Дитя любви
Шрифт:
– Чушь, – услышала Мэгги.
Она удивленно обернулась: губы Ника решительно сжаты, еще четче обозначились скулы, а в глазах вспыхнули зеленые искорки. Видно было, что он весь подобрался и настроен агрессивно, даже подбородок вздернулся вверх. Нет, она не позволит сбить себя с толку, хоть ему всегда это и удавалось. Раньше.
– Хочешь верь, хочешь не верь, – произнесла она как можно равнодушнее.
– Ты уже призналась, что не любишь его.
Мэгги проклинала себя за излишнюю болтливость. Но мне ничего другого не оставалось.
– Ну и что? Следует ли из этого, что я люблю тебя?
– Ты всегда любила меня. Еще с тех пор, как была сопливой девчонкой. И никогда не переставала любить. Ты всегда будешь любить меня. – Голос Ника звучал спокойно и уверенно.
– А ты всегда был чересчур самоуверенным. Считаешь себя подарком для любой женщины, так? – Она бросила на него уничтожающий взгляд.
– Иногда. – От Мэгги не укрылась знакомая дразнящая улыбка. – А ты всегда злилась, помнишь? Еще когда мы были совсем юнцами, и я начал встречаться с девушками. Каждый раз ты шипела и бросалась на меня, как кошка. Дралась, ногами топала от злости, а когда тебе удавалось, застукать меня, как только не обзывала. Раз, помню, ты даже следила за мной и ударила девчонку, с которой я был. Как ее звали? Мелинда… как там дальше?
– Мелисса Крэйг, – ледяным тоном процедила Мэгги, только потом сообразив, что выдала себя с головой, показав, как хорошо она помнит ту пышногрудую блондинку. Прикусив язык, она пожалела, что проболталась.
– Ах да, Мелисса. – Словно припоминая, Ник вздохнул. – Всего шестнадцать лет, а уже полный четвертый номер! И такая знойная!
– Да она просто подстилка! – не выдержала Мэгги. Одного воспоминания о том, как эта Мелисса Крэйг вешалась на Ника, было достаточно, чтобы в ней снова вспыхнула злость. Ник хитровато улыбнулся.
– Ты просто умирала от ревности, потому что она носила четвертый размер, а у тебя тогда и намека на грудь не было.
– Мне было только четырнадцать лет! И я вовсе не ревновала! Просто пыталась уберечь тебя! Не хотела, чтобы ты совершил непоправимую ошибку.
– С точки зрения шестнадцатилетнего парня, Мелисса Крэйг отнюдь не была непоправимой ошибкой. Секс из нее так и пер.
Мэгги фыркнула.
– Ты только об этом и думаешь.
– Даже тогда я думал не только об этом. Если бы я только об этом и думал, то давно бы начал спать с тобой. И не воображай, будто это не приходило мне в голову. Вспомни, как ты строила мне глазки. Но ты была слишком молоденькая, и я слишком любил тебя. Я бы ни за что не поступил так. И не поступил.
– Нет, поступил. – Произнеся эти слова, она опять пожалела и теперь не смела поднять на него глаза, но почувствовала, как он посмотрел на нее.
– К тому времени ты стала уже взрослой, а до этого я тянул, как мог. Поверь, последние два года были для меня сущим адом. А ты нарочно сводила меня с ума, ведь так? Но, когда я увидел, как ты выделываешь танец живота… это было последней каплей. Тогда я понял, что ты больше не маленькая девочка и что если я не сделаю этого, то потеряю тебя. Вот я и сделал.
Мэгги глубоко вздохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими воспоминаниями.
– Я
– Нам было потрясающе хорошо вместе. Ты – лучшая, кого я знал.
Тело ее напряглось, и она вновь взглянула на Ника.
– И именно этого ты добиваешься? Еще более потрясающего секса? – горько усмехнулась Мэгги. Он покачал головой.
– Если бы все было так, как ты говоришь, то еще вчера я бы воспользовался твоим предложением там, в лесу. Помнишь? Ты сама предложила мне повалить тебя и отвести душу.
– Ох, заткнись! – Она покраснела.
– Мне нужна ты, Магдалена, а не потрясающий или какой-то еще секс.
– В таком случае ты теряешь время.
– Не думаю.
– Неужели тебя не волнует, что у меня могут быть из-за тебя неприятности? С Лайлом. – В ее голосе появились нотки отчаяния.
– Да, знаю. – Похоже, он решил не жалеть ее и продолжать неприятный разговор. – Что же ты ему такого наговорила, что он буквально возненавидел меня?
Сжав губы, она с трудом произнесла:
– Ничего особенного.
– Судя по всему, он знает, что когда-то мы были любовниками. В противном случае не вижу причины…
– Да, он знает.
– По-моему, делать такое признание в медовый месяц не очень умно. Или ты сказала позже? Раньше у тебя просто не было времени.
Мэгги чуть не до крови прикусила губу.
– А почему ты думаешь, что я вообще сказала об этом Лайлу? Он и сам мог узнать, мог навести справки.
– Возможно, – пожал плечами Ник. – Но ты всегда была слишком честной. Ты говорила, как сильно мы любили друг друга, или рассказала только про секс? Знаешь, такие признания в конечном счете всегда оказываются ошибкой.
– Я не обязана отвечать. – Неожиданно в ней поднялась злость.
– Он знает, что ты вышла за него из-за денег? – продолжал нажимать Ник. Не дождавшись ответа, он, на секунду задумавшись, ответил сам: – Конечно, знает. Он полный говнюк, но совсем не дурак.
Мэгги вновь не сказала ни слова, и Ник задумчиво продолжал:
– Возникает вопрос: почему же он женился на тебе? Ты была молода, красива, но вряд ли в его вкусе. А может, ему самому нужен был потрясающий секс? А?
– Иди к черту!
– Интересно, что же у вас стряслось? Секс с мужчиной старше твоего отца превратился для тебя в пытку? Или у него пропал к тебе интерес?
– Мой брак – не твоего дурацкого ума дело!
– Не увиливай, Магдалена, я хочу знать, что произошло.
– Я тоже много чего хочу, но знаю, что никогда не буду это иметь.
С минуту он молча изучал ее.
– Так когда же все пошло плохо, а, детка? Скоро? – Тихий ласковый голос лишал ее последних сил.
– Я не хочу обсуждать с тобой свое замужество. – И снова, как несколько минут назад, ей захотелось сдаться, прижаться к его груди и выложить все, но она тут же безжалостно напомнила себе, что этим лишь подольет масла в огонь. Если она не расскажет ему всего, Ник никогда не позволит ей вернуться к Лайлу. Но, если расскажет – другое дело, потому что тогда, вероятно, он возненавидит ее навсегда.