Дитя тьмы
Шрифт:
Рагнарсон откинулся на спинку кресла и уставился в потолок, теребя бороду. Самые сокровенные мысли и планы Гаруна в послании отсутствовали. Он не объясняет, почему предлагает королевство, и не открывает, что рассчитывает получить сам. Но это обязательно должно иметь отношение к Эль Мюриду. Браги поднялся и, подойдя к карте западных земель, нашел Кавелин.
— Ах, вот в чем дело, — фыркнул он. Само местонахождение королевства проливало свет на тайные планы Гаруна. Оно было идеально расположено для совершения партизанских рейдов в Хаммад-аль-Накир. От границы до столицы Эль Мюрида Аль-Ремиша
Эта страна с холмистым ландшафтом и иссушенными зноем пустынными землями как нельзя более отвечала тактике Гаруна — там было практически невозможно отыскать небольшие подвижные конные отряды. Именно на таких землях давали последние бои роялисты, после того как Эль Мюрид пришел к власти.
Цель Гаруна не вызывала сомнений. Ему был необходим плацдарм для восстановления правления роялистов. И это объясняет появление всадников Эль Мюрида. Они хотели нарушить эти планы. Западные страны, которым долгие годы угрожает Эль Мюрид и которым давно надоело содержать толпы беженцев-роялистов, охотно поддержат Гаруна, если тот сразу добьется успеха.
Письмо Гаруна было очень длинным. Браги из чувства долга перед Рольфом дочитал его до конца, хотя и принял уже решение. На сей раз он не позволит Гаруну втянуть себя в авантюру. Вчерашняя схватка и рана в ноге полностью удовлетворили его жажду приключений. На сей раз он не станет орудием в руках бин Юсифа.
Гарун всегда мягко стелет, когда обещает, но спать почему-то приходится очень жестко. Если и короноваться в Кавелине, то только пивным королем.
Ножи на улицах
Очередной рассвет. Тролледингские женщины возились в лагере. Браги, Насмешник и Хаакен со своим штабом уже были в пути. Ут, Хаас и Дал сопровождали Браги якобы для того, чтобы помогать тому в его делах в Итаскии, но Рагнарсон подозревал, что они выступали в качестве соглядатаев Эланы. Сил для спора у него не было. Рана и еще одна ночь неумеренных возлияний выжали из него все соки.
— Почему бы нам не продолжить путь до тех пор, пока мы не встретимся с Рескирдом? — с невинным видом спросил Черный Клык. — Он был бы не прочь обменяться с тобой парочкой врак. Мы столько лет не собирались втроем.
Рескирд Драконоборец торчал где-то к югу от Серебряной Ленты около Октилии, дрессируя лучников для службы в Кавелине. Итаския процветала, и ему удалось завербовать очень мало ветеранов. Молодежь, которую он собрал под знамена, ничего не умела и вдобавок отказывалась учиться правильно владеть оружием, с ослиным упрямством итаскийцев придерживаясь усвоенного дома способа ведения боя. Браги не завидовал Драконоборцу.
— Посмотрим, — ответил он, подумав про себя: «Ни за что». Если бы он отказался, то слушал бы уговоры всю дорогу до Итаскии. А если бы ответил согласием, Ут наверняка высказался бы по этому поводу. — Будем внимательнее, — продолжил Браги. — Можем наткнуться на засаду.
Они устали быть внимательными, но засада им не встретилась. Наименее вероятным местом для нападения была, по его мнению, сама Итаския. В городе люди Эль Мюрида
Однако он не учел, что годы мирной жизни и процветания могут притупить бдительность. Когда они — Рагнарсон, Ут, Насмешник, Дал, Хаакен и еще двое въезжали в Северные ворота, Браги с юмором и слегка привирая рассказывал Далу о своих приключениях. Городская стража настояла на том, чтобы остальные сопровождающие остались за стенами. Всем известно, что тролледингцы плохо переносят алкоголь, становясь чересчур воинственными, когда переберут даже слегка.
— История с крысами началась как раз в этом месте, — сказал Рагнарсон. — Это случилось в то время, когда власть пытался захватить Грейфеллз. Я находился вот здесь, Насмешник — вон там на стене, а Гарун затаился на той крыше…
С того места, где когда-то прятался Гарун, на них смотрел смуглый горбоносый человек. Поняв, что Браги его увидел, человек мгновенно исчез.
— Внимание. Похоже, что наши друзья собрались здесь, — бросил Браги.
— На Королевской мы окажемся в безопасности, — заметил Хаакен.
— Проклятые правила. Те еще закончики, — проворчал Рагнарсон. — Уже не знаю, хочется ли мне видеть министра. — Он похлопал по бедру, где обычно висел его меч, теперь по требованию стражи сданный при въезде в город. Длина клинка личного оружия, разрешенного в городе, не должна была превышать восьми дюймов. — В старое время подобного не было.
— Но в то время и убийств было больше, — заметил Ут.
— Чушь, — вмешался Насмешник. — Сейчас в сточных канавах находят по утрам столько же жмуриков, как и раньше. Только дырки на них стали меньше. Лично я, если пожелаю кого-нибудь прикончить, то найду способ. Могу отправить на тот свет голыми руками, веревкой, камнем, выпустить кровь, наконец…
— Возможно, — ответил Ут, — однако лучше всего было бы просто схватить меч и проткнуть жертву. Все остальное ужасно неудобно.
Они пересекли Пристенную улицу и вышли на Королевскую — оживленную артерию, ведущую в сердце города с тем же названием, что и королевство. Браги убедил спутников снять комнаты рядом с королевским дворцом, в котором у него и были все дела.
Удар последовал в Новом Городе на площади Нового Сенного рынка всего в нескольких сотнях ярдов от Северных ворот.
Два человека, смуглых и горбоносых, выскочили из толпы зевак, радующихся уличному кукольному представлению, и, обнажив кинжалы, с воплем бросились на Рагнарсона и Насмешника.
Рагнарсон отбил удар рукой, и лезвие, скользнув по скрытой под одеждой кольчуге, прорезало камзол на груди и оцарапало подбородок. От более серьезной раны его спасла борода. Он занес правую руку, чтобы нанести ответный удар, но его испуганная лошадь отпрянула, встала на дыбы и выбросила Браги из седла. Падая, он успел увидеть, как развевается мантия валящегося со своего осла Насмешника. Затем его голова ударилась о камни мостовой.
У Насмешника было на долю секунды больше, чем у Браги, и он успел среагировать на нападение. Толстяк по собственной воле покинул осла, и не успевший остановиться убийца вонзил нож в уже опустевшее седло. Когда разбойник отскочил назад, Дал Хаас ударил его сапогом в висок.