Дитё
Шрифт:
— Дверь новую строгаю. Сейчас Сашка остатки старой двери с петель снимет, и мы новую повесим. А вот насчет одиночного плавания я не согласен, опасно это, ни помочь, если нужда будет, ни поговорить не с кем.
— Ну, кому как, мне вот, наоборот, в одиночестве как-то спокойней.
Так, болтая на разные темы, мы плыли вперед, под легкий бриз, гулявший по эпицентру урагана.
— Старпом на связи, — сказал вдруг от рации Слава. — Говорит, что обнаруженное судно оказалось морским буксиром. Людей
— Ну, скоро и мы увидим, через несколько минут должны показаться, — пробормотал я, слегка добавив обороты двигателю. Паруса пришлось убрать, ветер был встречный.
Через некоторое время вдали из маленького пятнышка выросла белая рубка буксира, насаженная на черный массивный корпус.
— Большой буксир, и тросы сзади оборванные висят. Похоже, что-то тащили на прицепе и в шторм попали, — сказал мне Геннадий, третий помощник капитана, который с командой только что закончил приводить «Ласточку» в порядок. Сам капитан, кстати, вместе со вторым помощником находились в рубке, и спастись они не успели.
— Я лодку не вижу. Где она?
— Может, с той стороны? Буксир, конечно, много воды набрал, вон как просел, но все равно высоко, что делается с другой стороны — ничего не видно.
— Ха, что-то мне все это напоминает «Пираты двадцатого века».
— А, да, хороший фильм… вы думаете?
— Думаю, не думаю, а проверить стоит, что-то я наших на палубе не вижу. Сейчас обойдем и посмотрим, что у нас с той стороны буксира.
— «Седой Генри».
— Что? — переспросил я.
— Название буксира «Седой Генри», порт приписки Лос-Анджелес.
— Задолбал уже этот город. Постоянно встречаю суда хоть чем-то с ним связанные.
— Нас имеешь в виду? — не отрываясь от бинокля, хмыкнув, спросил Геннадий.
— Ну да, и вас тоже.
Обойдя буксир по дуге, мы стали осматривать другой борт. Лодка находилась там. Теперь стало понятно, почему они именно там пристали к борту, в этом месте хорошо просевший борт буксира был довольно низким.
— Вызови их, пусть выйдут. Что-то мне это нравится все меньше и меньше.
— Ты думаешь, что на нас могут напасть, — с сомнением спросил у меня Гена.
— Ну, посуди сам. Буксир теперь на плаву держится только чудом. Так?
— Так, — был вынужден подтвердить Геннадий, мельком глянув на «Генри».
— И чтобы спастись, им просто необходима хорошая посудина. Так?
— Возможно.
— Артур, Олег Владимирович на связи, просит вас, — окликнул меня от рации Слава.
Поставив за руль крутящегося рядом помощника рулевого, который с интересом наблюдал за моими манипуляциями, и подойдя к рации, я взял микрофон и, накручивая на палец витой шнур, сказал:
— Артур на связи, прием!
— Артур? У тебя шланги выносные для насосов
— Воду откачивать? Прием!
— Да. Прием.
— Есть, гофрированные лежат какие-то. Прием.
— Хорошо. Подходите, есть возможность привести буксир в порядок. Прием.
— Понял. Олег Владимирович, кроме вас на борту еще кто-нибудь есть? Прием.
Даже через шум атмосферных помех, которые создавали недалекие молнии, было слышно недоумение старпома.
— Я же говорил, что судно пустое. Прием.
— У нас стойкое подозрение, что вы можете быть… э-э-э… в заложниках, все-таки моя «Ласточка» — это лакомый кусочек. Прием.
— Да все в порядке, судно действительно покинутое. Прием.
— Олег Владимирович, вы выйдете все на открытую палубу, и мы прекратим этот бессмысленный спор. Прием.
— Хорошо. Прием.
И действительно, из-под рубки вылезла хорошо знакомая фигура старпома. А из люка над машинным отделением один за другим показались остальные три моряка. Похоже, все на самом деле было в порядке.
— Так нормально? Уже не боитесь? Прием, — в голосе старпома была отчетливо слышна смешинка.
— Нормально, подгоняйте лодку, мы все-таки сперва проверим. Прием.
Положив яхту в дрейф в кабельтове от буксира, я вместе с Геннадием, тоже собравшимся на судно, сел в лодку, которую подогнал один из матросов, и поплыл на ней к «Седому Генри».
— Ну что, параноик, убедился, что судно пустое? — спросил меня старпом, следуя повсюду и с интересом за мной наблюдая.
— Ну, вроде да… а почему эта дверь задраена?
— Э-э-э, не трогай, только из-за того что в этих помещениях создалась воздушная пробка, буксир и не тонет. Повезло, что двигатель, похоже, был заглушен, вода не попала ни в баки, ни в систему впрыска. Сейчас воду откачаем из полузатопленных помещений и будем осматривать его.
— Ну, это без меня. Я, честно говоря, сильно вымотался от шторма и вашего спасения, засыпаю на ходу, так что с насосом помогу, а дальше сами.
— Да, конечно. Еще нужно баллоны воздухом накачать, корпус проверить на герметичность.
— Хорошо, давайте закончим с этим, а пока вы приводите «Генку» в порядок, я посплю.
Старпом ухмыльнулся, услышав, как я окрестил буксир, и мы подошли к рубке, где я спросил:
— Команда бросила судно из-за того, что оно начало тонуть?
— Нет, вряд ли, не похоже. Подобные буксиры специально разрабатывались для хождения в этих водах, а тут ураган за ураганом, особенно в это время.
— Думаете, команды не было на судне, когда начался шторм?
— Судя по всему, кто-то был. Может, дежурный, может, еще кто. Буксир явно что-то буксировал, может, остановились где-то, кто знает. Море умеет хранить свои тайны.