Дитё
Шрифт:
Потом состоялась новая встреча с Брежневым – в моем случае он прожил на несколько месяцев больше. Что интересно, никаких «сисек-масисек» не было. Леонид Ильич говорил хоть и старческим голосом, но вполне понятно, что заставило задуматься не только меня, но и моих кураторов.
Потом жизнь худо-бедно наладилась. Так как я помнил немало песен из будущего, их стали выпускать под моим именем. В стране появился поэт и композитор Артур Александров – личность известная и в то же время ужасно таинственная, которую никто не видел, но которая регулярно о себе напоминала. И каких только слухов не ходило среди номенклатуры и народа! Ну и щелчок
Впрочем, таинственность не мешала регулярному пополнению моих счетов в Сбербанке, так что сейчас я был самым богатым двенадцатилетним парнем в стране.
Пройдя по узкой тропинке, вившейся среди кустарника, росшего на берегу местной речки, мы выбрались на проселочную дорогу и остановились у моего мотороллера. Положив вещи в кузов «муравьишки» и закрепив ведро, чтобы оно не каталось, сел за руль. Дождавшись, когда девчонка втиснется на сиденье позади меня, дал газу.
Пролетев по дороге и с трудом вписавшись в поворот, медленно проехал через небольшой деревянный мостик с ветхим настилом и уже через пару минут въезжал на территорию военного городка. Остановившись у домика, где мы жили, помог слезть Ольге и, отдав ей ведро с уловом, отправил к «маме». В это время у соседнего дома остановилась красная «девятка», машина жены особиста полка.
– Добрый день, Валентина Олеговна.
– Привет, Жень, как рыбалка?
– Отличная рыбалка, Валентина Олеговна, я попрошу маму, она вам занесет карпов.
– Ой, не надо! Я к вам зайду через полчасика. Маме привет!
– Передам.
Посмотрев на машину, вспомнил, с каким скрипом прошло предложение генсека Романова об объединении Германии с уплатой за это дефицитными станками для автозаводов и другими нужными вещами. Один из таких когда-то дефицитов сейчас стоял передо мной. За год германцы построили три автозавода по современным технологиям. И многочисленные автомобили за последние четыре года наводнили Союз. В любом крупном населенном пункте можно было увидеть спецавтоцентры, ремперсонал которых проходил обучение в новых техникумах…
Отвернувшись, направился в дом, узнать, какие новости меня ждут. В сенях столкнулся с Ольгой. Откусывая на ходу горячую пышную булочку, «сестрёнка» попыталась протиснуться мимо меня:
– Ты куда? – строго спросил я.
– Мамка послала к тете Даше. Сказала помочь прополоть грядку, – пробормотала девчонка с набитым ртом.
Это сразу сказало мне, кто приехал. Похоже, нас снова посетил полковник Строганов, мой куратор и главная связь с Романовым. Во время его визитов «сестрёнку» всегда отправляли к тете Даше с каким-нибудь пустяком.
«Странно, что так рано приехали», – озадаченно подумал я, проходя в дом. Обычно меня всегда предупреждают, если будет гость. Предчувствуя недобрые новости, вошел в гостиную. Она же столовая, она же кухня. Полковник сидел ко мне спиной и пил чай, тревожный взгляд «матери», брошенный мельком на меня, и напряженная спина Строганова немного озадачили. Что-то было не так, интуиция просто вопила об опасности.
Тихо подойдя к куратору, я спокойно коснулся его плеча. Офицер вздрогнул, спина его согнулась еще больше, и он. не повернулся ко мне, а продолжил как-то механически отхлебывать чай. Обойдя стол, посмотрел в лицо полковника. Бледное, с бегающими глазами. Значит, дело плохо.
Постаравшись поймать его взгляд, спросил:
– Зачем?
Взгляд Строганова был
– У них мои дети!
– Сколько у меня времени?
– Нисколько. Они здесь.
– Кто? – поинтересовался я, доставая из-под подоконника ТТ, найденный в разбитом доте и сохранившийся в отличном состоянии. Оружие мне давать категорически не хотели, пришлось выкручиваться самому.
– Британцы.
– Опять они?! Достали уже! Им что, прошлого раза было мало?! Какой приказ? Живым? Мертвым?
– Живым. Приказ брать неповрежденным.
– А, тогда повоюем! – весело пробормотал я, досылая патрон.
Взяв диванную подушку, упер в нее ствол пистолета и нажал на спусковой крючок. ТТ дернулся, и звук выстрела разнесся по комнате, но для того, чтобы его услышали на улице, был слишком тих. Никогда не прощал предательства, даже если пошли на него из-за членов семьи. Не глядя на сползающее на пол тело полковника, бросив подушку на пол, повернулся к входящей «матери»:
– Сигнал ушел?
Она покачала головой и ответила, бросив быстрый взгляд на тело полковника, лежащее на полу с дыркой в груди:
– Блокируют, проводную тоже. Только связалась с Валей, и все. Уходи, мы прикроем.
– Прикрывальщицы, блин! Сидите и не дергайтесь, к окнам не подходите, наверняка снайперы караулят.
Тихонечко подкравшись к кухонному окну и чуть отодвинув занавеску, посмотрел на свой амбар, стоящий метрах в ста от дома, и по возможности на окрестности.
– Трава не по ветру шевелится. Бери ведро, сделай вид, что оно полное, и иди к Валентине. Займите оборону, я уведу их отсюда. Селиванову скажете, я ушел на пункт четыре, он поймет.
«Еще бы ему не понять. Обговоренных пунктов спасения всего три. Селиванов не дурак, сообразит».
Прихватив из тайника запасные магазины и две эфки, я выскользнул в сени, не дожидаясь ответа от сотрудника охраны.
Пошарив на верхних полках, за старыми банками нашел то, что положил туда год назад. Через щели в дощатой стене сарайчика, примыкавшего к стене дома, осмотрелся.
«Ого! Двое уже у окон! Быстрые, однако!»
В это время хлопнула уличная дверь, и моя «мама»-охранница спокойно с ведром в руках направилась к соседнему дому. Как я ни опасался, дошла она спокойно.
Улыбнувшись, достал из кармана зажигалку, чиркнул и поджег шнур. С шипением две серые банки взлетели в воздух, пущенные моей рукой подальше от дома. Упав метрах в пятнадцати, шашки стали сильно задымлять огород. Слабенький ветер прижимал густой дым к земле, помогая мне незаметно добраться до амбара.
Это строение было моей вотчиной, и я всю охрану честно предупредил, что оно заминировано.
Дым помогал не только мне, но и противнику. Поэтому встреча лицом к лицу оказалась неожиданной для обеих сторон. Вот только то ли боевик не решился стрелять, подчиняясь приказу, то ли впал в ступор. А может, я просто оказался быстрее. Во всяком случае, ТТ дёрнулся в руке, и врагов стало на одного меньше. Теперь нужно было разобраться с напарником неудачника – наверняка диверсанты действовали не поодиночке. Откатившись в сторону, я замер, прислушиваясь. Шорох справа привлек внимание, но это явно была ловушка – сам не раз так делал. Поэтому, снова откатившись, на этот раз к телу убитого боевика, быстро зашарил по его карманам, внимательно оглядываясь по сторонам и стараясь не тереть начавшие слезиться от дыма глаза.