Дискорама

Орлов Алекс

— Ну и что ты принес? — спросил Фред.

— Целый пакет свиных фрикаделек. А в другом — картофель, жаренный целиком. Плюс бонус — порезанные соленые огурчики и жареный лук.

— Но ты собирался принести что-то из «Флик-Флака»!

— Бутербродов с пластиковым дерьмом? — оскорбился Рем. — Ну хорошо, давай я специально для тебя принесу этого говна, и ты им насладишься прямо в машине.

— Ты еще скажи — в извращенной позе, — пробурчал Фред, распаковывая один из пакетов. — Я пошутил,

Рем, что касается жратвы, ты всегда соображаешь лучше меня.

— Ну разумеется. Правда, в этот раз нам повезло. Я просто шел себе по улице, спрашивал, где находится этот сетевой «Флик-Флак», и тут неожиданно уловил запах настоящей домашней еды. Ты меня понимаешь?

— О да, Рем, я тебя понимаю, — кивнул Фреди, устраиваясь за рулем поудобнее.

— Ну вот, я спускаюсь в подвальчик под названием «Жареный поросенок» и выясняю, что это супница, понимаешь?

— Ни хрена, — покачал головой Фред.

— Ну, это такое место, где подают тысячу всяких супов, а пива у них ни полбутылки.

— Жалкие люди.

— Просто маленький город. При мне приходили домохозяйки и старые бабули с бидончиками и наливали в них суп, представляешь?

— Не очень, — покачал головой Фред, доставая из пакета жирные фрикадельки.

— Я тоже про суп не сразу понял. Мне, говорю, чего-нибудь посущественнее. Он говорит — только суп. Тогда я расспросил про суп с фрикадельками, и оказалось, что на каждую порцию полагается пять штук.

— Чего «пять штук»?

— Фрикаделек, тормоз. Я ему и говорю — давай десять порций, но только одних фрикаделек, без супа. Видел бы ты его рожу, Фред!

— Уволь меня от этого, Рем… Ну-ка, это не он?! — вскинулся Фред, комкая пакет.

Рем сбросил поклажу на пол, схватился за пистолет, но тут же снова убрал его в наплечную кобуру.

— Ты чего паникуешь, а? Это какой-то пацан. Он там половики чистит, неужели не видишь?

— Вроде так, — выдохнул Фред, переводя дух. — Но мне показалось, что он такой же плотный, как и наш объект.

— Наш объект пошел к своей бабе, значит, пару часов мы его не увидим.

— Не слишком ли круто — пара часов?

— Нормально. Пока то да се, пока чайку попьет. Раньше, чем в два часа, не уложится.

Рем поднял пакет с картошкой и, выловив самую поджаренную, забросил в рот.

— И как тебе? — поинтересовался Фред, который уже пробовал фрикадельки.

— Очень-очень… — покачал головой Рем, зажмуриваясь от удовольствия. Затем вытер пальцы о салфетку и передал пакет Фреду.

— А ты чего?

— Я по дороге нажрался.

— Ну ладно, теперь я… Только он случайно не пальцами эти фрикадельки из супа вылавливал?

— Ну, а чем, по-твоему? Плоскогубцами, что ли?

— Ты что, серьезно?! — воскликнул Фред, его

красное от пьянства лицо перекосила гримаса брезгливости.

— Шутю. Шу-тю, — улыбнулся Рем и вздохнул.

— Чего вздыхаешь? — спросил Фред, роясь в пакетах.

— Бабу ту жалко…

— Чего вдруг?

— Ну… — Рем пожал плечами и снова вздохнул. — Красивая она была, нельзя такую автомобилем сминать.

— А что не так-то?

— Надо было иначе. Один точный выстрел, и все.

— Начальство требовало, чтобы все выглядело как пьяный наезд.

— Да, я понимаю, но как-то это не по правилам.

— Какие правила, Рем? — удивился Фред, прекращая жевать. — После прокола с земляком они на нас до сих пор косятся. Хорошо хоть теперь дела наладились. Сейчас этот заказ сработаем, и сразу премия. Разве плохо?

— Ну да, — согласился Рем и через силу улыбнулся.

— Вот знаю я, знаю этот твой взгляд и эти вздохи. Мы ведь с тобой третий день на сухую…

— Иначе нельзя. Сорвем заказ, и начальник примет решение.

— Этот — да, этот примет, — согласился Фред и снова принялся за еду. А Рем откинулся на спинку пассажирского сиденья и стал вспоминать подробности прошлого задания.

Они следили за ней два дня, стараясь выбрать подходящий момент. Женщина была молода и красива, но увлекалась выпивкой. Что-то ее угнетало, да так, что иногда она вдруг останавливалась прямо на улице, застывая и глядя в пространство. Потом вздыхала и шла за алкоголем.

В заведениях не пила, несла бутылки домой и там, без лишних свидетелей, садила крепкое из винных бокалов.

Коньяк, кальвадос, хлебная водка — ей было все равно, лишь бы покрепче.

Какое-то время напарники наблюдали за ее жизнью с крыши соседнего дома. Они могли чисто убрать ее из винтовки, но начальник сказал — случайный наезд, и это не обсуждалось.

Печальная красавица пила, раздевалась, включала ТВ-бокс, но ничего не смотрела и уходила принимать душ. Потом возвращалась и, словно в забытьи, вытиралась пушистым полотенцем. Затем выпивала еще бокал крепкого и ложилась спать, а утро снова начинала с бутылки.

Рем посчитал, что в день она выпивала полтора литра крепкого. Это была мощная доза даже для таких профи, как они с Фредом, однако девушка выглядела трезвой, и лишь пару раз, когда они шли за ней по улице, в ее походке проскользнула какая-то неуверенность, но потом она взяла себя в руки и снова была в порядке.

Днем дамочка посещала все те места, какие обычно посещали красивые и холеные женщины, — магазины дорогих шмоток, парикмахеров, массажные салоны. Однако было заметно, что все это ей неинтересно, она как будто делала это автоматически, по заученной схеме.