Дирижер. Перстень чародея
Шрифт:
– На месте я дам вам для ознакомления свод правил при работе в хранилище. Первый ваш день будет не напряженным: больше, так скажем, введения в обязанности и знакомство со зданием. Оно большое, будьте готовы.
Я коротко покивал. Видимо, увидев тоску в моих глазах, Элта мягко и доверительно добавила:
– Не волнуйтесь, вас никто не будет держать как узника в заточении. Будут, конечно, ограничения, но вы не почувствуете себя максимально лишенным в каких-то правах.
– Приятно слышать, – промычал я.
– Пройдемте, карт уже ждет. –
Мы ступили во внутренний двор. Было прохладно, ветер продувал футболку. У ворот стоял, приветственно распахнув дверную створку, двухместный светлый карт с вензелем Совета волшебников Амарада. Я посмотрел на свои ноги в тапках, которые быстро запылились от песочного налета.
– Одеждой вашего размера тоже обеспечат, – сказала Элта. – В здании хранилища специально для вас подготовлен небольшой жилой кабинет.
Она первая зашла в карт и поздоровалась с водителем, что-то передав ему. Я остановился и развернулся к Милиану.
– Мы с тобой не прощаемся, я постараюсь к тебе захаживать. Раз в неделю будет приходить судебный блюститель по твоему делу, контролировать порядок исполнения решения. Музейный архив – одно из самых безопасных и охраняемых мест в Амараде.
«Ну да уж, так и поверил», – подумал я, вспоминая фразу о точно так же суперзащищенном от внешних посягательств Дворце Совета.
– В архиве древнейшие оригинальные артефакты и современные, полные магической силы вещи. Будь осторожен и предельно внимателен. На тебя распространяются правила материально ответственного лица. Утратишь по своей вине и по случайности артефакт – будет новое разбирательство.
– Спасибо, что уточнили! – вспыхнул я, огорошенный еще и новостью про новую ответственность.
Ощущение, что все специально хотят загнать меня в какие-то рамки, лишая возможности колдовать и тыкая на ответственное отношение к новому делу, и при этом помещают туда, где мощь магии сильна и питательна ввиду особой важности и значимости предметов, находящихся в здании, где я пробуду некоторое время. Какое-то занятное сочетание.
– В добрый путь, Константин. Всё будет хорошо. Удачи.
Улло протянул руку, мы обменялись рукопожатиями. Его лицо было сияющим, уверенным, вдохновенным. Мое – безрадостным, задумчивым, потерянным.
«Всё хорошо» Милиана очень скоро превратилось во «всё очень плохо».
Глава 6
– На время отбывания наказания и нахождения в нашем мире вам, помните, запрещено пользоваться предметами, по моделям и форме напоминающими ваш основной магический артефакт, – напомнила мне Элта в карте. Я безучастно кивнул, сложив ладони в замок на коленях.
Мы сидели друг напротив друга, тонированные стекла в пассажирских дверях подняты с обеих сторон. Мелькают дома, улицы, магазины, люди… Обычный новый день граждан Изнанки, полный забот и обязанностей.
– Всё, что имеет форму палочки, стержня или иного подобного, заколдовано,
– Я совсем буду безоружным? – Я посмотрел на свои раскрытые ладони и взглянул на Элту. Та снисходительно улыбнулась.
– Нет, кое-каким оружием всё же обеспечим. Вы вольны выбрать его сами – из предложенного нами набора. Есть клинковые, ствольные, газовые, метательные. – Женщина повела плечами. Хм, недурно и любопытно! Правда, вот вопрос: что окажется быстрее, встреться я с врагом – разящее смертельное заклятие или, к примеру, пистолетная пуля?
Загадка: почему Морсус во время того боя ни разу не поразил меня или Милиана смертельным… Это ведь гораздо проще и быстрее – враз избавиться. Или хотел сперва поиграть в кошки-мышки, помучить, наслаждаясь нашими страданиями, а потом добить.
Фу. Что за мысли в голове.
Всё же хорошо. Я жив. Улло жив. Морсуса нет.
Но подсознание говорило, что темный маг еще вернется.
Я не разобрал, сколь долго мы ехали – настолько, видимо углубился в свои мысли, что не заметил течения времени, и Элта даже меня не отвлекала, – но вот мы остановились, и я подумал, что пора выходить. Волшебница остановила мою поспешность и в открытое окно протянула подошедшему с улицы папку с документами на меня. Я заозирался.
Карт остановился у входной пропускной группы перед высокими коваными воротами. Ограда тянулась вправо и влево сотни на две метров. Подошедший к карту маг-постовой просматривал листы Элты, раз посмотрел на нее, раз на меня, кивнул, вернул папку и удалился из поля зрения. Некоторое время спустя карт вновь тронулся, и мы въехали в открытые ворота.
– Это сквер и площадь перед главным зданием архива. Замечу, мы сейчас на окраине столицы. Почти на выезде.
Я опустил стекло вниз. Салон тут же обдул прохладный воздух.
Моему взору открылись сплетения прогулочных дорожек, вдоль которых через равные промежутки посажены карликовые кусты. У ворот на одинаковом расстоянии располагались непонятного назначения открытые кабинки-будки. Две непохожие абстрактные скульптурные формы по обеим сторонам главной проезжей дороги, по которой мы ехали. Ни одного человека здесь, не считая встреченных у ворот магов.
Карт развернулся и остановился.
– Можно выходить. – Элта потянула за ручку, и дверь слева открылась. Я последовал за ней и, став на дорогу, замер, осматривая свое место отбывания наказания.
Главный архив Амарада. Так вот он какой. Поистине большой: три этажа с высокими потолками, судя по высоте окон, а длина чуть ли не с фасад ГУМа. Песочно-бежевое здание с архитектурными обрамлениями, украшениями лоджий и балконов, окон и дверей кофейного оттенка и стеклянной крышей-куполом над, так понимаю, центральной входной галереей, возле которой мы остановились, прямо говорило о своем величии и важности в судьбе волшебной земли.