Дип
Шрифт:
Тишина стала абсолютной. Секунду-две Бенни колебался, — Подойдите же сюда, Бенни, — повторил я. — Сделайте десять больших шагов и три маленьких.
Локоть Дикси ободряюще подтолкнул Бенни и тот сделал первый большой шаг, затем второй...
Я вышел на свободное место между стеной и стульями. Краска сошла с лица Бенни, и оно стало белым, как зубная паста. Он обладал большой физической силой, но, видимо, не возлагал на нее особых надежд.
Внезапно он бросился на меня, зная, что это его последний шанс, но уже в следующее мгновение летел к стене со свернутой
— Дикси... — позвал я.
Худощавый, хотя и гибкий и увертливый, Дикси не мог рассчитывать на силу своих кулаков, но у него была иная особенность, которую я, к счастью, хорошо знал.
Дикси шел пригнувшись, с дьявольской ухмылкой на искаженном злобой лице, делая незаметные движения рукой в рукаве своего пиджака. Я подпустил его к себе достаточно близко, и когда сверкнул клинок, нанес точный удар по суставу его руки, едва успевшей сжать рукоятку...
Клинок еще не успел упасть на пол, как нижняя челюсть Дикси пришла в соприкосновение с моим левым кулаком. Этого было вполне достаточно, чтобы он, глотая воздух, растянулся рядом с Бенни из Бруклина.
Подобрав с пола нож, я положил его рядом с владельцем и повернулся спиной. По сути дела, я мало чем рисковал.
— Теперь вы знаете наши правила, — обратился я к притихшему собранию.
— Это не демократия, а скорее похоже на диктатуру, но таков наш порядок.
Мы передаем руководство таким путем. И если среди вас есть пригодный для этого парень, то пусть он попробует взять все в свои руки. Никто возражать не будет. Только он должен будет это доказать...
Я взглянул в окружающие лица и увидел много прищуренных свиных глазок. Одни избегали моего взгляда, другие выражали одобрение, а значительная часть — испуг и удивление одновременно.
— За последние годы многое изменилось, — продолжал я. — Я вижу новые лица и знаю, зачем они здесь и что их связывает. Надеюсь, никто не попытается нарушить наши правила и порядки. Организация продолжает действовать как и при Беннете и никаких изменений не будет. Вопросы есть?
В стороне у стены поднялась рука.
— Кто это?
— Чарли Виц.
— Слушаю, Виц, — Как с бумагами, Дип?
— В настоящий момент Оджи собирает все необходимые бумаги. Не беспокойте его. Кроме того, мне нужен список новых членов клуба, а также точный учет наличности и поступлений. Если за кем-нибудь будут замечены неточности, пусть пеняет на себя.
— Роджер подойдет, — сказал сидевший неподалеку от меня человек.
— Хорошо. Я с ним переговорю.
И вдруг я заметил улыбающуюся физиономию. Она принадлежала полноватому мужчине. Однако в жесткой складке его рта и мрачном блеске глаз чувствовалась сила. Это был Хью Педл, который хозяйничал в старом избирательном округе.
Я взглянул на него и сказал:
— Советник... Вы в чем-то сомневаетесь?
— Мне только любопытно... мистер Дип, — вкрадчиво произнес он.
— Так ли это? — я внимательно вглядывался в него. — Рядом с вами сидит мистер Копола. Он занимает руководящее положение в Спил-Холл. Вы его хорошо знаете?
— Очень хорошо, мистер Дип.
— Вы довольно
— Довольно часто.
— Он вам не говорил, откуда они у него?
— Никогда, Усмешка начала сползать с его лунообразного лица.
— В таком случае, поинтересуйтесь, — сказал я.
Несколько человек вполголоса одобрили это предложение, открыто перейдя на мою сторону. Оставалось еще кое-что, что следовало сделать сейчас же. Я наклонился над спинкой кресла, оглядел притихшее собрание и сказал:
— Кто бы ни убил Беннета, ему лучше исчезнуть. Я намерен разыскать его и это будет концом его жизни...
Бенни и Дикси, поддерживая друг друга, с трудом поднимались на ноги.
Вряд ли они вполне осознавали происшедшее, но, несомненно, по ассоциации должны были припомнить аналогичные события двадцатилетней давности, имевшие место в подвале этого здания.
В зале раздались откровенные смешки, а затем ехидные замечания и реплики.
Маленький Кэт смотрел на меня.
— Кэт, — сказал я, — пойдем.
От удовольствия он кашлянул и поднялся, всем своим видом показывая, что готов идти за мной куда угодно.
Остальные еще сидели в ожидании.
— Скоро вы обо мне услышите. На сегодня же все закончено...
Парень с почтительным поклоном открыл нам дверь, и мы двинулись вниз по лестнице.
— Итак, Кэт, ты, значит, со мной?
— Всюду и везде, мистер Дип.
Он открыл наружную дверь, и мы вышли на улицу. Мелкие капли дождя заставили нас поднять воротники плащей. Кэт кашлянул, колотя себя в грудь, а затем спросил:
— Как же со мной, мистер Дип?
— Как всегда, Кэт. Сквозь стены, через забор, в щели, всюду, куда не сможет проникнуть другой.
— Я уже не тот Кэт, мистер Дип.
— Заботы?
— Легкие. Это конец, но еще не так скоро. Раньше они покончат с вами.
— Думаете?
— Они прикончат вас, Дип. Поскольку стали сильными и завели свои собственные дела. Беннет давал им много воли. И все таки его убили. А вас они тем более не потерпят, Дип. Вы им мешаете.
— Я это чувствую, Кэт.
— Вы начали слишком крепко, Дип. Они отвыкли от старой тактики, уже выросли и не делают свои дела в подвалах. Так как было раньше, не будет никогда. Но я с вами, Дип.
— Не боишься умереть?
— Эх, Дип... Я скорее боюсь жить, чем умереть.
Он хлопнул себя ладонью по груди и улыбнулся...
Глава 4
Этого широкоплечего копа я помнил еще в те времена, когда он был сравнительно молод. Теперь же из-под его фуражки выглядывала усыпанная серебром шевелюра, что означало не только приближение ухода в отставку, но и большой опыт. Он знал правила, — пожалуй, лучше всех людей своего квартала. Его широкие шаги свидетельствовали о спокойной уверенности и решимости двигаться только вперед, преодолевая все на своем пути. Мерное покачивание его руки со стеком никогда не утрачивало свои четкий ритм.