Дитя раздора
Шрифт:
И уснул, натрахавшийся до бессилия.
На утро оставил совместный душ, минет и снова секс.
А уже после этого позвонил риелтору и узнал, звонили ли Катины жильцы. Оказалось, даже выбрали квартиру. Потому я оставил любовницу, а сам рванул к ним – отдал, как обещал, бабки за месяц, убедился, что за день съедут – машину и грузчиков уже ждали.
По пути назад набрал жену.
– Чего тебе? – прорычала она мне в трубку, аж мурашки по коже пошли.
– Соскучился.
– Издеваешься? – зло крикнула. – Ты же свою сучку с собой взял! Некогда тебе было скучать!
Это точно.
–
– Не будет! – отрубила. – Никогда как раньше не будет. Ты все испортил.
– Давай поговорим об этом дома, ладно? Я задержусь еще на день…
– Не натрахался? – язвила жена.
И это тоже.
– Чтобы Катя точно въехала в квартиру прослежу. И приятеля тут встретил, хочу контакты наладить. Вечером собираюсь его в рестик позвать. Потом вас познакомлю.
Мысль пригласить Женьку пообщаться пришла в голову неожиданно. Куй железо, пока горячо. А то контакт остынет. А депутат, который метит выше регионального, мне точно в друзьях не помешает.
А Наташа… Да, я козел. Даже хуже, наверное. Но все это пройдет. Все наладится. Все будет как прежде.
Женька встретиться согласился, но предложил не в ресторане, а в клубе. Катю я взял с собой.
Клуб «Панорама» – самый претенциозный в городе, но и удобный. Народу тут было не так чтобы много. Мы с Жекой заказали бутылку кальвадоса, а Катя попросила разбавленный минералкой вишневый сок.
Разговор завязался банальный – об одноклассниках, кто где учился, когда кого кто из нас видел. Жека не забывал о присутствии беременной дамы: подушечку ей под спину попросил, поесть предложил, на танец пригласил. За этим было особенно интересно наблюдать – чужой мужик возле моего беременного живота. Я смотрел на них и разгребал свои эмоции. Ревности обнаружено не было. Хотя мысли, что после родов, когда Катя останется одна, Жека вполне мог ей пригодиться, возникли. На работу помочь устроиться, например, меня в постели заменить… Хотя вот эта мысль как-то покоробила. Особенно после этих суток вдвоем с ней.
Я зачем-то сфотографировал на телефон Катю с Женькой. Несколько раз: в танце, когда целовал ей руку и когда, приобняв за талию, вел назад на диванчик.
– Ребят, вы отдыхайте, а я, наверное, домой поеду, – глянул на часы одноклассник. – Катюша, было приятно познакомиться, – улыбнулся он моей беременной даме. – Артем, буду рад познакомиться с твоей женой тоже. Вот как раз в конце сентября у меня день рождения, буду отмечать тут же, и приходите все трое. Катюш, номер мой у тебя есть – готов всем помочь в меру сил и свободного времени.
Галантный Жека попрощался и отвалил. Мы с Катей задержались еще на полчаса и тоже поехали на съемную квартиру. Я собирался Катю в эту ночь снова оприходовать на свой счет, а рано утром отвалить домой и пока завязать с походами налево.
Мысли о Наташе гложили, в душе маялось беспокойство.
Я реально обнаглел и перегнул палку. Наташа вроде как смирилась, и я просто охамел, открыто навещая любовницу.
Только вот так сходу остановиться трудно.
Но пора было на самом деле ползти к жене с повинной головой. Только теперь я рисковал ее вообще лишиться.
***
Приполз, конечно. Катю домой вернул, даже не зашел к ней, только сказал, чтобы завтра на чемоданах сидела и меня ждала – грузить будем и увозить ее. В городе еще помотаюсь, что там ей надо куплю и к жене зализывать ее душевные раны в прямом и переносном смысле отползу.
Вот, кстати, с Женькой познакомил Катю, пусть за помощью к нему обращается. Ей уже скоро вообще одной со всем справляться, так что пусть месяц до нашего с Наташей переезда привыкает.
Думал так, пока в павильон цветочный рулил, и таким себя, мать его, героем в кавычках почувствовал. Натворил я, конечно, дел, но цель, говорят, оправдывает средства. Я ради того, чтобы сына иметь, и убить готов.
Да и Наташа…
Вот мысль уже не раз мелькала, а теперь и подавно в голове обосновалась на постоянке – почему Наташа терпит?
Ладно – Катя. Когда на мой член в Новогоднюю ночь ее усадил, она под хорошей дозой шампанского и коньяка была и просто не ожидала такого разворота с моей стороны. Я ее практически насильно поимел. Пару ласковых сказал, что она рот от неожиданности расхабарила, поцеловал и скоренько на себя, как бабочку на иглу, насадил. Смысл был в том, чтобы она кончила на мне – задание было выполнено. Одинокая девка на драйве от моего напора и с моим пальцем на ее клиторе быстро утекла. Эффект неожиданности, острота ситуации и геноцид с моей стороны – залог успеха. Я все продумал. Потом скоренько успех закрепил. Тут все понятно.
Но Наташа… Почему она поистерила, но, черт возьми, через не могу ситуацию приняла? Порыдала неделю, побесилась, а потом не спокойно, конечно, но от любовницы меня ждала.
Ну я, конечно, не сообщал ей: «Милая, я пошел Катю трахать, посиди пару часов, и до тебя дело дойдет». Нет, я все же тайком наведывался к Кате, ночами ускользал, когда Наташа засыпала. Я все же не урод уж совсем-то. Но только Наташа всегда не спала, когда я возвращался. А вот почему она не бежала меня на горячем ловить, чтобы Кате по макушке чайником надавать? Вот вопрос. После приземления чайника на мою голову он прям крепко засел в голове. И вот когда ходила подсмотреть за мной – тоже ведь к Кате не вошла, а пошла себе и дома тихо обозлилась.
Когда цветы в павильоне выбирал и ждал, пока упакуют, чуть щеку изнутри не сожрал от этих думок. Что-то не то с Наташей творится, да только спрашивать бесполезно. Она мастер нагнать туману, сделать многозначительный вид, так что дураком себя чувствуешь, и не объяснить ничего. А уж тайны хранить она умеет. Особенно – свои.
Как дома оказался, пока ребус по имени «жена» расшифровать пытался – не вспомню. Собрал все вазы, какие нашел, расставил букеты по всем комнатам. Белье застелил свежее, баню истопил, один букет цветов разодрал на лепестки, по постели раскидал и для ванны еще оставил. Свечи поставил, салат ее любимый с авокадо настрогал, вино из нашей коллекции из погреба принес и в холодильник сунул. Фруктов и ягод нарезал, кремом запенил, кусочками шоколада украсил и листиками мяты.