Дирдиры
Шрифт:
— Следовательно, очень важно максимально снизить издержки, — ответил он.
— Три основных позиции должны оплачиваться беспрекословно, — настаивал Вудивер. — Арендная плата, мои проценты и зарплата для моих рабочих То, что остается сверх этого, вы можете расходовать по своему усмотрению. Я стою именно на такой позиции. А теперь будьте так добры и выдайте мне две тысячи секвинов для зарплаты. Если же вы не сможете заплатить за материалы, то они лишь за стоимость перевозки будут доставлены обратно.
Рейт мрачно передал
Ночью три электромобиля доставили товар в сарай.
Немногим позже электромобиль поменьше привез канистры с топливом. Трез и Анахо принялись их разгружать, но Рейт попросил их остановиться.
— Минутку.
Он пошел в сарай, где Дейне Зарре крестиками отмечал позиции в своем списке.
— Вы заказывали топливо?
— Да.
Дейне Зарре выглядел расстроенным, и это бросилось в глаза Рейту. Казалось, что мысли его витают где-то далеко.
— На сколько хватает канистры топлива?
— На каждую батарею необходимо по две. Этого хватает примерно на два месяца.
— Было привезено восемь канистр.
— Я заказывал четыре и две в резерв. Рейт вернулся к машине:
— Выгружайте четыре, — велел он Трезу и Анахо.
Водитель сидел в машине и оставался в тени. Рейт наклонился и заглянул внутрь, чтобы с ним поговорить. К своему удивлению, он обнаружил там Артало, который, судя по всему, не рассчитывал быть узнанным. Рейт сказал:
— Ты привез восемь канистр топлива. Но мы заказывали только четыре.
— Желтое Лицо распорядилось привезти восемь.
— Но нам нужно только четыре. Остальные четыре забери обратно.
— Я не могу этого сделать. Говорите с Желтым Лицом.
— Мне нужны только четыре канистры. Больше я не возьму. С остальными же поступай, как хочешь.
Артило свистнул сквозь зубы, выпрыгнул из машины, выгрузил все четыре дополнительные канистры и отнес прямо к сараю. Затем он снова сел за руль и уехал.
Три товарища смотрели ему вслед. Анахо бесстрастно сказал:
— Могут возникнуть трудности.
— Возможно, — согласился с ним Рейт.
— Горючее, без сомнения, принадлежит Вудиверу, — заявил Анахо Может быть, он его украл, может быть, купил за смехотворно низкую цену. И сейчас возникла отличная возможность с выгодой их пристроить.
Трез буркнул:
— Нужно будет заставить Вудивера утащить канистры отсюда на собственном горбу.
Рейт неприятно засмеялся:
— Если бы я только знал, как его заставить это сделать.
— Он боится за свою жизнь, как, впрочем, и все остальные.
— Это правда. Но мы не можем позволить себе подставить самим себе ножку.
На следующее утро Вудивер не появился и поэтому не услышал выводов, стоивших Рейту большей части ночи. Рейт заставил себя переключиться на работу, но мысли его кружились
Дейне Зарре тоже не было на месте, и техники более открыто шептались друг с другом, чего они не могли позволить себе в присутствии Дейне Зарре. Вскоре Рейт тоже бросил работу и пристально осмотрел воплощение проекта. Повод для оптимизма, как ему казалось, был. Основные узлы были уже установлены, сложная и точная настройка продвигалась быстрыми темпами и с хорошими результатами. В этой работе он был беспомощен, поскольку был знаком только с земными системами космических кораблей. И он совсем не был уверен, что двигательные системы работали здесь по такому же принципу.
Около полудня на город, словно морской прибой, накатилась черная стена туч. Карина 4269 стала блеклой, засветилась темно-коричневыми опенками и исчезла. Вскоре стена дождя обрушилась на залитую призрачным светом землю и скрыла от глаз панораму Хея. Тут под дождем появился Дейне Зарре в сопровождении двух худых детей: мальчика лет двенадцати и девочки, которая была года на три-четыре старше. Они втроем добрели до сарая и, дрожа, остановились. Дейне Зарре выглядел изнуренным, дети совершенно окоченели.
Рейт разломал несколько деревянных ящиков и разложил посередине сарая костер. Затем он нашел большой кусок грубого сукна и разорвал его на несколько частей.
— Вытритесь. Снимите свои куртки и согрейтесь, — сказал он.
Дейне Зарре недоуменно на него взглянул, но куртку медленно снял. Дети последовали его примеру. Было видно, что это брат и сестра, по всей вероятности, внуки Дейне Зарре. У мальчика были голубые, а у девочки прекрасные, мягко-серые глаза.
Рейт принес горячего чая, и Дейно Зарре прервал наконец молчание.
— Дети находятся под моей опекой. Они останутся со мной. Если они вам мешают, мне придется уволиться.
— Конечно нет, — заверил его Рейт. — Они могут оставаться здесь сколько угодно, но им нужно знать, что это дело нужно обязательно сохранять в секрете.
— Они ничего не выдадут. — Дейне Зарре внимательно посмотрел на детей. — Вы поняли? Все, что вы здесь видите, никогда и никому нельзя рассказывать.
У них не было абсолютно никакого желания поддерживать беседу. Рейт еще немного задержался; он чувствовал горе и нужду. Дети внимательно на него смотрели.
— К сожалению, я не могу предложить вам сухой одежды, — извиняющимся тоном сказал Рейт. — Но вы, может быть, голодны? У нас здесь есть продукты.
Мальчик с достоинством покачал головой, а девочка улыбнулась и стала еще более очаровательной.
— Мы сегодня не завтракали.
Трез, стоявший рядом, помчался в продуктовую кладовую и вскоре вернулся с тминным супом и хлебом. Рейт серьезно посмотрел на него. Казалось, что в Трезе пробудилось чувство. Девочка была очень привлекательной, хотя и выглядела несколько болезненной и несчастной.