попробуем не поссорится. Мы пару

лет не виделись. Было ведь и хорошее в нашей дружбе. Много хорошего.

«Пока ты не стала сукой, которой слово не скажи», - читалось между строк и неоднократно озвучено, но Милена предпочла закрыть на это глаза.

– Да, - ответила она коротко, соглашаясь.

Какова бы крепка ни была их странная связь, в своё время было сделано и сказано слишком многое, чтобы была невозможна дальнейшая дружба. И изменилась Милена достаточно, чтобы быть не в состоянии и дальше смиренно сносить насмешки «подруги».

*

– Может быть, это? – подошла Инга к витрине с дорогим виски, взяла в руки одну из бутылок и глядя на Золотарёву, заговорщицки улыбнулась. – Ты же у нас теперь богатенький буратино, почему нет?

Милена согласно кивнула. В холодильнике ещё был лёд. Напиток ей понравился во время посиделок с Кириллом.

И одной бутылки им с Ингой хватит выше крыши – потянет.

*

В их дружбе, действительно, было много хорошего. Периодически чокаясь, было что вспомнить, над чем посмеяться и о чём поплакать – это, похоже, была уже последняя стадия, при появлении которой стоило остановиться.

Может, они и остановились. Милена не помнила. Совершенно не помнила конец вечера и была удивлена, обнаружив себя обнажённой на до невозможности измятой постели, словно она выдержала ночной секс марафон, а не спокойно приняла временную хозяйку в объятия Морфея.

Голова раскалывалась.

С тумбы булькнул телефон.

Золотарёва машинально потянулась за ним и поднесла к глазам, которые ещё не до конца раскрылись. Открыла сообщение и обмерла.

Мигом улетучилась и мигрень, и сон, и почва ушла из-под ног.

Милена снова и снова смотрела на гифки со своим порнографическим участием. В разных позах. С разными партнёрами. И с тремя сразу. Где отчётливо было видно проникновение… И красная надпись на каждой: «Ненасытная шлюха президента наставляет ему рога, пока он корпит на благо государства».

Глава 37. Этого не может быть!

 «Этого не может быть. Этого не может быть. Этого не может быть», - пульсировала в голове лихорадочная мысль.

– Инга! – заорала Милена и сорвалась с постели, упав, запутавшись в простынях.

Однажды она уже стала жертвой розыгрыша нынешней Игнатьевой. Правда, по сравнению с этим, тот случай был сущей шалостью!

– Инга! – панически орала она, бегая по квартире, но «подруги» и след простыл. Ни её, ни её чемодана. Даже запаха её приторных духов не осталось.

Милена побежала назад в спальню за телефоном.

– Возьми трубку, - нервно расхаживала она по комнате, слушая гудки. – Возьми трубку.