Дитя раздора
Шрифт:
Но утром сегодня едва не брякнул «Катя» вместо «Наташа», а потом хлопал глазами, потому что словил разрыв матрицы – вместо жены видел любовницу. Просто Наташа с какого-то перепугу нажарила для меня картошки с мясом и горой лука, чего лет пять уже не случалось. Я сам себе повар в доме.
Наташу на работу отвез и щеку изнутри изгрыз, потому что жесть как хотелось к Кате рвануть. Она фоном в мыслях сидела, и я с колом в штанах весь день ходил. Очень хотелось ее номер из черного списка достать, куда его Наташа ультимативно сунула, узнать, звонила Катя мне или нет,
Но я пересиливал эти хотелки.
Глупость говорят, что все бабы в постели одинаковые. Ни хрена подобного. Они и с виду все разные, хоть у них все одно между ног, и внутри все разные – по-разному ощущаешь их членом, и ведут себя все по-своему, и отдача от каждой неповторимая, и сам себя ведешь с каждой иначе. У меня до Наташи была любовь, первая, и девственница была, и других девок я трахал без отказа, так что мне было с чем сравнить.
Наташка как воск была – я уже с опытом ее в оборот взял и под себя научил. Да и фигурка ее меня до сих пор заводила. Ну люблю я большие жопы и титьки. А какой мужик не любит? Хотя нет, вру – такие на любителя. Мне нравится, когда ебешь – и зад колышется. А когда Наташка редкое удовольствие позволяла – в попку ее вытрахать, да еще при этом член ее полными булочками зажать – кайф нереальный! Я Наташку в основном потому раком и трахал – хлеб и зрелище получал сразу.
Но, черт возьми, Катька сзади тоже красавица – ямочки, изгиб кошачий…
Взвыл, как представил упругий попец любовницы, и опять член в кулаке погонял. Хотел Катьку прям щас – и хоть тресни. Хоть в машину прыгай и на всем газу лети ей развал-схождение устраивать.
В общем, неделя прошла, от хера отлегло – и я уже мечтал в город перебраться и к любовнице нырнуть в теплую щелку.
Надо было срочно занять себя. И я нашел чем – пошел к Кате в дом, перебил, как обещал, всех кур, выпотрошил сразу. Яйца собрал в ведро, зелени в огороде навыдирал, огурцы с помидорами накидал в ящик… сел в «Лексус» и в город рванул сразу, как жену на работу отвез.
По пути купил цветов букет на выбор продавщицы, сок с мякотью мультифруктовый, печенье и ввалился в Катин подъезд.
В дверь позвонил, она открыла…
Домашняя вся такая, беременная, волосы русые по плечам волнами, платье все то же на ней. Она глаза распахнула, как меня увидела, рот раскрыла сказать что-то, а я его своими губами тут же скомкал. Жесть как давно Катю не целовал, аж крыша поехала – будто крепкого алкоголя горячего от души хлебнул, так повело и под коленями раскисло.
Трусов на Кате, как обычно, не было, потому первый раз прям сразу случился. Я только джинсы расстегнул, хер достал и Катю к себе спиной повернул, чтобы живот не мешал и ямочки с изгибом видеть. Трахал Катю и пальцами по ним водил, упругую попку мял.
Бля, как хорошо мне было – словами не передать. Всех соседей по площадке распугал, наверное, своими стонами.
Даже не думал, что так соскучился по Кате. Аж до дрожи в руках.
– Я думала, долго тебя теперь не увижу, – сказала она, когда сидела у меня на коленях и пальцами по голой груди моей водила.
А я рукой по животу ее
Наташа правду сказала: я извращенец какой-то. Но мне нравился беременный живот Кати, крепенький такой, аккуратненький. Сын словно фигуру мамкину берег, вырос красиво так пузырем, так что прикрой рукой вид сбоку – Катя все такая же стройная. Только чуть больше в пояснице изогнулась в противовес и титьки больше стали.
Я в них, голые, лицом зарылся, по соскам губами прошелся. Голая Катя на голом мне сидела, живот к животу, как мне нравилось.
Уезжать совсем не хотелось. Прикинул, что время еще есть до того, как жену с работы забирать.
– Я тоже думал. Дел полно. Я, кстати, куриц привёз, яйца, еще там с огорода всего понемногу.
– Спасибо. Гусей пока не руби – Надя еще яйца от них не собрала. Мы на сотню договаривались.
– Да помню я, помню, – кивнул. – Десяток твоих кур в холодильник влезут, а куда ты десяток гусаков денешь?
– На фарш перекручу и пельменей наделаю сразу.
– А. Вариант, – кивнул и подумал: почему Наташа пельмени не стряпает?
Когда я их ел последний раз? По-моему, при бабке еще живой. Потом все такое стало «пищей нищебродов».
Бабка Наташку в хвост и гриву гоняла, «ишь, королева выискалась» – ругалась часто, когда Наташа губы квасила по разным поводам: то сапоги резиновые «ужас какие страшные», то мозоль от черенка граблей надулась, то гречка «фу, гадость».
Мне было смешно и интересно смотреть, как Наташа капризничает и губы дует – потом я между них член вставлял – с удовольствием утешал ее в постели и своей королевой называл. А на следующий день она титьки наперевес – и опять бабке претензии выкатывала. Я только посмеивался, в сарай Наташу заводил и снова утешал. Все время на драйве, на острие жили и друг друга любили.
После смерти бабки Наташа воцарилась и все по-своему сделала. Хотя по бабке плакала, тосковала. После стажировки быстро на работе в гору пошла, мной на корпоративах хвасталась – городского парня отхватила, мол. Я тоже быстро на старой работе в рассрочку техники накупил – не новой, но сам все перебрал, отрепетировал – до сих пор гоняет. Как стал нарасхват, так жена совсем нос задрала, пристрастия в еде появились: лук не ем, чеснок воняет, яблоки – лакомство для колхозниц, а ей киви и манго нужны…
А я все спокойно воспринимал. Денег на все хватало, ее баловство забавным казалось – почему нет, если могу себе позволить? И чем выше запросы становились, тем я себя важнее чувствовал – потому что все удовлетворял, уровень держал. Что бы жене ни приспичило – нет проблем. Когда женщину свою обеспечить всем можешь, уверенность в себе растет до небес.
Так мы прямо пропорционально и поднимались с ней, пока докатились до того, что Наташа второй аборт сделала. Плохо себя чувствовала – помню хорошо. Есть не могла совсем – токсикоз был атомный. Поехала в больницу и приехала – на тебе, блядь… Стоило мне на дальние поля на уборочную отлучиться.